И кто из нас псих? - Вера Вэй

Лёша перебил наши мечтания:

— А вы его сначала спросить не хотите?

Я вздохнула:

— Давай спросим. Действительно, обрадовалась раньше времени.

— Ну я думаю, что он не будет против, — с оптимизмом продолжил Лёша. — Потому что мы с ним уже много раз разговаривали на тему руководства.

Я и Дмитрий Викторович одновременно выдохнули с облегчением.

— Почему не рассказывал? — спросила я.

Лёша возмутился:

— Зачем я буду посвящать тебя в наши мужские разговоры? Привыкай, что у меня с детьми могут быть свои темы для обсуждения, и мы не обязаны перед тобой отчитываться.

— Хорошо-хорошо, — подняла я руки. — Поняла. Была не права.

Дмитрий Викторович постучал ручкой по столу, привлекая наше внимание.

— Ещё один важный вопрос, — сказал он, глядя на меня.

— Да? — удивлённо переспросила я, слегка нахмурившись.

— Нужно, чтобы весь клан поклялся в верности Василине, — продолжил он, улыбнувшись.

— Что? — я не сразу поняла, о чём речь. — Но это же… долго. А нам ещё домой нужно. Дети хотят на остров, да и пропавших женщин до сих пор не нашли.

Я начала нервничать, ведь столько всего нужно было сделать, а времени у нас совсем не оставалось.

— Не долго, — успокоил меня Лёша, подмигнув. — Примем по сто человек за раз, а клятву дадим с одной фразой. Думаю, за час управимся.

— За час? — я всё ещё не могла поверить своим ушам. — Но, сколько же человек и существует всего в клане?

— Да чуть больше пятисот, — озвучил Дмитрий Викторович. — Точнее, пятьсот двадцать один. И знаешь, твои пропавшие женщины тоже в клане. Они обучаются, помолодели и домой совсем не собираются. Я как раз разбирал их личные дела.

— Вот те на, — присвистнула я, переваривая услышанное. — А зачем бывший предводитель, сюда, вообще их притащил?

Дмитрий Викторович, сложив руки на груди, терпеливо ответил:

— Он хотел укрепить свой клан. Но сильных магов побоялся трогать, чтобы не вызвать бунт. Поэтому решил действовать хитро: забирал самых слабых, их всего двадцать три. Настроил вектор переноса так, чтобы забирать их по одной слабой магической искре. А зная, что Лёша обязательно попытается вмешаться, он создал для него отдельный вектор переноса, который направлял прямиком в изнанку. Он надеялся, что Руслан и Лёша останутся там навсегда, и клан потеряет своих лидеров.

— Но зачем ему это? — недоуменно спросила я, пытаясь понять логику его действий.

Дмитрий Викторович вздохнул и продолжил:

— Без руководства корпорацию начали бы разрывать внутренние конфликты. Кланы стали бы бороться за власть корпорации, и в этой суматохе он бы смог под шумок захватить сильных магов и существ для своего клана. А два клана остались бы обезглавленными, без наследников. Это был идеальный план. Потом он мог бы подумать и об устранении остальных кланов.

— Псих, — процедила я сквозь зубы, не скрывая презрения.

— О, как я вижу, это твое любимое слово, — с насмешкой протянул Лёша, его глаза сверкнули. — Но он не псих. Он был одержим властью. И жаждой контроля.

— Хватит разговоров, — вмешался отец Лёши, хлопая в ладоши. — Пора обедать. У меня еще много дел, а вам предстоит долгий путь.

Глава 35

Суматоха, суета, шум и гам снова заполнили дом. Жизнь продолжала идти своим чередом, но я уже не была прежней. Всё изменилось в тот момент, когда я убила человека. Это событие стало поворотным пунктом в моей жизни.

Я не могла отрицать, что убийство оставило глубокий след в моей душе. Я чувствовала себя опустошённой и разбитой, но в то же время во мне пробудились новые силы. Я больше не была той наивной девушкой, которая верила в добро и справедливость. Я стала жёстче, решительнее и, возможно, даже опаснее.

Но я не могла забыть о том, что заставило меня пойти на этот шаг. Мои дети. Они были моей слабостью и моей силой одновременно. Я знала, что если им будет грозить опасность, я сделаю всё, чтобы защитить их. Даже если это будет означать повторение того, что я уже сделала.

Я стала другим человеком, но одно оставалось неизменным — моя любовь к детям. И ради них я готова была на всё.

— Мама, — отвлек Ваня меня от тяжелых мыслей, — мы тут с сумками разбирались. Я даже Няшкино и Масянькино собрал, чтобы вам не таскать.

— Ты знаешь, — с улыбкой сказала я, обнимая сына, — ты самый ответственный мужчина на свете.

Ваня мотнул головой, слегка смутившись, и улыбнулся в ответ.

— Ну, теперь знай, — продолжила я, — потому что я буду это повторять постоянно.

Ваня засмеялся и еще шире улыбнулся.

— Пойдем, мы, сложим вещи в машину? — Спросил он, отстраняясь от меня. Я кивнула, соглашаясь.

— А почему Марфа и Кузя не едут с нами? — спросил Ваня, почесывая нос.

— Они домовые, — объяснила я, — и для них это большой стресс — покидать дом. Для них это будет не отдых, а сплошное мучение.

— Понятно, — протянул Ваня, задумавшись. — Тогда пусть они от нас здесь как следует отдохнут.

Он снова засмеялся, и я улыбнулась, глядя на его счастливое лицо.

— Я рада, что ты начал заботиться о других, — сказала я, с гордостью глядя на Ваню. — Это значит, что ты стал взрослым. Ты вырос как личность за эти полгода, и я вижу, как ты стараешься быть самодостаточным.

Ваня смущённо улыбнулся:

— Да, мам. Я просто хочу быть сильным и уверенным, как папа Лёша. Ты же знаешь, что дед обещал научить меня управлять кланом? — с восторгом добавил он.

— Конечно, знаю, сынок. Ты как никто другой заслуживаешь этого. — Я, ещё раз, обняла его, чувствуя, как сильно он вырос. — Идите загружайтесь в машину, — мягко сказала я, отпуская его.

Ваня радостно побежал за младшими, его шаги были полны энергии и надежды. Он ещё совсем ребёнок, но в его глазах уже горел огонь взрослого мужчины. Время неумолимо летит, и скоро он станет тем, кем всегда мечтал быть. Но пока он остаётся моим маленьким мальчиком, который делает меня сильнее.

Я направилась в свою комнату, чтобы собрать вещи. Пора было отправляться в путь. Но теперь внутри меня не осталось места для прежней непосредственности. Нужно было научиться жить с новой версией себя, принять её и адаптироваться к новым обстоятельствам.

У машин уже собрались все. Руслан, Вилка и Веник грузили вещи в машину Руслана. Лёша помогал детям устроиться в нашей. Няшка и Масяня, наши питомцы, должны были поехать с Веником. Но они не хотели расставаться