Наследник без искры - Владимир Снигур

— Я водил его на обследования. Не знал о других испытуемых.

— А когда узнали?

— После смерти Александра.

— Почему не остановили?

— Попытался. Верейский закрыл мастерскую. Военное управление потребовало выдать источник. Карсавин выкупил долг и поставил Липовый Ключ под финансовую защиту.

— Поэтому он стал кредитором, — сказал Воронцов.

— Если бы имение перешло государству, военные забрали бы источник. Если бы Верейскому — продолжил бы Берестов. Карсавин держал долг, чтобы никто не получил собственность.

— Почему не рассказал Елене Павловне?

— Александр запретил.

Варвара снова подняла руку.

Михаил остановил.

— Почему мама спустилась?

— Военные начали вскрывать нижний уровень. Голос Александра сказал, что признает только её родовой допуск.

— Она не Ярецкая по крови.

— Она жена главы рода. Старые источники признают брачный контур.

— Кто ещё в мастерской?

— Берестов.

— Как вошёл?

— Его провёл представитель надзора.

— Тот, которого оставили в доме? — спросил Воронцов.

— Да.

— Где Костя был?

— Следил, — гордо ответил мальчишка.

Михаил посмотрел.

— Я запрещал.

— Поэтому осторожно.

— Что видел?

— Берестов принёс стеклянную камеру. В ней человек из света. Потом военные поставили вокруг мастерской четыре столба. Когда включили, дом задрожал.

— Стабилизационное кольцо, — сказал Серебряков. — Готовят полное открытие.

— Сколько времени?

— После активации объекта сорок восемь — шесть часов.

— Осталось меньше двух, — сказал Зорич из кабины.

Поезд свернул на грузовую ветку.

Рельсы стали хуже. Вагоны раскачивались. Впереди поднимался дым бронепоезда. Военные шли параллельной магистралью и постепенно обгоняли.

— Они встретят нас у мельничного ответвления, — сказал Зорич.

— Можно уйти раньше? — спросил Воронцов.

— Лес, болото и река. С ранеными не успеем.

— Значит, прорываемся.

— У них бронепоезд.

— У нас Игнат.

Мастер посмотрел на него.

— Хорошо, что вы наконец оцениваете угрозы правильно.

Нина открыла чёрную книгу.

В разделе Нижнего источника находилась схема.

Три опоры:

родовая оболочка;

внешний каркас;

исходный рисунок.

Михаил.

Сергей.

Александр.

— Три имени, — сказала она.

— Для чего нужен отец? — спросила Варвара.

Павел ответил:

— Он управляющий образец. Проект строился на его контуре.

— Если соединить?

Серебряков прочитал примечание.

— Откроется доступ ко всей магистральной сети.

— Что это значит практически?

— Человек внутри управляющего контура сможет включать и отключать источники, накопители, сигнальные башни и промышленные линии, связанные с Восточной ветвью.

Зорич обернулся из кабины.

— Сколько объектов?

— На старой карте было больше трёхсот.

— Города?

— Тихореченск. Белозёрск. Часть столицы. Военные заводы. Железнодорожные узлы.

— Берестов получит выключатель для половины страны, — сказал Воронцов.

— Не выключатель, — ответил Сергей. — Панель управления.

— Разница?

— Выключатель ломает. Панель позволяет выставлять условия.

— Какие?

— Подчинение. Деньги. Доступ к людям.

Внутренний Михаил сказал:

— И тела.

Сергей почувствовал его страх.

— Объясни.

— Если сеть может передавать сложные рисунки, он сможет совмещать людей не по одному.

Серебряков подтвердил:

— Полностью открытый Нижний источник сделает любой подключённый накопитель приёмной камерой.

— Сколько людей окажутся подключены в момент запуска?

Зорич ответил:

— Ночная смена закончилась, но утром начинают работать фабрики. Десятки тысяч.

До запуска оставалось сорок девять минут.

Бронепоезд вышел на параллельный участок.

Орудие повернулось.

Первый снаряд ударил впереди локомотива.

Земля и щебень взлетели над путём.

— Предупредительный, — сказал Воронцов.

Второй снёс телеграфный столб возле кабины.

— Уже нет, — ответил Зорич.

Он открыл полный пар.

Старый локомотив задрожал.

Грузовая ветка вела к мельничной эстакаде.

За ней начинался тупик.

— Где запасной выход? — спросил Михаил.

— Нет.

— Всегда есть.

— Для дрезины — поворотный круг у мельницы.

— Развернуть поезд не успеем.

— Не успеем.

— Эстакада доходит до мастерской?

— Раньше по ней возили брёвна. Рельсы сняты после пожара.

— Настил остался.

Зорич посмотрел на него.

— Вы хотите направить локомотив с рельсов на деревянный мост?

— Он выдержит?

— Нет.

— Сколько?

— Первую половину.

— Достаточно.

— До мастерской после моста ещё двадцать саженей.

— Прыгнем.

— На чём?

— На том, что останется от поезда.

Зорич закрыл глаза.

— Ненавижу Ярецких.

— Я Лавров.

— Это не помогает.

Игнат и Нина выбили фиксаторы последнего вагона. Павел переносил раненых ближе к выходу. Воронцов разоружил поручика и оставил его связанным у стены.

— Возьмём с собой? — спросила Варвара.

— Свидетель.

— Он обуза.

— Одно другому не мешает.

Бронепоезд выстрелил снова.

Снаряд попал в последний вагон.

Его сорвало со сцепки. Железный корпус перевернулся и потащил за собой часть военной платформы, пытавшейся обогнать.

Пути пересекались впереди.

Зорич увидел стрелку.

— Если переведём сейчас, бронепоезд уйдёт за нами.

— Не переводите полностью, — сказал Михаил.

— Что?

— Оставьте остряк между положениями.

— Оба состава могут сойти.

— Наш пройдёт первым.

— Это не гарантировано.

— Мы легче.

Зорич дёрнул дистанционный трос.

Стрелка сдвинулась наполовину.

Локомотив ударил колёсами по остряку.

Вагон подбросило.

Но состав прошёл.

Бронепоезд оказался тяжелее.

Передняя ось пошла на грузовую ветку.

Задняя осталась на основной.

Бронированную платформу развернуло поперёк путей.

Орудие выстрелило в небо.

Локомотив врезался в собственный тендер.

Военные