Огонь и Лёд в Академии магии - Наталья Викторовна Маслова

– Таких?

– Которые не боятся признать, что им страшно. Просить помощи, доверять и любить.

Я молчала.

– Ты не одна, Роксана, – продолжил он. – Запомни это. Мы все будем рядом. Кай, отряд, я. Даже эта твоя рыжая подруга, которая вечно суёт нос не в свои дела. Ты не одна.

– Спасибо, – сказала я тихо.

– Не за что. Иди, отдыхай. Завтра тебя снова ждёт суровая тренировка.

Я вышла из лаборатории и нос к носу столкнулась с Каем.

– Ты чего здесь? – так и не смогла скрыть своего удивления.

– Тебя искал, – ответил он. – Тарин сказала, что ты пошла гулять. А гуляешь ты обычно только здесь.

– Наблюдательный, – усмехнулась я.

– Приходится, – он улыбнулся. – Пойдём, провожу.

Мы пошли по дорожке, украшенной аккуратно подстриженными розовыми кустами. Молчали, но безмолвие было тёплым, а не тягостным.

– Роксана, – сказал Кай, когда мы подошли к казарме. – Хочу, чтобы ты знала. Что бы ни случилось – я всегда буду с тобой.

– Знаю, – ответила едва слышно.

– Нет, – он остановился и взял меня за руку. – Не знаешь. Ты привыкла думать, что справишься сама, но это не так. Мы справимся вместе или не справится никто.

– Кай...

– Я люблю тебя, – сказал он просто. – И не собираюсь терять.

Я смотрела в его золотые глаза и чувствовала, как внутри тает последний лёд.

– Я тоже, – ответила, как есть. – Люблю тебя.

Он улыбнулся – тепло, открыто. Я никогда не видела у него таких счастливых глаз.

– Тогда договорились. Вместе до конца.

– Да.

Он поцеловал меня. Легко, невесомо, но так многообещающе.

Потом я ушла в казарму, а капитан остался стоять на дорожке, и с нежностью смотрел мне вслед.

Тарин ещё не спала. Сидела на койке, поджав ноги, и смотрела на меня с нетерпением.

Ну? – спросила она.

– Что – ну?

– Рассказывай! Я же вижу, что-то случилось.

Я рухнула на койку и уставилась в потолок.

– Он сказал, что любит меня, – ответила я тихо.

Тарин радостно взвизгнула и захлопала в ладоши.

– Я так и знала! Так и знала! А ты?

– Я тоже призналась.

– Ну, наконец-то! – она подскочила и принялась танцевать вокруг кровати. – А то я уже думала, вы будете вечность ходить вокруг да около!

– Тарин, успокойся, – засмеялась я.

– Не успокоюсь! У моей подруги настоящая любовь! С драконом! Это же прекрасно!

Я смотрела на неё и смеялась. Впервые за долгое время от всей души.

А потом подумала: как же хорошо, что у меня есть Тарин, Кай, Элира и весь этот сумасшедший отряд драконов и старый мудрый человеческий архимаг. Лучший в наших краях артефактор магистр Бертрам.

Мы обязательно справимся, потому что вместе.

Я закрыла глаза и уже почти провалилась в сон, когда в дверь тихо постучали. Тарин замерла, прислушиваясь. Стук повторился уже настойчивее.

– Кого там носит в такое время? – прошептала она, но я уже встала и накинула форму.

На пороге стоял Лен. Бледный, взъерошенный, с трясущимися руками.

– Трещина, – выдохнул он. – Она... она пульсирует. Кай сказал поднять всех. Срочный сбор.

У меня внутри всё оборвалось. Неделя тренировок, разговоров, надежд – и вот оно. Началось.

– Сколько у нас времени? – спросила я, натягивая сапоги.

– Час. Может, меньше.

Ночь перестала быть тихой.

Я выскочила в коридор и нос к носу столкнулась с Каем. Он уже был в полной боевой готовности. В моих руках в навершии посоха ослепительным светом сиял прирученный в результате долгих тренировок морозный кристалл.

– Отряд построен у западных ворот, – отрывисто бросил он. – Бертрам уже там. Трещина выплёскивает энергию, как никогда раньше интенсивно. Если это не начало конца, я ничего не понимаю в магии.

– Я готова, – ответила, хотя внутри всё дрожало.

Он посмотрел на меня – долго, пристально. Потом вдруг шагнул ближе и быстро поцеловал в лоб.

– Мы обязательно справимся. У нас просто нет иного выхода, – сказал тихо. – Обязательно.

Я кивнула и побежала к выходу.

Западные ворота Академии были распахнуты настежь. В темноте, разрезаемой вспышками магии, стояли Таринн, Ирма, Лен, Элира. Все молчаливые, собранные, готовые бороться до конца не только за свои жизни. Бертрам склонился над каким-то артефактом, бормоча проклятия.

– Адептка Валь, – кивнул он, не оборачиваясь. – Вы вовремя. Вот держите.

Он сунул мне в руки небольшой кристалл, пульсирующий тёплым светом.

– Если всё пойдёт не так – раздавите. Он вытянет вас оттуда. Сработает один раз. Используйте только в самом крайнем случае.

Я сжала кристалл в ладони и поблагодарила архимага.

– Выдвигаемся, – скомандовал Кай, появляясь из темноты. – Слушать только меня. Не геройствовать. Не отрываться. Вопросы?

Вопросов ни у кого из нас не было.

Мы шагнули в ночь, навстречу пульсирующей Трещине.

Я не знала, вернёмся ли мы. Но понимала другое: за моей спиной были те, кому я доверяю. А впереди то, ради чего мы все здесь.

Трещина дышала. Я чувствовала это каждой клеткой. Она ждала именно меня.

Глава 28

Глава 28

Ночь перестала быть тихой. Она взорвалась криками, топотом сапог и вспышками магии.

Я бежала к западным воротам Академии, сжимая посох, и чувствовала, как кристалл в навершии пульсирует в такт сердцу. Он тоже знал. Трещина звала, и он откликался.

Створки были распахнуты настежь. В темноте, разрезаемой сполохами энергии, стоял отряд. Таринн, Ирма, Лен, Элира. Все в боевом облачении. Молчаливые, собранные и готовые к любым вызовам Аномалии. Бертрам колдовал над артефактом, вмонтированным прямо в стену.

– Адептка Валь, – кивнул он, не оборачиваясь. – Вовремя. Смотрите.

Я подошла ближе и замерла.

Трещина… она изменилась. Раньше это был просто разлом в земле, из которого лезли твари. Теперь над ним клубилось нечто живое – чёрный туман, пронизанный багровыми искрами. Он пульсировал, как огромное сердце, и каждый толчок отдавался дрожью в камнях под ногами.

– Она просыпается, – тихо сказала Элира, вставая рядом. – Я чувствую. Это… это не просто магия. Это что-то древнее.

– Королева говорила, что придёт время, – ответила едва слышно. – Видимо, оно пришло.

Кай появился из темноты