Огонь и Лёд в Академии магии - Наталья Викторовна Маслова

– Я и не думала, – соврала я.

Она хмыкнула и отошла к Таринну, который что-то оживлённо обсуждал с Леном.

Я осталась стоять с флягой в руках и чувствовала, как внутри разливается странное тепло. Не от воды. От того, что Элира – та самая Элира, которая ещё недавно готова была меня испепелить – теперь стояла за моей спиной в бою и не подвела.

Кай подошёл ко мне, когда я уже собиралась уходить.

– Хорошо сегодня поработала, – сказал он тихо. – Особенно с Элирой.

– Она сама предложила, – ответила я.

– Я знаю, – он улыбнулся. – Сам видел. И знаешь... Безумно рад, что вы нашли общий язык. В Трещине это важно.

– Да уж, там не забалуешь.

Мы помолчали. Где-то вдалеке Ирма смеялась над шуткой Таринна, Лен что-то доказывал, размахивая руками.

– Иди отдыхай, – сказал Кай. – Завтра снова тренировка. Бертрам обещал новые сюрпризы.

– Какие?

– Не знаю, – он усмехнулся. – Но, если Бертрам обещает сюрпризы – значит, мало никому из нас не покажется. Он твёрд намерен не потерять никого из нас и других боевых отрядов.

Я вздохнула и побрела в казарму.

Тарин уже ждала меня с нетерпением:

– Ну как? Рассказывай!

Я рухнула на койку и уставилась в потолок.

– Знаешь, – сказала я задумчиво. – Кажется, у меня появляется вторая подруга.

– Элира? – догадалась Тарин.

– Она самая.

Тарин присвистнула:

– Ну, Рокс, ты даёшь. Сначала Кай, теперь Элира. Ещё немного – и ты подружишься со всей Академией.

– Не преувеличивай, – буркнула я.

– Ладно-ладно, – она улыбнулась и нырнула под одеяло. – Спокойной ночи, Рокс.

– Спокойной, – ответила я.

Но уснула не сразу. Всё думала о сегодняшнем дне. О тренировке, об Элире, о Кае, о том, что ждёт впереди.

Странное дело – я почти не боялась. Потому что рядом были те, кому могла полностью доверять.

А это дорогого стоит.

Глава 27

Глава 27

Неделя после последнего разговора с Бертрамом пролетела как один бесконечный день.

Каждое утро начиналось с сигнала, за которым следовала тренировка на полигоне. Кай гонял нас так, что к обеду я едва держалась на ногах. Потом – лекции, затем – снова оттачивание навыков в условиях, приближённых к боевым, теперь уже в лаборатории у главного Алхимика. Старый архимаг оказался ещё более требовательным, чем Кай. Он заставлял меня работать с кристаллом на пределе, выжимая из нас обоих всё до капли.

– Твоя магия – это не просто лёд, – говорил он, водя пальцем по схемам. – Это проводник. Ты должна научиться пропускать через себя силу, не ломаясь. Кристалл – твой помощник, а не костыль.

Я слушала, кивала и пыталась не умереть от усталости.

К вечеру обычно еле доползала до казармы от усталости. После чего падала на свою койку и проваливалась в сон без сновидений. Тарин перестала меня будить разговорами. Просто тихонько ставила на тумбочку кружку с чаем и укрывала одеялом, когда я засыпала в форме.

К концу недели почувствовала себя выжатой, как лимон после Магдиной стряпни. Но внутри появилось странное спокойствие: я становилась сильнее и знала это.

– Рокс, – сказала Тарин в субботу утром, когда я выползла из-под одеяла. – Ты сегодня похожа на человека.

– На человека? – не поняла я.

– Ну, не на ходячий труп. Выспалась, что ли?

Я прислушалась к себе. Действительно, тело не ныло, голова не гудела, глаза открывались сами.

– Выспалась, – удивилась я.

– Слава богам, – Тарин всплеснула руками. – А то я уже начала думать, что ты вообще перестанешь спать. Пошли завтракать, сегодня выходной, можно посидеть нормально.

В столовой было непривычно пусто. Адепты разъехались кто куда – кто в город, кто к родным, кто просто дрых в казармах. Мы взяли еду и устроились за любимым столиком у окна.

– Слушай, – Тарин отломила кусок пирожка, – а что дальше? Ну, после всего?

– После чего? – не поняла я.

– После того, как ты закроешь Трещину. Если у вас всё получится.

Я задумалась. Странно, но об этом никогда не задумывалась. Все мысли были заняты тем, как выжить, как подготовиться, как не дать отряду погибнуть. А что потом?

– Не знаю, – ответила честно.

– А Кай?

– А что Кай?

– Ну, – Тарин многозначительно подняла бровь. – Вы же теперь... того. Вместе. Он что, не говорил?

– Не говорил, – я почувствовала, как щёки слегка жарко полыхнули, как бывало всегда, когда краснела от неловкости. – Мы вообще не говорили о будущем. Только о Трещине.

– Странные вы, – вздохнула Тарин. – Я бы на твоём месте уже всё выпытала. Женится – не женится, дети – не дети, дом – не дом.

– Тарин!

– Что – Тарин? Как подруге, мне можно. И вообще, ты не думай, я не лезу. Просто переживаю.

Я улыбнулась. Тарин умела быть занудной, но это было частью её сути.

– Спасибо, – сказала я. – Правда. Но пока не до этого. Сначала – закрыть Трещину. Потом – разбираться.

– Ну смотри, – она пожала плечами. – Твоя жизнь, тебе и решать.

После завтрака я пошла гулять по территории. Ноги сами вынесли к старому корпусу, где находилась лаборатория Бертрама. Испуганной птичкой замерла у входа, раздумывая, стоит ли заходить. Старик и так замучил меня за неделю, но почему-то тянуло именно сюда.

Дверь открылась раньше, чем я успела постучать.

– Заходи, – буркнул Бертрам. – Чего стоишь, как неродная?

Я вошла. В лаборатории было тепло, пахло травами и чем-то ещё. Его особой могучей магией, наверное. Старик сидел за столом и пил чай.

– Садись, – кивнул он на табурет. – Рассказывай.

– О чём?

– О том, о чём молчишь. Я же вижу, ты не просто так пришла.

Я села, помолчала, собираясь с мыслями.

– Магистр, – сказала наконец. – А что будет, если я не справлюсь?

Бертрам посмотрел на меня поверх очков.

– Умрёшь. И не только ты. Отряд, скорее всего, тоже. Потом – Академия. Потом – всё остальное.

– Жёстко.

– Правда, – он отхлебнул чай. – Но ты справишься.

– Откуда у вас такая уверенность?

– Я старый, – усмехнулся Бертрам. – За свою