Принцесса Яника и проклятый ритуал - Рина Радостина

Иногда воины возвращались с докладами, но всё это происходило вдалеке от Малиута, и он не представлял, как далеко продвинулись поисковые группы. Впрочем, ему уже было всё равно — он клевал носом, временами проваливался в недолгую дрёму, а заодно очень хотел есть. Но еды ему тоже не предложили.

А потом начали приезжать придворные, которые тоже желали услышать про принцессу из первых уст. Впрочем, их устраивал и краткий рассказ, чем Малиут беззастенчиво пользовался, а личность рассказчика не интересовала вовсе — возможно, они считали, что эльфом должны заниматься слуги, к числу которых относили и стражников. Ну а тем требовалось хоть какое-то решение судьбы Малиута, которое пока никто не принимал.

* * *

— Ваше Величество, я должна поехать с вами!

Принцесса Элия пребывала в гневе. Её люди не смогли вовремя сообщить ей о том, что тело Яники нашли, и она узнала об этом от своего отца. Одновременно король снова отчитал свою дочь за то, что её эльфы бродят по долине с неведомыми целями, а она и не подумала их отозвать. Пришлось пообещать срочно отправить гонца и сослаться на то, что слишком большое количество королевских стражей в Вирруане мешают нормально передавать донесения.

Ещё снова прозвучало имя этой эльфийской семьи ап Майлгунов — мелкий гаденыш всё-таки добрался до долины и сумел сделать то, на что не хватило сил ни у воинов отца, ни у эльфов Элии. Принцесса подумала, что с короля станется наградить этого мерзавца, и то, что она отправила в темницу отца будущего национального героя, окажется очень некстати. Но Элия решила не забивать себе голову тем, что не обязано непременно исполниться, но сделала зарубку — нужно будет поручить одному из слуг в случае нужды купить лояльность этого таверньера. Ну а у неё самой впереди были дела в долине, в которую отец отказывался её брать.

— Нет, ты останешься во дворце! — жестко ответил король. — Тебе там абсолютно нечего делать! Всё, разговор закончен, ты свободна.

Он жестом указал дочери на дверь. Для Элии это был натуральный провал — она не могла оставаться в стороне от событий, но эти чертовы эльфы всё испортили. Как обычно. Она открыла было рот, чтобы ещё раз попросить отца передумать, но не успела произнести ни слова. В кабинет вошел Верховный маг.

— Алуил! — король повернулся к магу. — Мы немедленно выезжаем в долину!

Элия застыла на месте, надеясь, что её не выгонят — или выгонят, но не сразу.

— Ваше Величество! — Алуил поклонился. — Я получил ещё одно донесение от стражей из Вирруана, оно более полное, чем то, что мы слышали раньше. И я думаю, что ваше присутствие на месте поисков нежелательно.

Он поклонился ещё раз.

— Но как? — король выглядел немного сбитым с толку. — Что значит — нежелательно? Там моя дочь и наследница!

— Я понимаю, Ваше Величество. Но там не только она. И даже не эльфы госпожи Элии, — маг посмотрел на принцессу, которая наконец сдвинулась с места, но остановилась, услышав своё имя. — Тот эльф, что нашел принцессу Янику, рассказывал о неких существах, которые жили в той пещере, где лежит тело Её Высочества, и мне представляется, что это может быть нечто очень опасное. Я сам отправлюсь в долину и прослежу, чтобы с вашей дочерью ничего не случилось. А потом мы с ней вернемся сюда. И, думаю, будет лучше, если вы, Ваше Величество, не станете отправляться туда, где имеется неизвестная опасность. Возможно, те существа и виноваты в том, что произошло.

— Но… но что может мне угрожать в моем же королевстве? — недовольно спросил король. — Это абсурд.

— Конечно, Ваше Величество, но мир весьма многообразен, и мы, люди, не можем постичь его полностью, всегда что-то находится за границами нашего познания. И иногда следует проявить разумную осторожность, к чему я вас и призываю. Если прикажете, госпожа Элия может отправиться со мной, она проследит, чтобы её слуги не совершали необдуманных поступков, а также будет глазами вашей семьи в этом деликатном деле.

Элия, которая успела добраться до двери, снова замерла и с надеждой оглянулась на отца.

— Хм… — король откашлялся. — Пожалуй, ты прав, Алуил, королю не следует рисковать, отправляясь навстречу неизвестной опасности. И да, Элия, тебе позволено сопровождать Верховного мага, хотя ты и не заслуживаешь такой щедрости с моей стороны. Но если мне ещё раз доложат о бесчинствах твоих эльфов, у меня не будет иного выхода, кроме…

Он замолчал и отвел взгляд.

Но было и так понятно, о чем идет речь. Это либо изгнание, либо казнь — в зависимости от того, на что у Его Величества хватит решимости. У Элии похолодело в животе, но она быстро взяла себя в руки. Ведь ей как-то удалось пережить предыдущие тринадцать лет. Переживет и это непростое время.

— Разумеется, Ваше Величество. Благодарю за оказанную честь, вы не пожалеете о своем решении, — сказала она и склонилась чуть ниже, чем было нужно по этикету.

Но лишь для того, чтобы спрятать торжествующую улыбку.

* * *

Поляна, на которой совсем недавно нёс дозор полудесяток байрума Родри, преобразилась самым волшебным образом и даже стала немного больше — кто-то из магов позаботился о том, чтобы убрать с десяток деревьев, которые сейчас служили пищей для непрерывно горящего костра. На том месте, где эти деревья росли, теперь возвышались две белоснежные палатки — побольше для Верховного мага Алуила и поменьше для принцессы Элии. Ещё несколько палаток — совсем простых, с какими ходят в походы армия Его Величества — служили в качестве совещательной комнаты, кухни и других вспомогательных служб. Неподалеку разместилось целое стадо ездовых и тягловых пони, сгрудились в кучу кареты и телеги, а вокруг костра разместилось огромное количество стражников и рядовых магов, не входивших в свиту Алуила. И все это собрание шумело, подхрапывало, скрипело и ругалось, создавая шум, который можно услышать в столице лишь в самый разгар базарного дня.

Но здесь ничего не продавали и не покупали.

После появления Верховного мага и старшей принцессы Малиута ещё раз обстоятельно допросили об обстоятельствах, при которых он оказался в долине и обнаружил тело Яники, а потом отвели в сторону и приставили двух стражников. Те были очень недовольны поручением, но их недовольство