Фантастика 2026-93 - Иван Басловяк

— Подожди меня в машине, — сказал я, поворачиваясь к Инге.

— Нет, Егор, я пойду с тобой, — настойчиво ответила она.

Я вздохнул и подумал: «Вот что с ней делать»?

— Не мешать и не препятствовать, — сразу же ответила Инга с улыбкой.

Я резко повернул голову.

— Не понял… — встрепенулся я. — Ты что, снова мои мысли можешь читать?

Она тихо рассмеялась.

— Ой, Егор, это несложно. Они у тебя прямо на лице сейчас написаны.

Я прищурился со смешком.

— Ага… а я уж подумал, что ты опять у меня в голове.

Инга в ответ просто показала мне язык и щёлкнула дверцей авто.

Мы вышли из машины и вместе направились ко входу. Внутри всё выглядело именно так, как и должно выглядеть в современном офисе крупной компании: просторный холл, светлый мраморный пол, стеклянные перегородки и стойка ресепшена прямо напротив входа.

За стойкой сидела девушка.

Перед ней лениво переминались два охранника в костюмах. Челюстями перетирали жвачку и скучающе переговаривались между собой. Когда мы подошли ближе, девушка расправила плечи и встретила нас фарфоровой, идеально натренированной улыбкой.

— Здравствуйте. Чем могу вам помочь?

На ней настолько узкий жакет, что казалось, будто он мешает ей нормально дышать. Зато этот жакет уж очень выгодно подчёркивал все её достоинства.

Я достал удостоверение и показал его.

— Мне нужен мобильный телефон Виктора Ильича Старожилова.

Девушка посмотрела на корочку, но улыбка с её лица никуда не делась. На совесть прибита.

— Извините, — вежливо сказала она. — Мы не вправе давать такие сведения.

Я немного наклонился к стойке.

— Девочка, — сказал я спокойно. — Посмотри внимательнее, что здесь написано. Старший оперуполномоченный.

Она слегка замялась, но быстро собралась.

— Да… но у вас есть… как это… санкция или ордер?

Я тяжело вздохнул.

— Начинается…

Я провёл ладонью по стойке.

— Если будет санкция, тогда будет совсем другой разговор. А пока что я просто хочу побеседовать с вашим начальством.

Она снова улыбнулась.

— Извините, я не вправе…

— Тогда позвони старшему, — подбодрил я.

— Хорошо… одну минуту.

Но она никуда не звонила. Девушка просто слегка повернулась и махнула рукой кому-то в сторону.

Через несколько секунд к нам подошёл мужчина.

Высокий, крепкий, с густой седой шевелюрой, серебристой, почти как снег. Волосы были аккуратно зачёсаны назад, лицо слишком загорелое, а взгляд внимательный и холодный.

Причём все эти черты были мне знакомы, потому что он был нашим сотрудником.

Не сейчас, конечно, но я застал его, когда только начинал работать. Тогда он тянул лямку в участковых, кажется, даже, вроде, был начальником участковых в нашем отделе. А теперь, судя по всему, тут безопасник.

Важны не должности, а главное: нашу ментовскую кухню он знал отлично.

Мужик подошёл ближе, уставился на моё удостоверение, внимательно его рассмотрел. Меня он не узнал. Я это понял сразу.

Впрочем, ничего удивительного. Когда он видел меня в последний раз, я был зелёным лейтенантом, который только начинал работать и больше слушал, чем говорил. Да и потом, до той самой невероятной встречи с Иби, больше в кабинете сидел.

Именно поэтому за последние месяцы я изменился сильнее, чем за предыдущие десять лет жизни.

— Егор Николаевич, — проговорил он с сухой, почти служебной улыбкой, — вы можете пообщаться с Виктором Ильичом через меня. Для чего он понадобился нашей доблестной полиции?

Он говорил вежливо, но в голосе чувствовалась холодная отстранённость человека, который привык работать своеобразным фильтром.

— Я сам с ним поговорю. Без посредников.

— Насколько я понимаю, никаких заявлений на него не поступало. И он сейчас на отдыхе. Мы не можем беспокоить его лишний раз.

Я задумчиво наклонил голову.

— Послушайте… как вас?

— Лев Алексеевич, — подсказал седой.

— Ага. Лев Алексеевич, — повторил я. — Дело срочное. Придётся вашего начальника оторвать от отдыха. Поэтому я всё же настаиваю, чтобы вы дали мне его телефон.

В этот момент Инга чуть наклонилась ко мне и тихо прошептала:

— Егор…

Я чуть повернулся к ней, не только головой, но и плечами. Мы с ней теперь не могли разговаривать мысленно, и я пытался сохранить хоть какую-то дистанцию с безопасником.

— Я тут подключилась к камерам.

— И? — так же тихо переспросил я.

— Старожилов уже входил сюда сегодня. И до сих пор не выходил.

Я посмотрел на неё внимательно.

— Точно?

— Ага.

Я снова перевёл взгляд на седого. Ну надо же. Лапшу мне на уши вешают с непроницаемыми лицами. Интересно, чего это так Старожилов опасается полиции? Без подготовки встречаться не хочет?

— Я могу ещё чем-то помочь? — прервал наш обмен репликами Лев Алексеевич.

Похоже, решил, что раз нам надо пошептаться, значит, мы растерялись и сейчас развернёмся и уйдём.

Я спокойно посмотрел на него.

— Конечно. Идите и доложите Старожилову, что к нему пришёл Фомин.

Он слегка нахмурился.

— Фомин?

— Да. Егор Николаевич Фомин. Сын Николая Фомина.

Седой резко вскинул голову.

— Вы… сын Николая?

Да, это имя подействовало не только на Старожилова. Лев Алексеевич, понятное дело, тоже прекрасно знал моего отца — и, похоже, только сейчас до него дошло, кто перед ним стоит.

— Он самый, — хмыкнул я. — И я знаю, что Виктор Ильич сейчас в здании, а не на отдыхе.

Бывший коллега сразу напрягся.

— Но его нет здесь. Вы этого не можете утверждать…

Он начал спорить, но я уже перестал его слушать. Меня окончательно достал этот цирк. Мы просто теряли время.

Я отодвинул его рукой в сторону и направился к лестнице.

— Извините, Егор Николаевич, — услышал я за спиной. — Это частная территория. Если у вас нет соответствующих бумаг, вы не имеете права…

Я не обращал внимания на его реплики и спокойно шагал по коридору. Инга уже сообщила мне, где находится кабинет. Она успела это проследить по камерам, пока мы поднимались, и коротко прошептала мне возле лифта:

— Коридор в левом крыле направо, последняя дверь.

Перед тем как я пошёл дальше, она тихо добавила:

— Егор, включи камеру на телефоне. И точку доступа активируй. Я подключусь и буду наблюдать.

Я кивнул:

— Оставайся у входа.

Она посмотрела на меня серьёзно, но спорить не стала.

Я врубил камеру и, держа телефон