Командор - Никита Киров

— Штык погиб? — Крыс посмотрел на меня, чуть приоткрыв рот.

— Его казнили пустынники. А ты думал, что раз сбежишь, то все выживут?

— Я не сбежал, — сквозь зубы проговорил он. — Там была группа разведки, я знал их места, вот и позвал их. Больше было пользы, чем от меня одного. Просто я думал, что он выживет. Он шутил ещё, снимки показывал.

Сожаление или притворяется? Не сказал бы, что они были друзьями. И всё же пару дней провели рядом, в боях, Крыс сам тащил раненого. В бою это многого стоит, люди после такого пережитого тянутся друг к другу сильнее. Возможно, что и Крыса это задело где-то в глубине души.

Да и взгляд у него изменился, не такой, каким был тогда, стал тяжелее. Это агент, подготовленный, умеющий стрелять. Но вот на войне он оказался впервые, и она оставила на нём свой отпечаток. Наверняка ещё вздрагивает от резких звуков.

За стеной в соседней комнате кто-то пришёл: послышались шаги, затем кашель. На курорте были и другие офицеры, а стены тонкие, не хватало ещё, чтобы нас подслушали.

— Идём, — сказал я, и Крыс кивнул.

Я нашёл пустой номер, который выделили для Флетчера, но тот отправился в госпиталь, и комната сейчас пустовала. Крыс вошёл, огляделся и пощупал под столом, будто искал спрятанный микрофон.

После этого отошёл к окну, проверил, что там, и повернулся ко мне.

— Это не настоящий император, — повторил он ещё тише.

— И откуда такие данные?

— Кому это знать, как не нам?

Я сел на стул, а он на край стола. Его оружие я всё ещё держал рядом, хотя вместо пистолетов я предпочитаю что-нибудь потяжелее.

Если это правда, то дело совсем плохо. Но даже если ИСБ в этом уверено…

— Император Михаил был слаб, — начал объяснять Райгер. — Но дети у него были сильные. Три сына, надежда империи. Дмитрий, твой тёзка, Константин и Алексей.

— Который стал императором сейчас.

— Нет, — он помотал головой. — Дмитрий погиб в аварии, Константин утонул, Алексей в это время был в Дискреме. Он хотел сделать военную карьеру, обучался у них, у нас тогда было потепление отношений между империями. Учился в академии, кстати, той же самой, что и ты.

— Я его там не видел.

— Под чужим именем, конечно. Но оттуда вернулся не он, — Райгер понизил голос. — Похож на него, знал всё, что знал Алексей. Но это не он. Двойник, узурпатор. Охранка знает это лучше всех. Это марионетка, которая погубит империю.

— И вы решились на заговор.

— А кому ещё возглавить империю, как не тому, кто когда-то её создал? — он произнёс это уверенным голосом. — Мы думали, что у него легко это получится. Эрдель особенно был в этом уверен.

Я смотрел на него, пытаясь понять, почему он рассказывает мне про узурпатора. Я его не пытаю, не выбиваю данные. Просто задаю вопросы, и в какой-то момент он стал отвечать очень подробно.

Врёт? Или какой-то расчёт?

— Что ещё? — спросил я.

— Заговор не один, — сказал Крыс. — Уже многие поняли, что на троне самозванец. А кто не понял, того не устраивает, как император заигрывает с Дискремом. Один из заговоров, скорее всего, удастся. Возможно, они заполучат себе власть и назначат нового императора. Или выберут среди себя.

— И кто они?

Он молчал долго, раздумывая и глядя на меня, будто что-то прикидывал. Он пытается выплыть хоть как-то.

— Твой дальний родственник — Борис Климов, командующий флотом. И генерал Загорский из РВС Огрании. Генерал Салах, скорее всего, тоже знает обо всём. Его восстание может быть частью заговора, чтобы отвлечь армию, насколько мы можем судить. Но у него свой интерес в этом, он хочет отделиться от империи. Впрочем, вот это и так все знают.

— Ты знаешь о заговоре, но не выдаёшь его. Твоя работа — такое предотвращать.

— Таков план, — сказал Крыс. — Они возьмут власть, но не смогут её удержать.

— И тут бы вышел Таргин в моём теле. А зачем ждать? Таргин легко бы справился с кем угодно. Размазал бы их.

— Для всех он был бы правнуком изгнанника. Какое это даёт право на трон? Никакого. Без номинальных прав никто не назовёт его императором. Даже то, что он Небожитель, мало поможет. Даже Небожитель не сможет победить в одиночку целую аомию.

— Тогда какой расчёт?

Да уж. Как говорится: никогда такого не было, и вот опять. Служба безопасности сама возглавила заговор, считая правителя чужой марионеткой. Не вся служба, конечно, только несколько личностей.

Но раз он говорит, надо слушать, чтобы понять, что делать мне самому. Потому что я, в тот день, когда не умер, оказался с этим связан.

— Расчёт на то, — продолжил Крыс, — что новые властители действовали бы всё хуже и хуже, недовольство ими копилось бы сильнее. Потому что военный талант одного из генералов ты видел сам. И вот тут-то харизматичный человек с силами Небожителя и поддержкой армии и гвардии смог бы проявить себя, а Таргину в харизме не откажешь. И кроме того, Климовы — дальние родственники Громовых. Шанс есть, но для этого нужно было копить силы.

— Вот это план вы придумали, — я покачал головой.

— Это придумал сам Таргин во время прошлой жизни, — сказал Крыс. — План на случай поражения, чтобы можно было вернуться. Мы только проработали детали и нашли носителя для его души. Нельзя недооценивать Таргина. Он — почти бог.

— Давай без пафоса, — я поморщился.

— По крайней мере, некоторые в это верят. Эрдель вот всегда верил, что Таргин вернётся.

— Давай к делу. Ну вот, ты мне всё выдал. Я держу вас в руках, и душа вашего бога у меня. Какие предложения?

Райгер молчал.

— Мы не знаем, — наконец признал он. — Правда не знаем.

— Так что ты хотел со мной делать? Для чего пришёл? Говори честно.

— Мы хотели найти способ забрать душу и помочь Таргину вернуться. Но раз что-то пошло не так, вряд ли бы у нас и это вышло. Да и любой известный нам способ требует твоего добровольного согласия. Но это не значит, что надо сидеть без дела, пока нас не раскроют.

— Значит, вы не знаете, что делать, — заключил я. — Таргин придумал за вас план, но когда всё пошло не так, вы сели в лужу. Плохо, что вы не учитываете опыт имперской армии. У нас всегда подчинённые готовы принять роль командира на случай его гибели. А у вас всё