Лётчик: Дотянуть до горизонта. От Карпат до Амура - Владимир Владиславович Малыгин

количестве бензина и масла говорю. Залез в кабину, посидел некоторое время, руками-ногами пошевелил, пальцами по всем рычагам и переключателям пробежался, приборы осмотрел, запомнил. Нужно же хоть немного обвыкнуться? Ну и на парашюте штанами поёрзал, уселся поудобнее, сначала ремни подвесной системы под себя подогнал, а потом и привязные крепко затянул. Опять же пару интересующих меня практических вопросов механику задал. После чего запустились, мотор прогрели, как раз на рабочем месте и освоился.

Отмашку дал на предмет колодки из-под колёс убрать. Ну и покатился потихонечку на взлётку. Рулю, с помощью единственной фары осматриваюсь по мере возможностей. Свет не сказать, чтобы и яркий, но мне хватает. Да и куда рулить – прекрасно знаю.

Вырулил на полосу, сразу обороты двигателю и добавил – плавно перевёл рычаг управления оборотами вперёд до упора. Ночь, воздух прохладный, плотный, винт тянет словно зверь, да и мощности хватает – поэтому оторвались от земли почти сразу же. Ну, всего-то несколько раз на небольших неровностях грунта подпрыгнули, причём в крайний раз даже почти взлетели. Зависли в воздухе, но, тем не менее, скорости всё-таки немного не хватило, и самолёт плавненько так коснулся земли колёсами. Мелкая вибрация от дутиков на корпус перескочила, заставила на секунду противно заныть зубы…

И сразу же пропала – вытянул мотор, разогнались и окончательно оторвались от земли, повисли в воздухе. Земля моментом вниз ухнула и пропала. Темнотища в кабине. Хорошо хоть какая-то небольшая подсветка приборной панели имеется, иначе было бы совсем тяжко. Ну и впереди кое-какие огни городские виднеются, помогают определиться в пространстве.

Всё, фару можно выключать, всё равно от неё больше никакого толку не будет. Если только на посадке. А сейчас всё внимание приборам.

Ночь сегодня на удивление безлунная. Нет, луна-то на самом деле где-то там наверху имеется, только не видно её за облаками. Короче, повисла над городом непроглядная осенняя темень, в самом буквальном смысле. Но чем ближе к центру города, тем больше внизу впереди электрического света, тем светлее. А над столицей-то я так ни разу ночью и не летал просто так! Заваливаю аппарат в правый крен, иду как раз по направлению на Путиловский завод, а через него на Адмиралтейство. Пусть ночь над городом, но внизу очень красиво! Только почему-то становится темнее и темнее на улицах. Полное впечатление, что свет поквартально отключают. Гаснут фонари на улицах, в домах кое-где ещё тускло светятся окна, но уже почти ничего и не видно. Ещё успеваю увидеть сверху и узнать Обводный канал, а дальше на город опускается сплошная темень, и в эту темень, словно в омут, ныряют и мгновенно пропадают дома и улицы. Слева ещё вижу чёрную ленту Большой Невы и Васильевский, но и то недолго. И там быстро становится темно. А вот дальше на запад (ох уж этот запад) немного светлее. Туда и полечу. Да и сообразил, что не дело через центр города ночью летать, будить мирных обывателей. И не только обывателей, как бы наутро к градоначальнику нас с Игорем за мои ночные полёты не вызвали. А ведь запросто могут привлечь за нарушение тишины и ночного покоя в общественном месте… Опять же, как-то очень уж подозрительно быстро свет в городе отключили…

Ни огонька, видимость ноль, ощущение полёта напрочь отсутствует. Если бы не приборы и не их подрагивающие стрелочки… Ах да – ещё и рёв мотора с сопутствующей ему вибрацией, то ни за что бы не поверил, что я лечу. И где-то надо мной висит толстая перина облаков. Настолько плотная и толстая, что через неё даже луны не видно. А уж про сверкающие где-то там в вышине звёзды я и вообще молчу.

Да уж, это далеко не «Муромец»… На том в подобных условиях куда как проще – можно и на крепкий пол под ногами посмотреть, и в просторной кабине осмотреться, сбросить наваждение вот этого неопределённого зависания в пустоте. Ничего, сейчас выскочим из непроницаемой тьмы, над морем пойдём. А над ним чисто, облаков нет. Это я уже отсюда вижу. Верите ли, но на сердце легче стало. В первый момент. Во второй трезвая мысль в голову пришла: а ведь мне ещё возвращаться придётся… Куда только? Радиомаяков и приводных радиостанций нет, пеленгаторы тоже как класс отсутствуют. Связь? Ну какая, к чертям, связь… Остаётся лишь уповать на исключительную добросовестность и исполнительность дежурного механика, что не завалится спать после моего вылета, а выполнит мои предполётные указания и включит посадочные прожекторы через час… Выкрутился, называется! Придумал для себя перед Остроумовым ловкую (как казалось) отмазку со срочным ночным вылетом! Теперь разгребай двумя руками!

Ну, наконец-то! Вырвался из-под душной пелены облаков на чистый простор! Вокруг звёзды засверкали. И именно что вокруг. Опять же настолько ярко сверкают после сплошной черноты, что я даже засмотрелся. Красотища-то какая! От переполняющего душу восторга крутанул бочку, выровнял и удивился. Настолько легко до неожиданности эту фигуру сделал. Ещё! Обороты до упора вперёд, секундная пауза на разгон, и сразу же вверх по крутой траектории полупетли, с последующим переворотом в нормальный полёт. Ремни врезаются в плечи. Прибираю чутка обороты. Горизонт!

Отличная машина у Игоря получилась! И мотор работает ровно, рычит свою победную песню! Малый газ, ручку максимально влево, педалью влево-вправо, авиагоризонт переворачивается на сто восемьдесят, и я плавно тяну ручку на себя, слежу за перегрузкой по самочувствию. Ну и машину слушаю, по-другому никак! Чтобы не дай бог не закряхтела. И обязательный контроль скорости и высоты! Плавненько толкаю вперёд РУД на выходе и перехожу в горизонтальный полёт. Шестьсот метров, отлично. Но можно и повыше забраться. Машина – зверь! И мотор не подводит, устойчиво работает на всех режимах полёта, и в перевёрнутом положении тоже не подводит. Достаточно – есть тысяча метров, и этого хватит. Место? Отвлёкся от авиагоризонта, головой по сторонам закрутил – то вверх её задираю, то вниз опускаю. Вниз? А куда это вниз? И где здесь низ, а где верх? Потерялся в пространстве. Ночные полёты, особенно с такой вот круговертью, над спящим спокойным морем именно этим и опасны – потерей пространственной ориентировки. Звёзды и луна отражаются в тихой воде, словно в зеркале, и становится непонятно, где низ, а где верх. Одно спасение – приборы!

Какая тут к чёрту красота? Упираюсь взглядом в авиагоризонт, компас, считываю показания высоты и скорости, потихонечку возвращаюсь в реальность. Обманчивая иллюзия не желает отпускать просто так, ещё кружит голову, заставляет скашивать глаза за борт кабины. Там