Лётчик: Дотянуть до горизонта. От Карпат до Амура - Владимир Владиславович Малыгин

А потом, через некоторое время, мы уже вдвоём с генералом точно так же стояли в другом кабинете и на пару, вдвоём, выслушивали в свой адрес вежливые, но оттого ещё более неприятные слова великого князя…

Всю столицу я своим ночным вылетом на уши поднял… Прошлогодний налёт цеппелинов и ночная бомбардировка Зимнего хорошо всем запомнились, повторения подобного никто не собирался допускать. А тут гул авиационных моторов в ночном небе и сигналы прожектором в направлении центра столицы… Все части противовоздушной обороны сразу же подняли по тревоге, самолёты на перехват взлетели. (С последним утверждением князь явно погорячился. Что-то я никаких посторонних самолётов в небе не видел.) Мало того, на всякий случай из дворца всех эвакуировали. Императора, чёрт бы меня побрал, с постели подняли и в Царское Село увезли… Вот так…

И, казалось бы, я-то тут при чём? Ну, нужно же было кого-то сделать крайним? А то, что у страха глаза велики, так кого это теперь интересует? И мнение моё никто во внимание брать не собирается, слишком много шума я наделал. Хотя-я… Судя по некоторым оговоркам, я больше чем уверен – выводы соответствующие из ночного происшествия точно будут сделаны. И полетят головушки кое у кого с плеч после этакого раздолбайства…

Вот и дали мне день на приведение собственных дел в порядок и повелели высочайшим распоряжением убраться из столицы не позже сегодняшнего вечера… Куда? А куда подальше… И высказаться в свою защиту особо не дали. Сначала Владимир Фёдорович всё рядом стоял и сзади крепко за локоть поддерживал – одёргивал. Как только я начинал рот раскрывать, так вот прямо за рукав кителя и дёргал, заставлял промолчать. Если бы не наш предварительный с ним разговор, то это меня ни за что не удержало бы, а так спохватывался, закрывал рот и делал виноватый вид.

На этом мои мытарства не закончились. Нет, к государю на ковёр за очередной выволочкой меня не повели, но к Марии Фёдоровне доставили. Здесь было проще. Говорю же – умная женщина. Выслушала, помолчала, подумала, подвела черту несколькими чёткими фразами:

– Из столицы вам придётся уехать. Пусть здесь всё уляжется. Да и государь успокоится. Ступайте. Владимир Фёдорович… задержитесь…

Поклонился коротко, развернулся, поймал глазами кивок Джунковского, понятливо моргнул в ответ. Закрыл за собой двери, отошёл в сторону. Стою, жду генерала, события сегодняшнего утра в голове в очередной раз прогоняю. Досадное стечение обстоятельств…

А теперь придётся убираться из города! И ведь что самое обидное, так это то, из-за чего всё это закрутилось. Придумал отговорку! Полетать захотелось! Вот и полетаешь теперь у чёрта на куличках…

Но это я так, больше для приличия на самого себя наговариваю. Испытываю ли настоящую досаду? Нет. Наоборот, рад этому неожиданному происшествию. Почти все дела в столице закончены, да и тягостно здесь, скучно. То ли дело на фронте… Там я хоть что-то могу сделать. Здесь же… Здесь уже ничего от меня не зависит. Все свои невеликие знания нашей истории я давно передал Марии Фёдоровне и Владимиру Фёдоровичу. Изменились ли после этого здешние события? Изменились, да ещё как, и пошли своим собственным путём. Так что дальше я никому ничем не могу быть полезным. Хотя тут я несколько передёргиваю. Полезным я ещё очень долго буду оставаться. И не только в авиационной теме… Оттого и прощают мне многое…

А вот и Владимир Фёдорович! На ходу рукой махнул, пригласил догонять. И говорить генерал начал лишь в автомобиле.

– Ваше место в Севастополе по понятным причинам давно занято. Поэтому вернётесь в Дикую дивизию. Поможете его светлости с авиацией.

– Так у него же ни одного самолёта нет!

– И не будет! – сказал, как отрезал, Владимир Фёдорович. – Находите, где хотите! У вас это прекрасно получается, насколько я знаю! И, Сергей Викторович, в этот раз всё серьёзно! В столице можете не показываться, пока там работу не наладите…

– А то раньше всё понарошку было… Хорошо, я вас услышал. Дивизия-то хоть на месте?

– Пока, – генерал выделил голосом это слово. – На месте.

Откинулся на кожаную спинку сиденья, устало потёр ладонями лицо:

– Устал. Вот скажите… Почему именно с вами происходят все эти вещи? Почему, как только слышу о неприятностях, так сразу фамилия Грачёв первой на ум приходит? Что молчите?

– А что говорить-то? – понизил я голос. – Сам себе иной раз удивляюсь. Предполагаю, что это влияние этого тела на моё сознание…

– А ведь я предлагал вам обратиться к Боткину. Не захотели…

– К нему только попади… На части разберут…

– Ладно. Как хотите. Но впредь постарайтесь как-то более контролировать себя и свои поступки. Подобное оправдание не озвучишь… Да, кстати, что там за ночное нападение на вас?

– Да как бы и простое разбойное, но смущает одно. В почти полной темноте – и вдруг обращение «вашбродь»… Не находите это несколько странным?

– Нет. Погон может блеснуть при лунном свете. Да мало ли… Вы их всех?

– Троих. Проверять из опасения не стал. И вроде бы как ещё один сумел уйти…

– Проверять он не стал, – еле слышно пробурчал генерал. – Хоть здесь сообразили…

– А если это продолжение той истории? Немецкой?

– Вряд ли. Скорее, это уже наши, родные. Слухи-то по столице про вашу персону ходят разные… И не все они приятные…

– Расскажете, Владимир Фёдорович?

– А надо?

– Надо, – твёрдо ответил генералу. – Так хоть знать буду, чего мне опасаться…

– Ну что ж… Самое основное, это то, что после вашей карпатской эпопеи связывают вас с колдунами…

– С кем?! – удивился и тут же сообразил: – Распутин…

– Да. Ходят слухи, что появился в Зимнем второй старец… В свете ваших недавних рассказов пояснять дальнейшее не вижу смысла… Травничество он решил изучить…

– Да, не нужно, – заключительную генеральскую фразу предпочёл пропустить мимо ушей. – Теперь многое становится понятным.

– Ну и вдобавок последние смерти важных чиновников связывают именно с вами…

– Что?! А я-то тут с какого боку?

– Бросьте, Сергей Викторович. Именно с того самого!

– А разве это уже общеизвестный факт? Моё, так сказать…

– Молчать! – оборвал меня Джунковский. – Даже здесь, среди своих, не нужно болтать лишнего! Я всего лишь хотел сказать, что связывают именно как с колдуном… Теперь понятно?

– Понятно, – отвернулся в сторону, уставился в окно автомашины. – Мне только этого не хватало…

– Поэтому будет лучше уехать из столицы.

– Да это-то теперь понятно, – теперь и я откинулся на спинку сиденья. – Непонятно, что дальше делать…

– А что тут непонятного? – повернулся ко мне Владимир Фёдорович. – Служите, летайте, подвиги совершайте, как умеете. А мы