Я бегу по снегу босиком - Нани Кроноцкая

Забегал даже Корвус, на пару минут, заносил Венди кофе со сливками. Сообщил, что проверки прошел, объяснения безопасники приняли. Да, он теперь — штатный сотрудник оперативного отдела. И убежал, призываемый Ладом.

Когда пришел Фил, Ди уже даже не удивилась. Ведьма давно просто нервно хихикала.

— Аве, сестренка, Как ты? Лад мне рассказал…

Он вдруг бросил вопросительный взгляд на ведьму.

— Аве и вам, недоверчивый наш. Майор Инквизиции Наталья Аггриповна Янь. — Не тушуйтесь, я штатный сотрудник. Присаживайтесь, раз уж зашли. Сегодня у меня — день вашей группы, я так понимаю.

Рафаил рассмеялся. Ведьма недоуменно пожала плечами. Она никому еще не представлялась вот так — официально. Но это же Фил… Ему все говорили правду, внезапно и неожиданно.

Стремительный, очень серьезный. Обычный. Как будто бы и не случилось совсем ничего. Только кольцо это, черными крыльями охватившее палец, напоминало о произошедшем.

— Ну, раз так… Ди, я зашел попрощаться. Высшее наше начальство меня отправляет в долгосрочную командировку.

— Надолго? — Ей вдруг вспомнилась грустная очень Арина.

— И далеко. В Гоби, готовить базу для академических практик. Копать динозавров, общаться с монголами. На год как минимум.

— Ого. А… — Одними глазами Ди указала ему на кольцо, вопросительно изогнув одну бровь.

— Нет. Запретили. Ипполит ваш там целый доклад написал. А самое гадкое… что Арина со всеми согласна и меня наотрез избегает. Совсем, мы так даже и не поговорили, она очень быстро сбежала. Потому я и не вижу причин сопротивляться приказам. Если уж ей это не нужно — зачем мне?

Как глупо! Ведь способы есть все исправить, она знала, ведь у них с Лером все получилось!

Видимо, все эти мысли так ярко вспыхнули на лице Венди, что Фил, сидевший на диване напротив и смотревший все это время на нее пристально, вдруг резко встал, подошел, и взял ее руку.

— Ди. Я все знаю, но у каждого из нас своя личная история. Свой путь. На всех троп не вытопчешь. Нам это нужно пройти, и самим. Сестренка, хоть ты по мне будешь скучать?

Ди чуть не заплакала. Дурень! Уезжает на край земли, в таком вот состоянии, с израненной душой и с таким настроением. Венди посмотрела на него в зеркало. Ведьма даже на шаг отступила.

— Фил, я тебя очень люблю, ты слышишь, братишка? Пиши каждый день, и не вздумай молчать. Даже если связи нет — пиши в офф, все равно все получим. И не придумай там киснуть. Обещаешь?

Он молча погладил ее по голове, поцеловал в мокрый белый затылок и вышел.

31. Экстренный выход

— Он прав, дорогая. Это и есть тот, о ком все молчат?

Ди удивленно воззрилась на ведьму, закончившую колдовать над ее шевелюрой, и задумчиво рисующую какие-то знаки на профессиональном беспроводном фене странной конструкции.

— Ну, ведовский круг очень узок. Все сплетни становятся достоянием общества едва только успеют родиться. Все знают, что у Арины какой-то совсем необычный любовник. Что она сильно влипла. Но где-то с месяц назад, даже меньше, явился сам Канин и наложил вето на голос. Вот это был жуткий скандал. Сам Канин велел всем заткнуться, и как? Да ведьмы потом все чуть не лопнули. Так теперь и зовут его, это несчастье Арины: «Тот, о ком все молчат».

Ничего себе Паша. Право вето на голос могу использовать только высшие ведьмы и в жизни всего только трижды. А Паша, одну секунду, бессмертный. Что им двигало, почему за Арину вдруг так заступился? Кстати, а где он? С момента их выхода из Гурзуфа они и не виделись. Быстро прикинула в голове. Мама дорогая, как раз уже месяц практически. Вот оно как.

Закончат когда с этими самыми демонами — надо будет его навестить, все разведать.

Чем дольше она тут сидела, тем увереннее зрела в ней мысль: вот совсем не так просто ей вдруг захотелось на маникюр. Самой Венди эта идея ее показалась странной, с самого начала. На нее не похожей. И все эти гости… Неужели драконище снова ввязался? Он мог и внушить. Хотя, его мысли вламывались к ней в сознание с бесцеремонностью танка, а тут была тонкая очень работа.

Да, плохо иметь столько сразу ментальных связей, целый в душе гарнизон. И довольно опасно, похоже. Кому-то уже удалось ей подсунуть идею зайти вот сюда, да так, что Венди и не распознала подлога. С каждой мыслью ей становилось все больше тревожно. И как теперь приступать ей к заданию? Думай, курица, думай. Кто смог?

Лер? Исключено, он как это… «натурал» и вполне справедливо. Маникюр весь отвалится с первым же оборотом. Прическа? По мнению Лера: чем на ней больше кудряшек, тем лучше.

Кто еще рядом был в эти дни с ней, Ладон? На него очень похоже. Он страсть, как уважал эту жуть, любил всяческие аферы, и к тому же, ведьма явно была из бесконечного племени его «бывших». Он же с ней и договаривался о времени визита Ди. Но зачем? Проще было команду отдать, Венди — солдатику. Она ведь его подчиненная. Банально и четко: явиться туда-то и выполнить. Нет причин так не сделать.

Корвус? О своем новоявленном оруженосце Ди знала постыдно мало. Простой импульс жалости к молодому парнишке толкнул ее на весьма непродуманный шаг. Еще и это его вчерашнее к ней явление, со словами «я вляпался». Как, куда и зачем? Похоже, перед выходом в Сестрорецк ей предстоит отработать снова ритуал призыва Ильи и поговорить с ним наедине, без свидетелей, очень-очень серьезно.

Сосредоточенно размышляя, Венди настолько задумалась, что не заметила, как ведьма Наташа закончила свое волшебство, отряхнула клиентку свою легким дуновением очищающего заговора и смотрела теперь на нее, ожидая реакции.

Ди нетерпеливо взглянула на свое отражение в зеркале и замерла. Да, Наташа не просто так носила погоны майора самой Инквизиции. Это было… волшебно. Прямо на Ди смотрела невероятная, потрясающая и сногсшибательная блондинка, с гривой перламутрово-белых волос, томным взглядом и безупречной кожей. Природные данные выгодно оттенялись ненавязчивым магическим макияжем (и когда она только успела?). Сама красота и само искушение.

Демон, не меньше. Однако. Кем бы ни был тот диверсант, отправивший Венди сюда, у него получилось отлично. Венди выдохнула резко, даже привстав.

— Нравится? — Ведьму явно устраивала ее реакция.

— Вы… просто невероятная. Потрясающе.

— Нет, малышка, из нас двоих невероятная ты. Так упорно