Во сне и наяву - Юлия Зубарева

разного варенья с погреба. Нашли в постельном белье и белую скатерть с кистями. Кружки, правда, все были разномастными, у кого побольше, а кому вообще достались полупрозрачные фарфоровые с тонкими белыми ручками. Вениамин привез торт за удачное завершение дела — огромный медовик с грецкими орешками прямо из пекарни, как знал, что народу будет много. Разговаривать о делах совершенно не хотелось. Крепкий душистый чай со смородиновым листом вприкуску с большим куском пирога, блины блестят масляными боками, варенье в креманках, сушки, печеньки. Какие уж тут бумаги! После третьей кружки чая Лиза поняла, что из-за стола ее будут выкатывать.

— Ну что, товарищи-заседатели, излагайте вашу идею, иначе мы тут до ночи просидим, — благодушно начал диалог юрист.

Главными вдохновителями выступали Акимыч с Виталиком, им и карты в руки. Наперебой, перескакивая с одного на другое, они рассказывали, какая это шикарная история может получится. Потом, после долгих препирательств с батюшкой, ситуацию с пропавшими деньгами и странной смертью старого священнослужителя решили особо не пиарить, хотя Веня явно заинтересовался по своему профилю. Остановились на том, чтоб народу просто показать часовню недостроенную и дать возможность проголосовать рублем за проект, а там может друзья-белорусы уже пристройку закончат. Первоначальный энтузиазм слегка прокис, за столом повисло неловкое молчание. Юрист, впрочем, обещал подумать, стоит ли привлекать Рекламное агентство к этой народной самодеятельности, но тоже с некоторой долей скепсиса. Допив чай и положив ложечку на пустую тарелку от десерта, Вениамин предложил другой вариант:

— Я тут подумал, вы как блогеры можете приглашать любого участника за дополнительные деньги, оплачивая это из своего бюджета. Тогда не нужно изменять условия договора и распределение прибыли. Ну или совсем простое решение. Деньги, полученные за эти выпуски, проводим как благотворительность и отдаем на строительство. Здесь вообще никого привлекать не надо, еще и налоговые вычеты какие-то полагаться будут.

Встал из-за стола, взяв так и не раскрытую папку с бумагами, и подытожил:

— В целом, можете сообщать своему начальству о новой тематике, — кивнул в сторону Елены и Отца Сергия. — Дальше нас устроит любое из перечисленных решений.

Акимыч, нахмурив кустистые брови, усердно гонял в голове какую-то мысль. От усердия у него даже уши покраснели.

— А знаете, что? Это Веня правильно говорит. Сидим тут, гроши считаем. Я, почитай, одной ногой уже на кладбище. К Марьяне своей под бочок пора, а все, куркуль, гребу под себя. Лизавета вон дом поднимает — хорошее дело делает, меня старого не гонит, человеческое уважение мне вернула, кормит, поит, а я чего ж? Совсем совесть на чужих харчах потерял? Деньги еще эти проклятущие. Куда копить? В гробу карманов не имеется. Оформляй давай эту свою благотворительность, Вениамин Брониславович. Пусть ребяткам хоть за фундамент заплатят, у них семьи дома там на подножном корму, а мы тут чаи распиваем. А потом чего с Лизаветиного договора капать будет, то, значит, пусть на стройку и идет. Но уговор!

Дед поднял свой указующий перст и в тишине, как настоящий актер, произнес с пафосом:

— Пока туалет у нас не доделаете, чтоб по богоугодным делам не ходили туда налево!

Серьезный разговор после такого перла от Василь Акимыча завершился громовым хохотом всех присутствующих. Нахмурившийся еще более дед никак не мог понять, чем он рассмешил всю честную компанию. Он же свои кровные решил на хорошее дело пустить, а они смеются.

— Налево по богоугодным делам, — повторил утирающий слезу отец Сергий.

— А в туалет нам туда ходить нельзя… — ржали полковыми лошадьми облагодетельствованные строители.

— Ну дед, ты молоток! — восхищался Виталя.

— Даже Вениамин скрыл ухмылку, низко опустив голову, и над всем этим балаганом звонко разливался девичий хохот. Вскоре по отдельным фразам дед Василь догадался, что ляпнул что-то, к делу не относящееся, и с отеческой ухмылкой гордо наблюдал за веселящимся народом.

— Не, ну натуральный анекдот, — сказала Ленка, залезая в телефон. — Похожая история была, подождите, я ее где-то оставляла в закладках. — И прочитала всем про реальный случай в 19 веке, когда маляра настоятель попросил смету составить после ремонта церкви, а тот, недолго думая, своими словами все и описал с расценками. Тут уж хохотал и дед Василий.

— Вот так взял и покрыл зад Марии Магдалины матом, чтобы не блестел. Ой, не могу! Прямо 42 рубля попросил богохульник. Вот насмешила-то! — держался за бока дед, обхохатываясь над старым анекдотом. Все остальные эту историю, похоже, слышали, и после дедова перла она уже фурора не произвела.

За воротами прогудела Мишкина машина, и Ленка сорвалась со скамейки к мужу, потом барышни долго рассказывали Мишке свою идею-фикс с участком, поили его чаем и задабривали оставшимся тортиком. Старый друг, видя, что наконец-то наступили мирные времена, обещал сам заняться этим вопросом с местными риелторами. Подмигнул Лизавете, чмокнул в щечку и укатил с благоверной, пообещав вернуться на длинные выходные.

Все остальные, утащив на кухню свои чашки и блюдца, занялись делами. За столом остались хозяйка и Вениамин с батюшкой.

— Хотела познакомить, но, как вижу, вы уже нашли общий язык, — начала сложный дипломатический разговор Лиза. Ей совсем не улыбалось работать на поприще разведки, и поэтому было бы проще, чтоб мужчины сами пообщались, но любопытство пересилило.

— Да, все хорошо. Мы с вашей организацией тоже часто сотрудничаем, — поддержал отец Сергий, безошибочно раскусив фальшивого юриста. — Вы, наверное, про генерала Терентьева слышали.

— Андрей Евгеньевич который.

— Вы что-то напутали, Егорович — отчество у него. Генерал-лейтенант полиции Терентьев Андрей Егорович.

Удовлетворившись непонятным для Лизы ответом, Веня откинулся на лавке, кивнул и сказал:

— Ну проверим, конечно. Приятно познакомиться.

— Ага, — рассеянно ответил отец Сергий. — Вы мне тогда наберите. Если дело по нашему профилю, то помогу, чем смогу. У Елизаветы Петровны мой телефон имеется. Засиделся у вас. Спасибо за помощь и за угощения. Благослови вас Бог.

— Да это не мы, это дедушка, — смутилась Лиза. — Вы, пожалуйста, заходите, как будете рядом.

Скомкано попрощались, и батюшка пошел к строителям, как видно, разговаривать о новых сроках по часовне и Лизином туалете.

— Как спалось?

Вопрос, как юрист выбрался из Лизиного сна, оставался открытым. Она его, не подумав, так в своем доме и оставила вчера, куда его обратно тащить-то было?

— Отлично выспался, — сдержанно ответил Вениамин. — У вас замечательный домик, во сне даже лучше, чем наяву.

— Ага,