Системный Предок 2 - Алексей Валерьевич Шмаков

Чем‑то это было очень схоже с моментом моего пробуждения в пещере уединения, когда я проглотил каплю слюны. Но сейчас эффект был гораздо скоротечнее и очень быстро перебрался на кожу, а затем и вовсе вышел за её пределы. Было немного тепло и на этом всё.

Вроде моя речь подействовала, и дальнейших боевых действий не предвиделось. Лонгкай поднялся с одной стороны, великий мастер стоял с другой, а из‑за мёртвого леса до нас доносились какие‑то непонятные песнопения. И движение Ци вокруг стало очень странным: она вся медленно начала тянуться в ту сторону, словно там врубили мощнейший насос.

— Вы это слышите? — спросил я, так, для вида. Чтобы не услышать подобное, нужно быть глухим. — Похоже, что наши паучки решили призвать свою богиню. Ну или повторить какую‑нибудь другую лютую дичь. Да и Ци они там собирают явно не для того, чтобы начать совершенствоваться.

— Ты уверен, что они призывают богиню? — спросил крайне заинтересованный демон.

Всё же он решил попытать счастья с паучьей богиней, и кто я такой, чтобы его осуждать?

Вот только свои сердечные дела он будет оставлять после того, как выполнит свои клятвы. А сейчас мы пойдём туда истреблять народ Ллос. Надеюсь, что она не заявится на зов своих последователей.

— Не уверен. И, честно говоря, мне совершенно не хочется, чтобы это оказалось правдой. Одно дело — драться с драуками этапа сотворения, и совсем другое — с богиней, явно перешагнувшей через ступень вознесения.

— Этого точно можно не бояться. Барьеры земного царства не пропустят никого, кто шагнул за ступень вознесения, не ограничив его своими пределами. Сомневаюсь, что эта Ллос добровольно согласится лишиться внушительной части культивации, чтобы спуститься к горстке своих последователей. И если уж на то пошло, то предлагаю не тянуть. С тобой, — великий мастер указал пальцем на Лонгкая, — мы разберёмся позже. Когда вернём младшему Лао все долги, и он не сможет остановить нас. Готовься умереть и вписать моё имя в хроники Форпоста Небесных Странников.

— Только самолично, когда окажусь там, перешагнув через труп последнего защитника Форпоста, — согласился Лонгкай, после чего первым забежал в мёртвый лес.

Что же, можно считать охоту на драуков официально открытой.

Глава 28

— Семнадцать! — заорал Лонгкай, которого я не видел, поскольку всё вокруг было затянуто паутиной.

Серой вперемешку с белой, так ещё и техники жрецов драуков путали сознание, заставляя видеть то, чего нет. Хотя с этим было разобраться очень легко, но всё равно доставляло немало хлопот.

— Старик, такими темпами ты проиграешь мне в пух и прах.

В ответ демону послышалось лишь глухое рычание, затем всплеск духовной энергии и уже привычное хлюпанье, с которым взрывается брюхо очередного драука. Эти двое не могут спокойно находиться рядом друг с другом. Постоянно соперничают и пытаются доказать, что каждый лучше. Вот и сейчас один идиот предложил устроить соревнование по тому, кто больше уничтожит драуков, а второй согласился.

Причём предложил это сам великий мастер, хотя казалось бы, что у него должно быть гораздо больше какой‑то осознанности и серьёзности. Но только казалось. Великовозрастный ребёнок, который обязательно должен доказать всем во дворе, что он самый сильный, самый ловкий и всё в этом роде.

Я отказался участвовать в их непонятных игрищах. Да и смысла тягаться со столь сильными практиками всё равно никакого. Они явно убьют больше меня. Так что я это дело сразу же отмёл в сторону и решил, что буду держаться немного в стороне и собирать трофеи. Хотя ещё не знал, будут вообще какие‑нибудь трофеи с драуков или нет.

Как оказалось — будут.

Пусть и не совсем обычные ядра демонических зверей, но что‑то очень похожее на них. Небольшие каменные образования в районе сердца, которые назывались Суть Силы. В принципе, самые обычные накопители Ци, выполненные на физическом уровне. У обычных практиков ядра и источники относятся исключительно к духовному телу и никак не проявляются на физическом уровне, а вот у драуков всё было иначе. Если так посмотреть, то они больше относились к животным, чем к людям или тем же демонам.

Правда, животным разумным. И разум свой они приобретают не после перехода на определённый этап культивации, а сразу же после рождения. Вернее, вылупления из кокона.

Когда мы ворвались в ряды драуков, они как раз совершали ритуал по появлению новых особей. Причём те вылезали из коконов уже сразу взрослыми, минуя все стадии развития и роста. А судя по тому, что в центре проведения этого ритуала были навалены трупы животных, какие‑то кости, в том числе и явно человеческие, то ритуал этот определённо относился к запретным.

Таких практиков нигде не любят и пытаются убить при первой возможности. Чем мы и занялись. Лонгкай и великий мастер обрушили свои сильнейшие техники на головы драуков, одним ударом сократив их популяцию в этих болотах наполовину. Я также присоединился к первому удару, долбанув Карой через Отсекатель, чем внёс ещё больше сумбура в ряды противника. А потом мы разделились. Я ушёл в сторону, где было напихано больше всего коконов, причём ещё с невылупившимися драуками, а мои напарники принялись за методичное уничтожение вторженцев на болота Зурали.

Так вот, пока они скакали, сражаясь с яростно отбивающимися драуками, я занимался уничтожением их подкрепления. Вонзал Отсекатель в кокон и пропускал через него Кару. Доказательством уничтожения содержимого кокона было кровавое месиво, вытекающее из быстро намокающей паутины.

Но было во всём этом что‑то очень странное. Как‑то слишком легко у нас всё получилось. Или просто я раньше никогда не сражался вместе со столь сильными напарниками. В любом случае какое‑то непонятное чувство тревоги меня не покидало.

Очередной кокон был пронзён и наэлектризован, и я перешёл к следующему, когда за спиной послышалось утробное шипение. Не стал ждать, что последует за ним, и использовал Вспышку, переместившись на десяток метров в сторону, одновременно с этим развернулся и уже был готов долбануть Карой, но никого не увидел.

А вот шипение раздалось вновь, и на этот раз где‑то над моей головой. Вновь Вспышка, и снова никого. И снова шипение. На этот раз уже куда более громкое, и мне показалось, что я смог различить в нём отдельные слова. Что‑то вроде:

— Смерть всем, кто не поклоняется Великой Матери. Смерть всем еретикам. Смерть