Уровни силы 2 - Nezloi

На седьмой гранате остановился, так как даже это простое действо отъело у меня девять единиц жизни. Правда, нападающим досталось куда как сильнее. Первый модификант, получив одну гранату чётко на спину, а вторую — у самой головы, мгновенно отправился на тот свет, одарив меня на прощание двумя сотнями очков опыта. Крому же не повезло больше: ему перебило ноги и нашпиговало осколками; при этом он проявил просто аномальную живучесть — мало того что остался жив, так даже сознания не потерял.

Пока я разбирался с Кромом и его подручным, женщина-скорпион с вторым «модом» добрались до стены и, продемонстрировав неплохие навыки паркура, перемахнули через стену, что, на мой взгляд, было тупо до крайности: в таком уязвимом положении обоих можно было легко расстрелять. Хотя, с другой стороны, им было прекрасно известно, что у меня, кроме старой мосинки и нагана, другого оружия не имеется.

«Не считая горы гранат, „Громобоя“ и „Глока“, но, кажется, они этого так и не поняли», — мысленно усмехнулся я, вынув автомат. Но моего вмешательства не понадобилось: первого «мода», появившегося на гребне стены, Крысобой застрелил из обреза, разрядив дуплетом оба ствола ему в голову.

Скорпионше так не повезло: сначала она поймала дротик в бедро, прошивший его навылет, отчего, кстати, она промазала из короткого автомата неизвестной мне марки, успев прочертить на кирпичной стене дорожку из пулевых попаданий над головой гоблина.

С пронзительным криком модификантка рухнула вниз и буквально в полёте была прибита следующим дротиком к стене.

«А он молодец, надо бы ему пару уровней поднять в качестве поощрения», — подумал я.

Подскочив к судорожно дёргающейся, как муха в паутине, женщине-скорпиону, Крысобой выхватил нож и одним движением перерезал ей горло.

После уничтожения штурмовиков я оставил Крысобоя бдить, а сам сел медитировать и четыре часа спустя был почти здоров. Даже пуля, застрявшая в спине и доставлявшая столько проблем, была выдавлена наружу.

Восстановив здоровье, разжёг потухший костёр и принялся кашеварить. Выходить из здания до наступления ночи я не собирался: уж очень хорошо мне запомнился снайпер, всадивший в мою тушку пулю.

— Он по-любому где-то там, нас караулит, — сообщил я гоблину, который успел, пока я готовил ужин, отрезать уши модификантке и съесть их.

Самое смешное: тяжело раненный Кром по-прежнему лежал неподалёку; мы даже иногда слышали его стоны, когда он приходил в сознание.

Боевые товарищи почему-то не предприняли ни одной попытки его вытащить: то ли они были не такие уж и товарищи, то ли испугались моих гранат.

Терпеливо дождавшись, когда ночь вступит в свои права, я достал свой навороченный прибор ночного видения и, каждую секунду ожидая получить свою последнюю пулю, телепортировался в густые заросли кустов, причём сразу в положении сидя. В это время Крысобой заходил с другой стороны.

За два часа мы обшарили окрестности в радиусе километра, но, кроме следов трёх человек, ведущих на юг, больше ничего не нашли. Кстати, снайпер реально нас долго караулил и ушёл буквально за час до начала нашей вылазки.

На мгновение у меня мелькнула мысль догнать «уродцев» и поквитаться с ними за пулю в спине, но в итоге лень победила чувство мести, и я решил последовать библейскому наставлению «не мсти».

К бессознательному Крому мы с Крысобоем подходили с разных сторон. Моя вдруг разыгравшаяся паранойя стала настойчиво нашёптывать, что модификант притворяется, а сам в руке прячет гранату без чеки.

— Вождь, можно я заберу жизнь полузверя? — спросил Крысобой своим немузыкальным голосом.

— Забирай.

Гоблин молниеносным движением выдернул дротик из заспинного колчана и без паузы метнул его в Крома, пригвоздив его к земле, как бабочку. После чего, скаля треугольные зубы в безумной ухмылке, побежал к телу «мода» с ножом в руке. Я сначала подумал, что он хочет провести контроль, но Крысобой ловко отпластал ему уши и, похрюкивая от удовольствия, закинул их в свою пасть.

Под хруст пережёвываемых хрящей мой миньон принялся за мародёрку. Что примечательно, он первым делом подобрал отброшенную взрывом шляпу-котелок и, несмотря на несколько дырочек от осколков, нахлобучил её на свою голову.

Ночёвка прошла без проблем, хотя мне и пришлось прятать тела «модификантов» в «инвентаре», чтобы не привлекать хищников запахом крови.

На базу Дебитум я возвращался богаче на тридцать четыре тысячи рублей: ходоки Митяя и уродцы Крома, включая его самого, оказались нищими бродягами.

— Да как они вообще выживали, если имели столько денег — аж на две группы? — бурчал я раздражённо, подходя к воротам базы.

— Серый! — окликнул меня старший сквада, охранявшего ворота.

— Всё-таки вернулся, — усмехнулся громила. Мне его усмешка не понравилась, а, судя по последней фразе, он подозревал или точно знал, куда меня ведёт группа Митяя.

— Полагаю, Митяя с его доходягами мы больше не увидим.

Проворчал здоровяк.

Я скроил непонимающее лицо и прошёл мимо.

Интерлюдия

Инквизитор Серджио Малатеста, магистр боевой магии, уже имел опыт уничтожения измирцев: на его счету было два демонических отродья, и очень скоро прибавится ещё одно — осталось только найти его на этой богом проклятой земле.

Серджио, нахмурив брови, склонился над ворохом карт, пытаясь понять, где может скрываться измирец. За пять дней пребывания в Омском Аномальном Пятне отряд, разделившись на две части, успел проверить некий заброшенный завод, стоящий в центре заражённой спорами какого-то токсичного грибка территории. Естественно, ничего там не обнаружив, кроме старых следов пребывания двух человек, они переговорили с десятками бойцов клана Либертас, посетили уничтоженную жандармскими штурмовиками базу бандитов — и почти везде нашли намёки, что измирец там был.

Что примечательно, почти все проверяемые наводки были получены от аналитиков и информаторов ордена.

Для примера: отравленный завод был вычислен по осколку чугунной станины от какого-то станка, добытому агентом ордена. На осколке оказались клеймо завода-изготовителя, год выпуска и часть серийного номера. Этого хватило, чтобы агенты ордена в Российской империи подняли архивы и узнали, когда и куда такие станки были поставлены.

Кроме всего прочего, агент указал, что измирец иногда расплачивается за товары камнями душ. Сложив всё это вместе, быстро вычислили сначала Пятно, а потом и более конкретный «адрес». Уже по прибытии в Окаянку человек ордена из жандармерии дал информацию о том, что жандармы засекли его, и выдал новые координаты.

Всё оказалось тщетно: изворотливого, словно змея, измирца нигде найти не получилось, хотя магистр буквально нутром чуял, что он где-то рядом.

Серджио, недовольный затягивающейся на неопределённое время миссией, ещё некоторое время сидел над картами, пока в какой-то момент не