Наследница 2 - Анастасия Парфенова

Тряхнув головой в последней попытке выбросить из ушей неясный звон, я поднялась и вместе со стулом потащилась к доске. На полдороге мебель из моих рук вежливо и непреклонно забрал парень из средних классов: на занятиях к нашей группе теперь порой присоединялись другие ученики. На практикуме по древнегреческому для пробуждённых начинающих (то есть тех, кто с языком был изначально вообще не знаком, но сумел совершить самый первый рывок в изучении, опираясь на память предков), помимо Сонечки Унтовой и галантно помогавшего ей с мебелью Искрена Илмари, появились новые для меня лица: трое неизвестных ребят нашего возраста и ещё трое постарше. Это явно были коренные жители Края Холодных озёр, и представления об этикете у них тоже оказались весьма… коренные.

Пионер-Дима, тащивший заодно со своим и стул бледного Мишки, зыркнул недовольно, но промолчал. Лидия перехватила тяжёлую мебель так, будто примеривалась, как бы огреть ей любого, кто посмеет покуситься на столь ценную вещь. Щуплый мальчик с восточным разрезом глаз и широкими скулами, наметившийся было прекрасной деве помочь, благополучно сменил траекторию. Разумно с его стороны. Лида с некоторых пор сделалась в вопросах собственной независимости весьма нервной.

Илмари ненавязчиво помог Соне опуститься на предназначенное ей место. Я благовоспитанно дождалась, пока худой и нескладный парень со среднего курса поставит мой стул, и, с благодарным кивком, тоже присела. Встревоженно посмотрела на Мишку, который, похоже, пытался на жёстком сиденье свернуться в клубок. Лида без слов подвинулась к бедняге поближе. Малец тут же облегчённо вытянулся, уложив голову ей на колени. И отрубился.

Мы с Соней обменялись тревожными взглядами.

— Это кошмар какой-то! — прошипела Унтова, убедившись, что обсуждавшая что-то с целителем наставница скрылась за дверью. — Один практикум за другим, и все на ритуалах и зельях! Они нас что, загнать пытаются? Совсем ведь отдохнуть не дают, даже сны упорядочить — и то некогда.

— Это только в этом году так, — негромко сказал устроившийся по другую руку от меня сутулый парень со среднего курса, — Раньше и близко такой нагрузки не было, и упражнений для самостоятельной подготовки хватало, и времени свободного давали побольше. А как новый директор пришёл, первым делом ввёл милые его сердцу войсковые порядки. На уроках — муштра, в общежитии — казарма. И чем бы ни занимался студент, главное, чтоб лишних сил у него не осталось.

— Директор готовит нас по программе кадетов? — бросил острый заинтересованный взгляд Искрен из Илмари.

— Не, — дёрнул слишком длинной шеей эксперт из среднего класса. — Оно ещё раньше началось. Как старую директрису арестовали, Великий князь Владивод весь Лицей кверху дном перевернул, да бельишком кое-чьим грязным тряхнул. По итогам той проверки наставникам и кураторам гайки крепко так подзакрутили. А потом уж, как старейшина Всеволод пришёл, он ещё и от себя добавил. Двое из преподавателей, кого вызвали на ковёр в новый директорский кабинет, так оттуда и не вернулись.

Я очень живо представила себе тот самый кабинет. Развешенные в нём рисунки и появлявшуюся постепенно на стенах роспись.

— Вы думаете?..

— Ну, чем-то же он должен котиков кормить, да? Здесь не Поющие горы с их богатым энергетическим фоном, а на подпитку подобных конструктов нужны серьёзные силы. Так что слухи среди учителей разные ходят. Ну и стерегутся все, шагают исключительно по линеечке, законы и распорядок блюдут. На всякий случай.

Ох, ничего себе! А парень-то, оказывается, в курсе преподавательских сплетен. Непростой ученик, хоть и оказался в компании не получивших должного образования дикарей, вассалов да низкородных. Я повернулась к соседу и бросила на него внимательный взгляд.

Незнакомец казался как-то непропорционально, даже гротескно худым и высоком. Кафтан на нём был из довольно невзрачного полотна, а вот вышивка на обшлагах и вороте — тут просто моё почтение. Чудесная работа, сильное волшебство, причём не из золотых нитей и дорогих инкрустаций, а на чистом уверенном мастерстве. Прям завидно. Да, совсем непростой ученик.

Напрягла память, используя простенькую мнемоническую технику. В начале практикума все мы свои имена называли, надо только вспомнить. Ийси, Хиси, нет — Хийси. Среднекурсник был из семьи Хийси, точно.

В голове тревожно звякнуло, когда родовое имя, непропорциональный рост и подозрительная осведомлённость сложились вместе. Адъюнкт-профессор Хийси, преподававший в старших классах ритуальные начертания, был тем, кого недоброй памяти директриса Дагмар назначила на роль козла отпущения, когда пыталась меня искалечить. Свалить нападение на учителя ритуалистики ей было удобно из-за имевшихся меж родом Хийси и Белой ветвью имущественных разногласий.

«Путевой остров, — подсказал в голове голос моего папы, — Острожские причалы и Острожские же корабельные верфи. Причина более чем достойная, чтобы ради неё убивать».

И если уж включать режим подозрительности: как этот примечательный юноша вообще оказался в нашей не слишком продвинутой группе? С Соней понятно: она просто подошла к господину Родимову и попросила себя записать. С остальными тоже всё ясно: им практика в древнегреческом, без сомнения, требуется. А Хийси в наших рядах что потерял?

Мне вдруг стало обидно. Да что ж ты будешь делать-то, а? Кого не встретишь в этой школе нормального да интересного, тут же выясняется, что между нами если не кровная вражда, то раздор из-за ценных владений и капиталов!

Я невольно нашла взглядом Искрена Илмари и тут же заставила себя отвернуться. У-у-у, засада какая! По правую руку враг, по левую руку недруг — с кем остаётся общаться?

Сонечка успокаивающе привалилась плечом. Ну да. С ней только да ещё с выходцами из тяжёлых миров и можно говорить без особой боязни.

— А нас-то за что муштрой мучают? — спросила, отвлекая внимание от моего неловкого молчания, Соня.

— Нас не мучают. Просто учителям кровь из носу нужен порядок, и чтоб лицеисты хоть какое-то время не выкидывали ничего эдакого. Вот и загрузили учеников по самые маковки, чтоб ни сил, ни свободного времени на глупости не осталось.

— У меня их скоро даже на поддержание щитов не останется, — нервным жестом одёрнула рукава поверх тяжёлых браслетов Унтова.

И Илмари, и Хийси не сговариваясь подались от неё чуть подальше. Я, напротив, поддерживающе сжала ладонь. Тут открылась дверь, и в класс яхтой под парусами вплыла Евгения Великолепная. Посмотрела на сладко посапывающего на коленях у Лидии восьмилетку, поджала губы, но ничего не сказала. Даже, кажется, накинула на мальчонку звуковую иллюзию, чтоб тот не слышал наших голосов и спокойно спал дальше.

— Перерыв окончен! Собираемся, занимаем места в круге.

Наставница царственно опустилась в своё высокое кресло. Окинула