Договор. Проклятие ведьмы - Таша Воин

«…сегодня я опять ходила в лес. Природа просыпается, такая красота! Слышу, как зреют почки на деревьях, как сок течет внутри стволов и веток… кто-то ходит вслед за мной… смешно… как будто можно незамеченным бродить вокруг дочери Главы Ковена!..»

«…это он! Моя судьба! Моя любовь! Мой! Как долго он наворачивал круги по лесу! Боялся, что и ему светит отказ! Но все-таки пересилил свой страх и появился передо мной! Какой мужественный! Сильный! Зверь! Мой зверь! Его глаза преследуют меня во сне! Он сказал, что скоро будет просить моей руки у отца… я жду! Я с нетерпением жду!..»

«… отцу выгоден наш союз, я и не сомневалась, что он ответит согласием! Ярый сказал, что завтра подпишет союзный договор, и он будет со мной, навсегда!..»

«…я не могу в это поверить! Да и кто в здравом уме поверит, что Ярый добровольно подписал договор рабства! Но отец! Он даже не хочет меня слушать! Не хочет проверить договор! … это все Шульц! Я уверена, что это он сделал подлог! Это он готовит все документы для отца! Друг, называется! Как еще отец терпит рядом с собой этого змея! Ярый, любимый! Не быть нам вместе…»

«… отец словно сошел с ума! Требует, чтобы я перестала отказываться от союза и заключила его с первым же, кто его предложит!..»

«… договор подписан… ненавижу! Теперь я — Шульц! Меня тошнит от одного его вида! Самодовольный урод! Это он виноват! Это он подставил Ярого! Уничтожу!..»

«…Ярый! Прости меня, любимый! Помни! Мое сердце будет всегда принадлежать только тебе!..»

«… этот урод пришел и сообщил мне, что это он действительно совершил подлог, и Вожак подписал не тот договор! Ненавижу! Тварь!..»

«…Шульц принес весть о смерти моего любимого! Ярый! Сердце мое! Ну как же так? Сказал, что оборотни возненавидели своего Вожака и выступили против него… как будто это повернет время вспять…»

«… он думает, что я все стерплю? Думает, что сможет меня сломать? Не бывать этому! Моя смерть будет ему проклятьем!..»

«… я готова… я уйду… но перед этим! Я знаю! О, я знаю! Как отомстить за моего любимого! Ха! Это будет страшная месть!..»

«… я умираю… мои снадобья никогда не дают сбоя. Все усилия Шульца идут прахом. Ни ему, ни моему отцу не под силу приготовить антидот… пусть их! Моя месть свернулась змеей под сердцем и только и ждет моего приказа, чтобы развернуться и вонзить свои ядовитые зубы в обидчиков!..»

«… тому, кто найдет мой дневник! Прошу! Прочитай и спаси наши народы! Я сотворила страшное по силе проклятье, которое обрушится на головы всех, кто имеет магию! За то, что магия помогла моему врагу обмануть моего любимого! С каждым поколением сила будет покидать магов и ведьм! Пока не иссякнет окончательно! Но есть условие! Магия вернется к тем волшебным существам, которые смирят свою гордыню и станут заключать союзы с оборотнями! Дети в таком союзе будут пробуждать уходящую магию! И не рухнут скрепы договора, и продлится действие проклятья, пока не появится на белый свет ведьма, которая полюбит оборотня всем своим сердцем и примет огромную магическую силу! Станет Верховной и волей своей отменит действие договора рабства!..»

Ксения закончила чтение и посмотрела на Макса:

— Значит, битва была не нужна? Можно было просто захотеть и дать свободу оборотням? — она истерически захохотала, закрыв лицо руками.

— Ну почему же… Если бы ты просто захотела и дала свободу оборотням, то тебя бы уничтожили члены Совета. А так… Получилось как нельзя лучше! — пожал плечами Глеб и покосился на Макса, который неверяще смотрел на Ксению и прокручивал в голове последние прочитанные ею слова. Те, что говорили о любви.

— Ну да, ну да… — Ксения прекратила смеяться и вытерла выступившие слезы. — Что будем делать дальше?

— Нужно созвать Совет и представить им доказательства, что вины оборотней нет в том, что магия стала уходить. Нет нужды в ненависти. Что необходимо подписать мирный договор, пресекающий попытки преследования и притеснения оборотней со стороны магов и ведьм.

— Согласна! Вожак! Чуть позднее обговорим все детали, согласуем действия и прочее, хорошо?

— Конечно! — ответил Макс и насторожился, недовольно проглотив готовый сорваться с губ вопрос, адресованный Верховной. Из комнатки, где спала волчица, раздался тихий стон.

Глава 3-16

Макс подошел к двери и осторожно ее приоткрыл. Вдруг дверь сотряс страшный удар, как будто что-то тяжелое врезалось в нее с той стороны. Макс с усилием удержал дверь и начал перевоплощаться. Не меняя полностью ипостась, он прорычал:

— Успокойся! Мы не причиним тебе вреда! — с этими словами он открыл полностью дверь, загородив проход, чтобы волчица не проскочила мимо него.

Прижавшись к противоположной входу стене, стояла ощерившаяся волчица. Даже сейчас, в истощенном виде, озлобленная, со вставшей дыбом шерстью на загривке, она была чудо как хороша! Глаза необычного синего цвета, розовая мочка носа, сморщившегося из-за оскала.

— Тихо, тихо, девочка! Я такой же, как ты! Видишь? — тихо рычал Макс и медленно, не сводя с нее глаз, шел к волчице.

Ее рычание становилось все тише и тише, пока не затихло совсем. Шерсть улеглась. Волчица села и жарко задышала. Потом прислушалась к себе, наклонив голову. И вдруг совсем по-девчоночьи всхлипнула. Макс отвернулся и крикнул:

— Дай покрывало!

Мия быстро схватила большое тонкое покрывало с кушетки, которая стояла в лаборатории, и бросила его Максу. Тот, так же отвернув в сторону морду, прошел в комнату и набросил его на волчицу, скрывая ее наготу.

— Накройся! И выходи! Не бойся! Ты спасена! Я Вожак! — с этими словами Макс вернул себе человеческий облик и прошел в лабораторию. — Мам, там, на кухне, кажется, бульон оставался…

— Да-да! Уже бегу! — откликнулась Мия и быстро вышла из помещения. Девчонка настороженно стояла в дверях, разглядывая собравшихся в подвале людей. Вскоре Мия вернулась с термокружкой в руках. От нее вкусно пахло куриным бульоном. Молоденькая девчонка, лет двадцати на вид, стояла, укутавшись в покрывало, и застенчиво выглядывала из-под нечесаных грязных волос.

— На! Пей понемногу! — Мия дала ей термокружку, и девчонка опять всхлипнула. — Ну-ну, не надо больше слез! Все будет хорошо! — заворковала Мия и спросила: — Как тебя зовут?

— Алиса! — девчонка вцепилась в кружку и едва сдержалась, чтобы не выпить все одним глотком. Ее глаза блеснули синевой.