Доктор-попаданка. Без права лечить - ЮЭл

С каждым днём оправдывать себя становилось всё сложнее.

Очень трудно убеждать себя в том, что ты шестидесятидевятилетняя старуха, когда в отражении на тебя смотрит молодая девушка в самом расцвете сил, которой едва ли больше двадцати пяти.

После нескольких дней внутренней борьбы я всё-таки признала очевидное.

Да. Леонард был прав. Я действительно трусиха.

Чтобы отвлечься от этих мыслей и не сойти с ума от переживаний за Эстер, я нашла самое логичное решение из возможных. Начала драить монастырь.

Когда не можешь решить глобальную проблему — реши хотя бы какую-нибудь.

Правда, сначала проблему пришлось найти.

Нашлась она довольно быстро. В виде чудовищной антисанитарии, царившей в монастыре.

Виола, разумеется, попыталась возмутиться.

— С тех пор как ты появилась, мы убираемся каждый день! — защищалась она. — Делаем влажную уборку! Каждую неделю протираем всё до блеска! А каждый месяц…

— Не заговаривай мне зубы, — перебила я. — Тряпку в руки и пошла.

Придерживаться классического принципа «меньше слов — больше дела» оказалось куда эффективнее.

И, как выяснилось позже, я абсолютно права.

После того как мы выдрали половики, перемыли окна, перебрали кладовые и даже залезли на чердак, потревожив паутину и всех пауков, которых Виола, кажется, знала чуть ли не поимённо, я окончательно убедилась: монастырь нуждался в генеральной уборке ещё лет десять назад.

Особенно впечатлили тряпки.

Я многозначительно подняла одну из них двумя пальцами. Когда-то она, вероятно, была белой. Сейчас же цвет можно было описать только как «безысходность».

— И это, по-твоему, чисто? — спросила я, демонстрируя Виоле кусок ткани.

— Ты просто придираешься, — буркнула девушка.

Я выразительно посмотрела на почти чёрную воду в ведре.

— Это уже не тряпка. Это биологическое оружие.

Виола фыркнула, но спорить не стала. Лишь закатила глаза, подхватила ведро с остатками воды и скрылась за поворотом.

Я же, удовлетворённо кивнув самой себе, еле волоча руки и ноги, вернулась в свою хижину и рухнула на кровать.

Завтра будет болеть всё. И послезавтра тоже.

Хотя боль, кажется, уже стала чем-то привычным.

После бессонных ночей, нервов и двадцатиминутного массажа сердца у меня до сих пор ныла каждая клеточка тела. Разумный человек принял бы верное решение и отдохнул. Но то разумный.

Чтобы не заниматься самобичеванием я поступила максимально мудро. Перестала обращать на это внимание.

Как и на мысли об Эстер и Леонарде. Психологи утверждают, что сублимация-работающий механизм. Вот только стоило остаться наедине со своими мыслями, без физической активности, как они снова вернулись к двум людям, которые занимали все мои мысли.

И если еще утром, я радовалось, что его нет, и можно позволить себе не смущаться несостоявшегося поцелуя, то сейчас его отсутствие откровенно раздражало.

За последние три дня не было ни слуху ни духу. Хоть бы толику информации.

Я вообще очень надеялась, что после такой уборки и физической нагрузки усну мгновенно, оставить тяжелые мысли на завтра. Но ошиблась. Сон не приходил. Как бы сильно я ни пыталась.

В какой-то момент я зло перевернулась на бок и попыталась натянуть одеяло, которое каким-то образом застряло подо мной.

Одеяло сопротивлялось. Я разозлилась, зарычала и пнула кровать ногой. Потом ещё и стукнула кулаком по матрасу, как обиженный ребёнок и резко села.

Именно в этот момент в дверь постучали.

— Да! — злобно рявкнула я.

Дверь медленно открылась. На пороге стоял Леонард.

— Где тебя черти носили?! — тут же выпалила я, вскакивая с кровати и направляясь к нему.

Он удивлённо приподнял брови.

— Вот это приветствие.

— А чего ты ждал? — вспыхнула я. — «О, милый, дорогой, я так скучала! Как ты себя чувствуешь? Не хочешь ли поужинать?»

Уголок его губ дёрнулся. Но я уже перебила сама себя:

— Что с Эстер?

Тут-то всё и изменилось.

Шутливое выражение исчезло с его лица мгновенно. В глазах появилась смесь усталости и… злости. Даже не злости, гнева. Он был настолько очевидным, что я невольно сделала шаг назад.

По спине пробежал холод.

Казалось, ещё немного, и Леонард Грейвис действительно кого-нибудь убьёт.

Глава 53

Я сидел молча, позволяя ей заниматься перевязкой, и наблюдал.

Тонкие пальцы уверенно затягивали бинт вокруг моего бока, осторожно касаясь кожи. Дель работала сосредоточенно, чуть хмурясь, когда ткань ложилась неровно, и совершенно не замечала, как внимательно я за ней слежу.

Сейчас ведьмочка стояла между моих колен, осторожно затягивая бинт на боку, и тихо ворчала себе под нос.

— Эстер стольким помогла, — недовольно произнесла она, не поднимая глаз. — Люди не станут закрывать на подобное глаза. Неужели они не понимают последствий?

Я медленно поднял взгляд к её лицу.

Умная ведьма. Вот её бы в гильдию вместо половины этих стариков.

— Тем более, — продолжала Дель, поправляя бинт, — она ведь из состоятельной семьи. Их не беспокоит реакция общества? Это не только бедняки. Элита тоже поднимет шум.

Она закончила с перевязкой на боку и потянулась выше — к шее.

Её пальцы осторожно коснулись кожи под челюстью, и в этот момент она наконец подняла голову. Наши взгляды встретились и она замерла.

Не скрою — мне доставило удовольствие наблюдать за тем, как её бледные щёки медленно заливает румянец.

Красивая.

Демоны раздери, какая же она красивая.

— Что? — спросила она чуть тише обычного и тут же отвела взгляд, снова принимаясь за работу.

Я усмехнулся краем губ.

Трусишка.

Сразу делает вид, что ничего не произошло.

— Когда всё это закончится… — начал я и замолчал.

Я больше не хотел за ней бегать. Я вообще больше ничего не хотел, кроме как наконец перестать держать дистанцию между нами. Потому что жажда обладать этой женщиной становилась с каждым днём всё сильнее.

— Когда всё закончится, ты вернёшься к работе инквизитора? — тут же перебила она вопросом. — Или преступника?

Я едва не рассмеялся.

Вот опять. Стоило разговору свернуть на опасную дорожку — и она мгновенно попыталась сменить тему.

Удивительная женщина. Бросается на помощь преступникам. Лезет в драки ради пациентов. Спорит с хирургами. Но панически боится собственных чувств.

— На пенсию уйду, — лениво сообщил я.

Она фыркнула, а затем улыбнулась.

И я вдруг совершенно ясно понял: ради этой улыбки действительно способен на многое.

— Женюсь, — продолжил я, не сводя с неё взгляда. — Детей заведу.

Улыбка исчезла мгновенно.

— На тебе.

Руки у неё застыли.

Дель медленно подняла голову, уставившись на меня так, словно пыталась понять, шучу я или нет.

— Пойдёшь? — спокойно спросил я.

— Куда?..

— Замуж за меня.

Она моргнула.

— Нет?!

Я не удержался от улыбки. Испуг в её глазах был почти очаровательным.

Медленно