"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Командование ввело в город новые силы и, по слухам, завершило окружение на юге. Так что, возможно, исход штурма скоро будет предрешён, но инфы продолжали яростно драться.

Хотя мы с офицерами думали, что генерал Салах велит прорываться и отступать в пустыню на юг. Туда не пройдут наши танки, и крепость не полетит, и в этой пустыне он может обороняться долго.

Правда, в таком случае, большая часть Инфиналии вернётся империи, и от их мятежа будет мало толка.

Но нам пока не поступало команды отходить или выдвигаться на новые позиции. Штаб велел нам закрепиться у переправы, этим мы и занялись.

На окружающих дорогах мы расставили блокпосты, которые заодно следили, чтобы никто не атаковал колонны в нашем секторе. Бойцы занимали уцелевшие здания, переносили пулемёты, готовились отбивать возможные нападения.

Некоторые фотографировались на фоне сгоревшей боевой ригги.

— Подвиньтесь-ка, — в кадр к танкистам влез Шутник. — Потомки должны запомнить героя.

— Тебе здесь даже не было, — возмутился рыжий наводчик.

— А я за вас болел, это тоже считается.

Утром стало видно, насколько боевая машина была стара: бронеплиты покрыты ржавчиной, а орудие главного калибра вообще с дырой от коррозии прямо в стволе.

Поэтому чудовищная пушка и не стреляла, обходилась только вспомогательными. Хотя эти вспомогательные орудия как раз и были заточены против пехоты и танков.

— Модель «Катафракт», — с видом знатока произнёс Зорин, с интересом оглядывая шагающую машину. — До чего же древняя. Но потрепала пацанов.

— Там должна быть свеча духа предка, — вспомнил майор Варга. — Где-то в кабине.

— Велю достать, когда всё остынет, — сказал старшина Ильин. Он щурил глаза и прикрывал их ладонью от солнца, пока смотрел наверх. — Там всё ещё пекло, господин майор, игниум до сих пор плавится.

Её достанут обязательно — свечи слишком редки, их принято забирать. Возможно, потом я поговорю и с этим духом.

Мост опять задрожал, по нему снова проехали танки. Следом — машины разминирования, бронемашины пехоты, грузовики и инженерные войска. Эти уже из Хитланда, не зелёные новобранцы, а ветераны.

Но торчать на мосту мне не было большого смысла, я отошёл к руинам банка. У него уцелело два памятника, землетрясение их не уничтожило, да и пустынники не тронули их ещё раньше.

Один памятник — императору Павлу Громову, очень большой. Он не конный, как на той площади, а пеший, и у него осталась голова. Император здесь молод, на лице ухмылка, на левом глазу повязка бандитского вида, а на плече он держал внушительных видов топор палача — Карнифекс, легендарное оружие Небожителя.

Почти у каждого Небожителя было особое оружие помимо способности, и они призывали такое в момент опасности. Копья, мечи, топоры, дубины, даже цепи.

Но есть ли какое-то у меня, я пока ответить не мог. И даже не знал, как они его вызывали. Надо изучить этот вопрос.

Другой памятник — бронзовый. Это статуя старика, древнего, скрюченного, с огромным носом. Статуя зелёная от старости, но нос блестит, наверняка тёрли на удачу. Он в доспехе, на котором скульптор тщательно вырезал перья, приделанные туда как украшения. Опирался старик на клюку. Лицо старое, но очень хитрое.

Вот это — сам Таргин Великий в последние годы жизни. И он привлекал моё внимание сильнее прочего.

Они с Громовым были соперниками, и Громов, который сам был Небожителем, его победил. Но память о враге велел сохранить.

Снова шли войска. В этот раз новобранцы, и по глазам видно, что в бою они ещё не были. Взгляды у кого восторженные и любопытные, у кого испуганные. И все уставились на нас, на бойцов, своих ровесников.

А когда бронемашины проезжали мимо трупов пустынников, которые мы сложили кучей и даже не обращали на них внимания, новобранцы уставились на них, выпучив глаза. К одному трупу подбиралась одичавшая собака, но её отогнали.

— Не ссыте, эти сухари уже не кусаются, — прокричал Шутник колонне. — А вообще, пацаны, если жрачку найдёте какую, понюхайте сначала, а то ещё обд…

— Шульгин, отставить цирк! — приказал старшина Ильин.

— Да я просто, подбодрить, — Пашка тут же принял на себя деловой вид, но вслед колонне тихо сказал: — Удачи, пацаны.

Думал, что я не услышу. Но я услышал, хотя он был далеко, но шёпот будто донёсся до меня.

И я заметил, что Пашка, когда не валял дурака, казался сильно старше тех парней, хотя ему самому чуть больше двадцати.

— Вы чё, как свиньи хотите ходить? — где-то неподалёку разошёлся старшина Ильин. — Хватит сиськи мять! Лезь в воду! Живо!

Пока тихо, он погнал к реке очередное отделение, чтобы заставить бойцов помыться и худо-бедно смыть грязь с формы. Солдаты ругались, потому что вода ледяная — даже северяне такого не любят, несмотря на все шутки, которые ходили в империи про нас.

Но внешний вид поддерживать надо, чтобы походить на людей, а не на животных. Так и наш покойный командор говорил, что если опуститься и выглядеть как зверь, то и сам станешь таким. Так что я одобрил предложение старшины, и он сразу принялся за дело.

Клонило в сон, но я ждал посыльного из штаба, который привезёт приказы, новые коды и заберёт доказательства, добытые у врага. Им же ещё нужно искать шпиона.

А пока ждали, мы засели в подвале, который сделали нашим временным штабом.

В самом банке устроиться не вышло: нижний этаж был смят и раздавлен. Даже бронированное хранилище, где когда-то лежали золотые слитки, пострадало — толстые стальные стены смяло, как бумагу.

Но там уже ничего ценного уже не было, поэтому гвардейцы и представители имперской безопасности, прибывшие на броневиках, предназначенных для вывоза денег, уехали пустыми. Хотя на нас они косились,