Торговец будущим 5 - Мархуз

Так что к концу сентября мы дружно сожгли тех военно-морских турок, которые не хотели сдаться, но таких оказалось немного. Остальные вняли голосу разума и подняли белые флаги. Ну, а затем были обстреляны форты в Мраморном море (морскими пушками и ракетами), что нагнало жути даже на сухопутные османские подразделения. Одно дело навтыкать в Мраморном море восьми линкорам каких-нибудь англичанам (как было в реальной Истории 1807) и другое почуять на себе суть фразы «подверг он мечам и пожарам».

А что ещё делать туркам, коли султан Махмуд Второй не знал от какой беды в первую очередь защищаться? То ли реформировать янычарский корпус (как было в реальной Истории), то ли усиливать флот (а на это нужны деньги), то ли отбиваться в Балканах от французов и австрийцев (и где на всё солдат найти?), то ли давить национально-освободительные движения (начавшиеся по всем Балканам), то ли гордо противостоять египетскому лидеру (чьи войска регулярно побеждают, двигаясь на север), то ли защищать Константинополь (который могут и сжечь новым оружием).

В итоге его представитель вступил в переговоры с французами, потому что ни русские, ни англичане на помощь не пришли, а воевать в одиночку против всех и вся он не представлял как. Пришлось сдаваться, рассчитывая «на милость победителя», что и привело его к добровольной сдаче в плен (и честно говоря, полному ограблению, ибо даже сбежать некуда было). Ну, а дальше состоялось то, что и предполагалось союзниками. Балканские владения перешли под контроль Франции, а вся остальная Османская империя приняла нового султана, а именно Мегмета Али Первого.

До самого нового года будет длиться перезагрузка Балканского полуострова по французским лекалам, ибо у австрияк возникли новые проблемы по ходу сей пьесы. Возмужавшая армия Герцогства Варшавского вторглась в Восточную Галицию и отвлекла на себя австрийские потуги овладеть болгарскими землями. Тем более, что её пополнили польские легионы французской армии. Учитывая то, что в Венгрии начались национальные волнения, Вене явно стало не до Балкан, хотя те же французы шедрым росчерком пера добавили к своим Иллирийским провинциям ещё и хорватские земли. Они даже разным балканоидам помогли освобождать себя от не успевших сбежать турок по всей территории (оружием и боеприпасами). В конце концов, Парижу нет дела (и денег на это), чтобы разбираться кто кому болгарин или македонец с сербом.

Главное дело сделано и общая свобода получена, а теперь другие интересы превалируют. Россия, Египет, Франция и Швеция вступили в сговор, чтобы наконец-то заняться строительством канала из Средиземного в Красное море. Деньжищ и забот потребуется куча и нам не до чьего-то там самоопределения.

В октябре 1812 года у нас родился первенец, которого назвали Дмитрием в честь моего отца.

— Как ты себя чувствуешь, лапушка? Слишком трудно было? — даже растерялся, не знаю что в таких случаях следует спрашивать.

— Денис Дмитриевич, вы же сказали, что ежели не бояться, то легче будет. Я так и сделала, хотя и волновалась, ибо я вам верю.

Ну надо же как своеобразная психотерапия сработала.

— Анечка, ты у меня молодец. Теперь отдыхай, ибо ты заслужила отдых, — опять несу чёрт знает что, так как сам волновался сверх меры, но не показывая вида.

Рождение наследника оказалось позитивным для шведского общества, всё-таки появилась надежда на династию, а не на отдельно взятого короля, пусть даже и полезного для страны. В конце года, как и повсюду в мире, у нас подводятся первые итоги и картинка пока выглядит позитивной. Главное, что трудовое крестьянство убедилось в том, что королевские обещания сдерживаются, а не расплываются в воздухе.

— Ваше величество, нам удалось заключить контракты с южными штатами Америки на поставки хлопка в больших количествах, — доложил премьер-министр.

Это тоже своеобразно, так как хлопок в Швеции не растёт, а потребность в нём есть. Добротная современная медицина невозможна без марли, бинтов и ваты в заметных количествах. Ну и бумага для изготовления новых бумажных денег вместо выбывающих из оборота старых ассигнаций, мои китайцы уже наладили её производство для изготовления купюр и бондов. Нормальную бумагу мы также производим, чтобы не закупать её у других, да ещё и по их ценам. Дополнительная автаркия не помешает развитию страны, а очень даже поможет на мой взгляд.

— Ваше величество, Дания заявила протест, — сообщил Ханс фон Эссен, наш нынешний министр иностранных дел, а заодно и фельдмаршал, — утверждают, что мы своими действиями провоцируем волнения в Норвегии.

— Херре министр, мы как раз-таки не желаем иметь Норвегию в своём составе, так что они заблуждаются.

— Тогда я отправлю им ответную ноту, чтобы датчане успокоились. Хотя не очень верится в их здравый смысл. Уж очень Копенгагену выгодно создать из нас образ врага, чтобы отвлечь свой народ от имеющихся проблем.

Это действительно так, ибо норвежцы гудят из-за сложностей своего нынешнего бытия и дополнительных налогов, которые были введены после поражения от Франции. Дания стала меньше на целый Гольштейн, а жить верхам хочется как в период датского расцвета. Тем более, что им приходится кормить ещё и Гренландию с Исландией ради имперского величия и громадья. Не удивительно, что пример Швеции, где отменяются лишние налоги (особенно на ловлю рыбы и торговлю ей), не является секретом, а внедрение положительных инноваций в промышленность и сельское хозяйство вызывает желание норвежцев жить так же как у нас живётся, то бишь, получше чем у них.

В июне 1813 года худо-бедно мир во всём мире восстановился, даже Герцогство Варшавское примирилось с Австрией. Под давлением Франции восточная Галиция перешла полякам и неуёмные ляхи вроде угомонились. За это и аннексию дунайских княжеств австрийцами признали резонной (глядишь и Румыния никогда не состоится, хотя так далеко трудно загадывать). Франц Первый временно смирился, ибо трудно предъявлять претензии имея под своей рукой разорённую страну и урезанную армию.

Мы наконец-то тоже угомонились, так как всё, что планировалось на стартовом этапе, реализовано. Теперь идёт процесс внедрения инноваций, обеспеченных оборудованием, техникой и прочими необходимостями. И хотя датчане продолжают свои инсинуации и вроде потрясают оружием, но это всё больше выглядит наивным. Их сорокатысячная армия слишком накладна для датского бюджета и кое-как гнобит всё более развивающееся гражданское неповиновение в Норвегии.

Зато наша армия приобретает не только современное стрелковое оружие и пушки, но ещё и усиливается за счёт качества подготовки. Всё-таки за