Фантастика 2026-42 - Соня Марей

Тем не менее Кондрат выложил всё, что знал, с каждым словом забивая в крышку гроба кузнеца очередной гвоздь. Ему ещё не раз пришлось повторить всё, прежде чем вопросы иссякли. Особенно противился этому Ульф, но тот его брат — заинтересованное лицо, и вряд ли к нему хоть кто-то прислушался.

Первым звоночком, который заметил Кондрат, были замки. Дверь не выбивали, открыли сам замок. Он не был экспертом в таких старых замках и не мог сказать, взломан он был или нет, однако открыть их мог либо тот, кто промышляет подобным, что вряд ли было распространено в небольшой деревне, либо тот, кто их сделал или мог иметь от них ключ.

Сам глава деревни Нейш тогда сказал, что кузнец Брин действительно мастер на все руки, который куёт всё, а позже, поговорив с местными, он узнал, что замки, по факту, всем делал именно Маталь. Значит, и ключ от замка помощника мог при себе иметь или знать, как его открыть. А заодно и открыть дверь семьи Корто.

Вторая странность — монета. Золотая. Выделяющаяся порезом, чтобы ни у кого не было сомнения, что она из сундука. Слишком откровенная улика, которую сразу узнает глава, чтобы быть случайной. Тогда, бросая на пол, Кондрат сразу проверил, насколько незаметно она могла укатиться, если бы Корто действительно вскрыли замок похищенного сундука. Не заметить её было невозможно, даже если бы шумели дети, а ночью они бы точно спали.

Третий звоночек — нож. Такое откровенное доказательство никто бы не оставил, если смог банально составить план грабежа. Его подкинули, это было сразу ясно. Вопрос в том, как он попал в руки убийце.

И здесь уже сыграл роль брат Брина Ульф. Он сказал, что потерял нож. А в гости к нему заходили в последнее время или Корто, или сплетница миссис Берц, или его брат, с которым они выпивали. А раз выпивали, то у Брина была возможность стащить нож, пока его брат был пьяным и плохо соображал. Кондрат не стал специально расспрашивать Ульфа подробнее о брате, понимая, что в случае чего тот мог предупредить кузнеца.

Ещё один момент, который сужал круг лиц, был телегой, как это ни странно. Слишком она удачно сломалась, чтобы задержать на нужное время семью Корто. И как удивительно, что Брин, кузнец, у которого хозяйства почти не было, оказался рядом ранним утром, чтобы помочь.

Да, его мог разбудить сам извозчик, обнаружив поломку, но так же он мог встать и сам, чтобы сначала сломать, а потом починить. Уж сломать он вполне что-то мог или под предлогом, что увидел поломку, просто чтобы задержать того на нужное время.

И четвёртый звоночек — мотив. Самым главным был всегда мотив. В этом случае мотивом были банальные деньги. То есть искать надо было тех, кому они были очень нужны. Тут, конечно, можно было записать любого, но не все бы рискнули пойти на преступление ради наживы. А у Брина Маталь был мотив, о котором, сам того не зная, поведал Нейш.

Род деятельности деревни.

Раньше она добывала руду и рубила лес. У кузнеца всегда была работа, потому что кирки и топоры или ломаются, или тупятся. Можно сказать, что выживание деревни держалось на одном лишь кузнеце. Но вот они начинают собирать прибыльный ведьминский мох, и уже услуги кузнеца не так нужны. Мелочь, не может дать нужное количество денег, и дело идёт на спад.

Гуляя, Кондрат лично заглянул в кузницу, воспользовавшись моментом, и увидел своими глазами, что ей если и пользуются, то очень мало. Всё заметено позёмкой и пылью, печь не горит, а большинство инструментов выглядят так, будто их давно не брали в руки.

Иначе говоря, спрос очень маленький.

Да, среди подозреваемых был и глава Нейш, и сама семья, и неизвестные, однако, собирая по чуть-чуть мозаику, картина становилась понятной.

Замок мог открыть тот, кто или имел ключ, или знал, как его открыть без него — это могли быть или кузнец Брин, или Нейш.

Нож мог выкрасть у Ульфа тот, кто к нему приходил в гости и имел достаточно времени, чтобы тот стащить — частым гостем был именно кузнец Брин, брат хозяина дома, Корто и соседская сплетница. А вот Нейш в гости к нему не ходил, это сказал сам Ульф.

Мотив был у всех, — кто откажется от лишних денег, — но нужда мучала именно Брина и семью Корто. Все хоть как-то сводили концы с концами, а у них у одного погорел бизнес, а другие потратили все деньги на переезд.

Да, в каждом случае мотив был у многих, но именно Брин Маталь фигурировал по всем пунктам. Теперь добавить сюда случайность с телегой и нелепость с монетой, которую не заметить было сложно, что оправдывало Корто. Плюс Кондрат помнил, как Брин хотел остаться на допросе, единственный, помимо Нейша, вышел вперёд и предложил это. Явно странный интерес.

Собственно, для Кондрата было уже этого достаточно, но требовалось неопровержимое доказательство. И здесь сыграла на руку болтливость главы деревни Нейша, о которой он узнал от сплетницы Берц.

Кондрат знал, что тот расскажет, что ему известно, где сундук, и что по нему будет легко найти преступника. И в сопровождающие он точно возьмёт кузнеца, как одного из самых крепких людей. То есть тот так или иначе узнает об этом, а значит, захочет перепрятать от греха подальше.

Это он заходил перед сном в дом, где остановился Кондрат, чтобы под каким-нибудь глупым предлогом узнать, спит тот или нет, после чего отправился в лес перепрятывать украденное.

Капкан схлопнулся.

И это он рассказывал главе Нейшу и другим заинтересованным, опуская некоторые подробности, включая то, что главу считали сплетником, несколько раз тем самым подтверждая свою версию. Да, Брин говорил, что это сделал всё сам Кондрат, однако у того было алиби в виде семьи, и он не знал ни про дату оплаты налогов, ни про сундук.

Конечно, появлялся вопрос, почему он первым делом не воспользовался уловкой, попытавшись сразу спровоцировать убийцу, однако поверил бы Брин, что Кондрат вот так с ходу узнал это? К тому же, требовалось проверить остальные версии и в принципе осмотреть место, чтобы прийти к каким-либо выводам.

— Вы гениальный сыщик… — выдохнул Нейш. — Я очень благодарен, что вы помогли нам с этим делом. Было бы жаль повесить невиновных.

Было бы жаль… Кондрат не показал