Газлайтер. Компиляция. Том 1-41 - Григорий Володин

Когда София уходит, просыпается мобильник. Кхм, незнакомый номер.

— Вещий слушает, — отвечаю.

— Сударь Вещий, это представитель Его Сиятельства графа Горланова, — раздается высокомерный голос. — Меня зовут Стефоний Краблев. Я хочу решить с вами вопрос, интересующий графа. Так уже получилось что вы владеете заводами принадлежащей роду Горлановых фирмы «Рабис», и граф хочет вернуть заводы.

— Нельзя вернуть то, что тебе не принадлежало, — спокойно замечаю. Тон Краблева воспринимаю без эмоций. Я уже общался с представителями высшего света, и знаю, насколько они бывают напыщенными, ну и по цепочке этот снобизм передается их слугам. — Возможно, граф хочет купить мой «Рабис»? Тогда я весь во внимании. Какую цену он предлагает? — Продавать, конечно, не собираюсь, но правила приличия требуют проявить вежливость к высшему дворянину. Граф как-никак.

Стефоний недовольным голосом сообщает ценник.

— Это же треть от настоящей балансовой стоимости, — замечаю. — Уважаемый, так дела не делаются. А по честному, я бы и за две цены не продал. До скорого.

Сбрасываю звонок и добавляю номер в черный список. Горланов, значит. Вот и первый ястреб. Наверняка, не обошлось без Павла Горнорудова. Что ж, члену доброотряду никто не может объявить войну, пока не появится повод в виде оскорбления. А потому стоит ждать еще одного пересечения с людьми графа. Возможно, он захочет решить назревающий конфликт через дуэль, что меня вполне устраивает. Но все равно надо сказать Сереге держать ухо востро.

Еще немного полистав ежедневник, отправляюсь на базу царских охотников. Захожу в кабинет к Степану, и первое что привлекает взгляд — счастливое настроение отчима. Он, конечно, пытается сдерживать улыбку и притворно хмуриться, но стальные глаза прямо лучатся радостью. Я специально не спрашиваю в чем дело, вместо этого жду, что сам Степан скажет.

— Даня, командование оценило твой жест.

— Хорошо, даже очень хорошо, — отвечаю с готовностью. — А какой жест?

— Про казидов и золото, конечно, — поясняет Степан. — Тебе выплатят денежную премию, и пускай это далеко не те деньги, которые бы ты выручил за сундуки с монетами на рынке, но ведь ты пошел на этот шаг не чтобы заработать, в первую очередь ты думал о роде и своих будущих детях.

Я прищуриваюсь. На повод для радости это никак не тянет. В чем же дело?

— Вообще, — продолжает Степан, — сейчас думают над законом, чтобы все трофеи в виде монет отдавали государству. Чиновники планируют налаживать дипломатичные связи с разумными расами на Той стороне, а деньги того мира играют в этом не последнюю роль. Ведь, наверняка, понадобится кого-то из иномирцев подкупать и уговаривать.

Блин, ничего не понято. Отчим прямо весь лучится.

— А тебя это сильно волнует что ли? — спрашиваю.

— Конечно, ведь связи с Той Стороной помогут Царству окрепнуть. Это хорошо для нашего будущего и для наших детей…

— Ага! — восклицаю я. — Детей, значит⁈ Два раза уже упомянул их! Колись — мама беременна?

Степан удивленно вскидывает брови. На лице — полный шок.

— Даня, признавайся, ты нашел способ обойти мои щиты? — хмурится полковник.

— Да какие там щиты, — отмахиваюсь, усмехнувшись. — У тебя всё же на лице написано. Значит, это правда. Ну и как давно вы скрываете?

— Да вчера только сами узнали, — уже открыто улыбается Степан. — Магический тест показывает, что будет девочка.

— Ого, — я тоже лыблюсь. — У меня будет сестренка. Как назовете?

— Мы с Ириной еще думаем, — отчим выглядит недовольным. — Никак не придем к согласию.

— Ну, ничего страшного, еще успеете выбрать, — усмехаюсь. — С меня, значит, подарок на роды.

Вот так новости! Мама беременна! Значит, травки Лакомки правда помогли и омолодили Ирину. Я очень рад за своих родителей.

Еще немного поболтав с отчимом, я уезжаю на индивидуальную охоту. Воспользовался своим правом и выбрал ближайшую «нору».

Никитос довозит за пять минут. Когда подъезжаем к месту прорыва, я «включаю» сканера. Тут же удивленно округляю глаза. Бигус? Интересный зверь к нам пожаловал, хотя и странно, что он один.

Машина останавливается на обочине, и я своим ходом добираюсь до зарослей с приматом. Это оказывается не рогатый, а обычный обезьян. Быстрые пси-заряды вырубают зверя, и я считываю его мысли. Ну понятно: это никакое не пушечное мясо Странника, а просто забредшее в «нору» животное. Что ж, бывает. У нас в Будовске давненько водятся свои дикие обезьяны.

Дальше утаскиваю сознание примата в Астрал, таким образом получая его в Коллекцию. Вышло даже быстрее, чем я думал. А ведь рассчитывал потратить на зверя полдня. Но раз освободился раньше, то можно заняться другими делами, а завтра уже отправиться к казидам.

Я достаю мобильник и набираю Камилу.

— Да, Даня? — голос девушки звучит с придыханием.

— Поехали в четыре часа ко мне на тренировку, — предлагаю. — Помедитируем вместе. Если свободна, конечно.

Брюнетка оказывается незанятой. Отлично. Договорившись о встрече, аналогично я вызваниваю Свету с Леной, затем направляюсь домой. До тренировки успею пообедать, а, может, даже потренироваться с Легионом.

Девушки прибывают через полтора часа. К этому времени я, правда, успеваю немного прокачать легионеров. Эх, жалко, что Иван до сих пор сачкует внутри ологхая, так и бы ему каналы подтянул. Без меня он, поди, ни одно огненное заклятье не сможет освоить, даром, что я ему закачал в память знания Мастера-огневика. Но если к чему-то человек не приспособлен, то ничего сам с этим поделать не сможет. Только с чужой помощью.

Зато я позанимался с Егором-кровником. Хоть Дар у него редкий и Мастер крови мне еще не попадался, но и без знаний Мастера мы смогли освоить более гибкую манипуляцию кровью. Ну и еще теперь я знаю, что не замерзну, если окажусь голый в тундре. Всего лишь надо разогнать быстрый кровоток, увеличить его температуру и готово.

— Начинаем медитировать? — спрашивает Света, оглядывая маты, устилающие пол в подвале. Камила с Леной же с любопытством смотрят на разбитые макивары — забыл убрать обломки с прошлой тренировки.

— Подождем еще одного участника, — отвечаю я, и как раз в этот момент в двери входит сияющая улыбкой Лакомка. И тут у всех девчонок округляются глаза. И неудивительно — ведь альва демонстративно подняла руку с