Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Нет, ну его к демонам, такое оружие. Лучше что-нибудь полезное сделать. Усилитель или накопитель.

— Я дам тебе время подумать, недели две. Если нужно будет что-то конкретное, скажи. Если нет, сделаю амулет. Зиралл скрывает от моего взора то, что у тебя в другом кармане. Тебя сейчас маги могут на расстоянии почувствовать из-за посоха целителя и книг, что ты в сумке носишь. А этот амулет будет скрывать от знающих любую магию.

— Хорошая вещь, — покивал я, — полезная. А в другом кармане у меня такая штука… странная.

Я положил рядом пропитанную кровью повязку. Лицо Матео вытянулось, и он целую минуту, не моргая, смотрел на неё.

— Аш говорит, что она убивает всех, кто желает твоей смерти, — сказал я. — Мне такая не нужна. Я Бристл её отдам, если тебе не нужно…

— Нужно, — быстро сказал он. — Очень даже. На этом куске ткани жертвенная кровь жрицы Лиам. Правую руку даю на отсечение, что её принесли в жертву, вызвав тем самым такой гнев богини, что теперь любой, покусившийся на неё, будет проклят.

Он осторожно протянул руку, касаясь куска ткани пальцем. Ничего не произошло. Тогда он бережно взял её в правую руку, а левой извлёк из кармана небольшой амулет. На ладони с тканью вспыхнул яркий огонь, но повязка гореть не собиралась.

— Дорогой супруг, — сзади раздался сердитый голос Ялисы. — Я же просила не разводить огонь вне лаборатории.

Матео сжал кулак, загасив огонь, и быстро спрятал повязку за пазуху. Ялиса прошла к столу, поставив поднос с чашками и небольшим чайником.

— Берси сегодня нам подарил восхитительный чай.

— Ага, — кивнул Матео. — Наш друг сегодня удивительно щедр.

— Я сейчас принесу выпечку, — Ялиса посмотрела на него с укоризной и вышла из гостиной.

— Мне кажется, — шепнул мне Матео, — оборотни на неё влияют как-то не так.

— Смирись. Из неё выйдет прекрасная хозяйка дома. У Блэс это в крови, и они плохому не научат.

— Берси! — Матео хотел хлопнуть по столу ладонью, но в последний момент передумал, побоявшись, что опрокинет чашки. — Ты самый везучий человек на свете! Если когда-нибудь пойдёшь в экспедицию за сокровищами, возьми меня с собой. Они к тебе липнут как дикие осы на мёд. Проси за подарок что угодно. Хочешь, я с тобой во дворец Императора пойду и устрою там такое представление, что они триста лет будут меня вспоминать?

— Ничего не надо. Лучше я к тебе буду время от времени приходить за разными артефактами. Иметь в друзьях хорошего мастера — уже удача.

— Решено! — он улыбнулся от уха до уха. — Будут тебе артефакты. А ещё силовой контур и накопитель для большого дома. Душу хранителя сам подберёшь. Тали расскажет, что и как надо будет сделать.

Потом мы сидели, пили чай, совершенно забыв о времени. Опомнился я в самый последний момент, из-за чего опоздал к началу праздника. Тут можно добавить, что заставил понервничать тех, кто меня на этом празднике ждал.

Бристл подобрала для меня строгий наряд, больше подходящий для собраний и Советов, чем для праздника. Зато в нём было удобно не только ходить, но и, при необходимости, бегать. Всё мало-мальски магическое я оставил у Дианы, которая дожидалась меня в повозке. В случае проблем они вместе с Вьерой и Ивейн доберутся до нужного зала за пару минут, и ни одна стража их не сдержит. Если только не забаррикадируют коридоры.

Всё торжество должно было пройти в большом зале, где я уже бывал на зимнем балу. Без посоха я почти не чувствовал намерений окружающих. Только если они испытывали сильные эмоции. Заходя в зал, я как раз почувствовал эти самые эмоции. Когда объявили моё имя и звание магистра, на мне скрестились взгляды всех присутствующих. Я почти не заметил в зале женщин. В основном это были маги всех возрастов и званий. При этом почти все предпочли явиться в торжественных мантиях со всеми полагающимися регалиями.

Центр зала оставили свободным, огородив цветной лентой, а вдоль стен расставили столы с выпивкой и закуской. Я сосредоточился, обвёл взглядом зал. Количество цветных линий магических конструкций разнообразием не поражало. В основном это были заклинания, обогревающие помещение, и магические светильники. Большое заклинание в том месте, где в прошлый раз сидели музыканты, наверняка усиливало звук музыки. Но что больше всего бросалось в глаза, так это наличие артефактов у каждого из присутствующих магов. Это были всевозможные амулеты и боевые посохи, припрятанные под одеждой. Некоторые из них «светились» так сильно, что это было видно даже через ткань балахонов.

«Нет, ну что это? — презрительно думал я, глядя на них. — Это ведь даже не смешно. Вы что, потеряли последний ум? Или предвкушение перед употреблением моей крови так сильно взбудоражило вас?»

В просторный зал набилось столько людей, что даже самый маленький огненный посох мог погубить их всех разом. А они принесли с собой, не побоявшись гнева Императора, столько могущественных, но бесполезных в этой ситуации артефактов. Даже захоти они что-то сделать со мной прямо сейчас, я могу открыто рассмеяться им в лицо.

Распылив вокруг частичку чистой магии, я с удовольствием отметил, как задрожали магические линии больших заклинаний. Сразу стал виден непонятный рисунок на полу в центре, как раз в огороженной части. Тёмные толстые линии вырисовывали на полу замысловатый узор. С такого расстояния я не мог его разрушить, надо было подойти поближе. Заметив среди собравшихся барона Тэнца, я просиял улыбкой и зашагал прямо к нему.

— Барон Тэнц, доброго дня, — я подошёл к главе боевых магов, который стоял особняком недалеко от стола с напитками. Для праздника он не стал выбирать мантию, ограничившись строгим нарядом из тёмной ткани. Среди магов его легко можно было выделить по этому цвету. Как и меня, впрочем.

— Доброго дня, барон Хок, — кивнул он.

Забыл упомянуть, что маску он подвязал шнурком к одежде, напротив сердца. Не обезображенные магической практикой магистры брезгливо кривили губы, стараясь не смотреть в его сторону. Были тут и огненные маги, но они масок не снимали, предпочитая не привлекать внимания.

— Вы тоже внесли вклад в победу, что Вас пригласили сегодня? — спросил я.

— Свой вклад я сполна внёс ещё пять лет назад, — хмыкнул он. — И для Империи сделал гораздо больше, чем любой из присутствующих. А на этот… — он перевёл взгляд на зал и собравшихся, — с позволения сказать, «праздник», я пришёл потому, что