Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская

Женщину звали Мария, и она была дома в понедельник вечером, когда по дому пробежал их дежурный, и сообщил чтобы все оставались в квартирах, и из дома не выходили, есть опасность столкновения с бандитами. Она жила на своем верхнем третьем этаже одна, дом только начали заселять, и все селились внизу, на первом-втором. Через ее окно был виден выезд с базы, и она скоро заметила, как с территории выехало два больших микроавтобуса, которые специально пригнали как она считает за Советом, в сопровождении двух военных хаммеров. Женщина была достаточно умна, чтобы сообразить, что ни о чем хорошем это свидетельствовать не может, и переместилась из своей обжитой квартиры в одну из соседних, пустых и необжитых, спрятавшись там в спальне. Сидеть в темном укрытии пришлось ей несколько часов – уже к полуночи в городе внезапно началась стрельба, грохот, прямо около дома что-то рычащее сломало забор, а дальше все смешалось в шумах и криках. Любопытство фрау Марии пересилило страх, она добралась до окна, и настаивала, что автомобиль, проломивший забор был именно армейский, бронированный, с башней и люком, но без оружия. По описанию походит на БТР, и если это так и у бандитов была военная техника, то вопрос о победителе этой мини-войны был предрешен.

Ну а потом женщина больше не смотрела в окно, спрятавшись в шкафу спальни. Она рассчитывала, что необжитые квартиры тщательно обыскивать не станут, и так и произошло – ее квартира за стеной подверглась судя по шумам оттуда серьезному обыску, а в ту квартиру, где она скрывалась, только кто-то мельком заглянул, и все. Посидев пару часов, слушая казалось нескончаемую перестрелку, крики и грохот, она через какое-то время заметила, что шум начал стихать, пока не превратился в отдельные редкие выстрелы. Ещё через какое-то время она выбралась из шкафа, и опять стала смотреть в окно. Самое интересное и неожиданное, что она увидела – бандиты достаточно многих гражданских, особенно мужчин, не убивали, а сгоняли в кучи, и грузили на пару больших грузовиков, которых загнали на территорию города. Впрочем, я догадывался, для чего вывозят гражданских – если есть способ делать из людей психов, то люди – это ценный ресурс. Часам к четырем ночи все совсем стихло, а уже утром приехали мы. Как только женщина узнала нас, то решила нас позвать.

–  Интересно, сколько ещё выживших и спрятавшихся в городе? – я задал вслух очень простой вопрос. – Сколько видело нас, но не опознало? А ведь нам ещё повезло, что в нас никто из гражданских не выстрелил, или кирпич на голову не кинул.

–  Стрелять им нечем… Оружие тут было только у армии, но ты видишь, что бандиты все пособирали после боя. – Джонни был удручен рассказом Марии, и находился в некоторой прострации.

–  Надо найти ещё людей. Мы не можем так вот оставить фрау Марию.

–  Это понятно. А что делать дальше?

–  А дальше – не знаю. Охранять их мы не можем, нам нужно дальше ехать.

–  И ты предлагаешь их просто тут бросить? – Джонни глянул мне в глаза.

–  Я ничего не предлагаю. – я начал злиться. – Я так же, как и ты, в шоке от того, что произошло. И я вот что буду делать: я поищу ещё выживших, соберу их вместе, а потом уеду, ты знаешь, куда. Ты можешь решать, со мной ты, или нет – я тебе об этом уже говорил. Да, это цинично и наверное даже жестоко, но я не буду организовывать “базу-105”, или что-то подобное. И брать на себя ответственность за тех, кто сейчас выжил, я тоже не буду.

Взгляд Джонни отвел, но я понял, что я его не убедил, и в его глазах не оправдался. Он собирался всех спасти и всех защитить одновременно, и его позиция была мне понятна, и ничего, кроме глубокого сожаления и уважения вызвать не могла. Для себя я даже не на секунду не рассматривал ситуацию, при которой я бы остался тут, с выжившими. Наверное, в глазах Джонни я был трусом и предателем, но та цель, которая была у меня, стояла в моем списке на первом и единственном месте, и никто и ничто не могли меня остановить. Я уже опоздал два раза, больше я не опоздаю.

Пока каждый мыслил свои мысли, договорились с Джонни пойти искать выживших, и встретиться тут, в этом же доме, через час. А дальше… А дальше уже будет видно, но чувствую, что ехать в Портофино мне одному. И от этого очень тоскливо и печально становится, на самом деле.

Вышли из дома, разделились: Джонни пошел направо, я взял на себя левую сторону. Теперь уже сам за себя, смотреть надо по сторонам в два раза внимательнее – ищу не только потенциального врага, но и потенциальных выживших. Мимо входа на базу не пошел – не смог себя заставить, да и не думаю, что около той бойни живые прятаться будут. Обошел то место за несколько домов, стараясь обращать внимание на верхние этажи зданий. Пока ни врагов, ни выживших – только следы боев. Недалеко от площади, где находилась столовая, увидел перевернутый хаммер бандитов – рядом с ним явно взорвалась граната, снеся начисто одно колесо и разворотив борт. Рядом пара тел, оба в камуфляже. Перевернул того, кто лежал лицом вниз, стараясь не смотреть на гримасу на лице, и увидел, что его разгрузка не пустая – там ещё два полных магазина. Снял их, засунув в свою разгрузку, так же снял нож с пояса, в хороших прочных пластиковых ножнах – потом рассмотрю, может поменяю вместо своего. Подумав, присел рядом, оглянулся на предмет врага, и снял с тела разгрузку, немного повозившись: для Джонни, как прощальный подарок, чтоб он запасные магазины по карманам не рассовывал. Встал, выбирая дальнейшее направление поиска, как заговорила рация голосом Джонни:

–  Десятый, прием. – ого как, прям официально! Обиделся, никакого больше дружелюбия.

–  Десятый тут, слышу хорошо.

–  Я на площади возле столовой. Я выживших нашел, тут их целая группа, они сами людей собирают по городу. Думаю, что они лучше нас всех соберут.

–  Понял, я недалеко, сейчас подойду.

–  Окей, ждем.

Ну вот, гражданские сориентировались сами, или просто в их рядах были здравомыслящие инициативные люди, организовавшие других. Облегчили нам работу. Люди вообще собираются вместе, и чем сильнее несчастья вокруг, тем сильнее потребность держаться сообща. Это наверное то немногое,