Бумажная империя 4 - Сергей Жуков

И ведь он даже не просил! Этот парень просто заявлял свои претензии на статус аристократа. Неужели, он знает о том, что во всю идут разговоры об этом? — думал Меньшиков.

Светлейший взял стопку газет, что лежали на краю стола и взглянул на одну из них, на обложке которой красовалась фотография Уварова в компании Алисы Распутиной на недавнем приёме Морозовых.

«Разве так проводят вечера простолюдины?» — гласил заголовок.

Эта перебранка между скандалистами из жёлтой прессы и крайне радикальными патриотическими изданиями, всячески выгораживающими аристократов в любой ситуации, уже основательно надоела Меньшикову. Но слухи о баронском титуле Уварова пошли уже после разговора светлейшего с этим парнем, а значит тогда о них ещё не было общеизвестно. Тем сильнее Меньшикова раздражала непоколебимая уверенность бастарда Юсуповых в том, что титул у него в кармане.

Внезапно на столе светлейшего зазвонил рабочий телефон. Меньшиков чуть вздрогнул от резкого звука. Эта была прямая линия с Зимним дворцом и звук звонка должен был быть слышен издалека, чтобы не пропустить вызов из дома самого императора.

Он сразу поднял трубку, готовый к важному разговору.

— Да, ваше Высочество, — произнёс светлейший князь.

— Григорий Александрович, подскажите что за ситуация с неким Даниилом Уваровым и недовольством в газетах относительно его статуса? — спросил мужской голос в трубке.

— Вопрос о присвоении ему титула — лишь слухи, распускаемые газетчиками, — пояснил Меньшиков. — Я уже связался со всеми министерствами, которые могли бы своей властью даровать баронский титул и они заявили что никаких подобных приказов у них нет.

— Нет подобных приказов? — уточнил звонящий.

— Абсолютно точно, — подтвердил Меньшиков.

В трубке повисла пауза, а затем мужской голос вновь заговорил:

— Знаете, Григорий Александрович, я не знаю, кто этот Уваров и честно говоря, мне это не так и интересно, но нам необходимо как можно скорее даровать ему титул барона и закрыть эту тему для журналистов раз и навсегда. Аристократия понесла огромные репутационные потери в последнее время и нам не следует давать поводы журналистам для новых скандалов. Тем более, сам император наслышан о раскрытом предательстве Карамзина и осведомлён, кто сыграл в этом ключевую роль.

— Конечно, я понимаю, ваше Высочество, — медленно произнёс Меньшиков, не веря услышанному.

— Подданные империи должны знать и видеть, что мы ценим преданность и инициативность каждого жителя нашей страны и воздаём по заслугам за верное служение на благо империи, — продолжал говорить младший брат императора. — Так что подготовьте приказ о даровании Уварову титула барона и ордена за заслуги в части раскрытия государственного заговора. Сделайте это задним числом, чтобы закрыть рты журналистам, что устроили нападки на аристократию.

— Да, я займусь этим немедленно, — спокойно согласился Меньшиков.

Какого бы мнения он не придерживался относительно статуса Уварова, это было не важно. Член императорской семьи только что отдал ему прямой приказ присвоить Даниилу Уварову аристократический титул и наградить орденом Александра Невского.

Едва светлейший князь повесил трубку, как телефон вновь зазвонил.

— Григорий Александрович, ещё один момент совсем забыл, — вновь произнёс брат самого императора. — С вручением ордена пока повремените. Сделайте это торжественно на вашем Рождественском приёме.

Меньшиков опешил от подобного, поэтому аккуратно заметил:

— Но Даниила Уварова нет в списках приглашённых.

На что звонящий слегка недовольно ответил:

— Я это прекрасно понимаю, Григорий Александрович. Само собой вы его пригласите. Дело в том, что моя младшая дочь крайне настойчива в желании познакомиться с этим известным юношей лично. Так что вам необходимо представить Уварова на маскараде в самом выгодном свете, чтобы ей не было стыдно и зазорно находиться в его обществе.

— Конечно, будет исполнено именно так, как вы пожелаете, — голос Меньшикова был невозмутим и спокоен, хотя внутри него кипела буря эмоций.

Услышав покорный ответ, голос члена императорской семьи чуть смягчился и добавил:

— Прекрасно, тогда ждём вас послезавтра с докладом о ходе расследования по украденному артефакту невидимости. Прошло уже два месяца, а редчайший артефакт так и не найден.

Глава 19

Сегодня утром я приехал на торжественное мероприятие, приуроченное к открытию нашего цветочного салона в центральном районе города. Это был уже не первый салон, что открыл Морозов при участии моей мамы. Но именно из сегодняшнего открытия решили сделать торжественное мероприятие с приглашением журналистов. Всё-таки это был первый премиальный салон нашей сети, расположенный прямо на Невском проспекте и предназначенный в первую очередь для аристократии.

Невероятно приятно видеть такое количество людей из высшего света в цветочном, открытым при участии моей мамы. Давая интервью невысокому журналисту, она буквально светилась от счастья.

— Как вы относитесь к тому что ваш сын получил баронский титул? Изменятся ли отношения в вашей семье? — неожиданно сменил тему беседы пронырливый репортёр.

— Я очень горжусь своим сыном. Он как никто другой заслужил своим умом, честью и трудолюбием и я не сомневаюсь, что настанет тот день, когда империя признает его вклад и заслуги и дарует ему аристократический статус, — очень аккуратно и тактично ответила мама.

— Вы что, не знаете? Приказ уже готов, — тут же атаковал он.

— Давайте не будем поддаваться неподтверждённым слухам, царящим в прессе, — вмешался я.

— Каким слухам? Сегодня утром ведь сам Меньшиков объявил об этом, — возбуждённо произнёс журналист.

Среди стоящих вокруг людей пошли переглядывания.

— Вы действительно ещё не знаете? — продолжал он.

Тут же засияли вспышки камер, стараясь выхватить удивление на моём лице, но я был непоколебимо спокоен. Во-первых, потому что я умею держать лицо в любых ситуациях, а во-вторых, потому что для меня эта новость не была неожиданностью. Удивлением было лишь то, что я, владелец собственного новостного издания, не узнал об этом первым.

— Даня, это что, правда? — подошла ко мне мама.

Она смотрела на меня в ожидании ответа, сама не замечая как теребит пуговицу на манжете кофты.

— Давай дождёмся официальной бумаги и не будем поддаваться на провокации журналистов, — спокойно сказал я, убирая её руку с несчастной пуговицы.

— Но если ты… — продолжила она, но я аккуратно прервал её:

— То куплю праздничный тортик. Сегодня день твоего триумфа и давай не будем переключать фокус внимания ни на что другое.

Николай, дающий короткое интервью касательно планов по открытию полноценной сети, помахал ей рукой, призывая вернуться обратно к журналистам.

Стоя в стороне от основной массы людей, я молча наслаждался происходящим сегодня мероприятием. Задумка с передачей прав на развитие сети цветочных наследнику Морозовых пока оправдывала себя на все сто.

Николай, как я и предполагал, был полон энтузиазма и решимости доказать отцу свои таланты управленца. Он пустил всю свою энергию и финансовые