Хакер в другом мире 3: Революция - Евгений Север

полётами на дирижабле вместе с бывшим королём, на карте страны появилась точка, события в которой развивались по непредвиденному никем сценарию. Наихудшему из возможных. То, чего хакер всеми силами пытался избежать, всё же случилось и смертельная спираль снова начала набирать обороты.

Мордок — город среди степей, славился своими бескрайними полями зерна самых разных видов и мастей. Без преувеличения можно сказать, что хлеб, производимый здесь, кормил едва ли не четверть всей страны. Издавна самым прибыльным бизнесом здесь являлось владение элеваторами и ветряными мельницами, что позволяли произвести полный цикл обработки зерна и получить муку.

Орудующие в городе отряды Рагнара, получив от штаба приказ прекратить боевые действия и залечь на дно, противиться воле центра не стали, исполнив указание в точности и засев в глухое подполье. Казалось бы — ситуация в Мордоке после этого должна прийти в норму и оставшиеся в живых вояки наконец могли вздохнуть спокойно. Но не тут-то было. Верховный совет, пытаясь стабилизировать положение с восстанием в Эйсмаре, разослал в крупные гарнизоны гонцов с запечатанными конвертами. Если говорить о содержимом этих записок коротко, то основной посыл был в том, чтобы города выделили часть войск для присоединения их к военному контингенту, готовящемуся к походу на северные леса, а так же всем офицерам среднего звена, с текущего момента, выдаются самые широкие полномочия для поиска и устранения шпионов и сочувствующих Красной армии. Новая власть дала исключительные права на применение насилия ко всем, кто хоть как-то казался подозрительным.

Именно последний пункт и стал камнем преткновения будущих событий. Первые несколько дней, после ухода сопротивления в режим ожидания, Мордок пережил спокойно. Но как только до офицеров дошло, что постоянные атаки прекратились, и город снова под контролем армии, на улицах начались облавы. Людей хватали средь бела дня просто за косой взгляд в сторону военных патрулей, избивали и тащили в местную тюрьму на дознание. Шпионов и провокаторов сопротивления видели буквально везде, ибо во время прошлых стычек с партизанами, население не сильно спешило доносить в органы правопорядка где скрываются преступники.

Слухи о задержаниях и облавах распространились по городу со скоростью пожара. Люди старались не выходить на главные улицы, пробираясь в пункты назначения окольными путями, и не попадаться на глаза патрулям. Помогало это правда не сильно, ибо стражники находились почти на каждом ключевом перекрёстке поселения, на каждой развилке, миновать которые было невозможно. Тюрьма под главным фортом Мордока заполнилась очень быстро.

Здесь всё и началось.

Дело в том, что в отличии от Роуэна, где гарнизоны периодически менялись чтобы охранять тюрьму на рудниках, в городе среди степей ситуация была полностью противоположной. Почти все военные были местными, имеющими в городе дома, семьи и родственников. И когда обычные солдаты и офицеры стали находить в катакомбах за решётками своих близких, мучающихся от голода и жажды, у людей в форме стали появляться серьёзные вопросы к происходящему. Начались конфликты, перерастающие в драки между военными. Дисциплина серьёзно пошатнулась. Солдаты, в нарушение всех приказов, начали массово выпускать из заточения своих родственников и знакомых, плюя на крики дежурных офицеров. Никакие угрозы на них не действовали. Дошло до того, что особо ретивых командиров разоружали и самих бросали в карцер.

Обвиняя друг друга, военный гарнизон города постепенно погружался в неуправляемый хаос и анархию.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стала одна из холодных ночей, когда звёзды в небе были отчётливо видны, не укрываясь за серыми, тяжёлыми облаками. С вечера, перед цитаделью города, начали собираться горожане, требуя отпустить их семьи, родственников и друзей. Люди пришли без оружия, но держа плакаты, наскоро сбитые из палок и белых тряпок с надписями. Сначала протестующих было от силы человек сто. Но чем больше время шло, тем больше их становилось. К вечернему митингу начали подключаться и те, кого просто достали ежедневные проверки и страх оказаться за решёткой. Так сотня превратилась в тысячу. А тысяча в десять тысяч. Протестующие, что не помещались на площади, стояли на улицах примыкающих к ней, издали глядя на стены древнего форта. Ближние ряды скандировали лозунги вроде: «Свободу честным», «Мы тоже люди», «Хватит нас убивать».

Продолжалось всё это довольно долго. Вечер сменился ночью, но основная масса протестующих всё еще стояла на своих местах, когда со стен цитадели в толпу полетели первые ударные заклинания. Людей, не имеющих ни артефактов, ни доспехов, размазывало по серой, холодной брусчатке. Следом посыпались файерболы и стрелы. Собравшиеся на площади падали один за одним, скошенные ведущимся с цитадели обстрелом. Людская масса на площади пошатнулась и, подобно тому как волна набирает силу при порывах ветра, единое живое море тел, приняло определённое направление движения, с каждым новым взрывом впадая в состояние неконтролируемой паники всё сильнее. Протестующие бежали с поля боя, напарываясь на трупы своих товарищей, падали, и пытаясь подняться снова падали, не выдерживая напора мечущихся позади. Количество жертв росло с каждой секундой.

Разведчики зверолюдей наблюдали расстилающуюся перед их взором картину, с крыш близлежащих домов, в немом изумлении. Они ещё могли понять, когда вооруженные сражаются с вооруженными, но происходящее здесь иначе как «уничтожением» назвать было невозможно. Военный гарнизон города развернул своё оружие против тех, кого он обязан защищать. Вероятно, сделано это было из страха перед таким количеством людей. Если бы протестующие единомоментно пошли на штурм, форт мог и не выстоять.

О происходящем было немедленно передано Рагнару, командовавшему здешними отрядами сопротивления. Тот, недолго думая, отправил шифровку в штаб. Но ответа от центра так и не последовало. Волшебник ранее предупреждал, что вся операция входит в финальную фазу и теперь летающий корабль будет временами недоступен. Однако на этом информация заканчивалась.

Тишина в эфире стояла уже несколько недель.

Согласно доктрине, в случае отсутствия связи с вышестоящим командованием, всё управление вверенными подразделениями переходило в руки старшего офицера, следующего по статусу. Сейчас, Рагнар выполнял последнюю поставленную боевую задачу: сидеть тихо и ожидать дальнейших указаний. Сероглазый маг что-то делал, полуволк готов был в этом поклясться на чём угодно. Что-то, о чём остальным знать было не положено. Но происходящие в Мордоке события требовали ответных действий, иначе, с такими раскладами, возникал риск рано или поздно быть обнаруженными.

Пока Рагнар Лиственный обдумывал как лучше поступить, от разведки пришло новое донесение: — Внутри цитадели слышны звуки боя, вождь, — доложил молодой зверочеловек с лисьими ушами.

— Горожане прорвались в крепость? — не поверил полуволк.

— Никак нет. Военный гарнизон ведёт битву с самим собой. Издалека сложно рассмотреть, но похоже что