Комполка - Александр Вячеславович Башибузук

проверили, самолет Юнкерс Ю-13 общества Добролет, действительно, был зарезервирован для перелета Москва — Тула — Казань — Екатеринбург. Но, все дело в том, что после того, как ваш перелет отменился, самолет все-таки сделал вылет, уже по другому заданию, но сразу после взлета потерпел крушение, а пилот погиб. При выяснении причин крушения выяснилось, что в масло каким-то образом попала металлическая стружка.

Алексей немного помедлил и негромко прокомментировал слова Артузова:

— Вам, конечно, виднее, Артур Христианович, однако, для столь масштабного и серьезного плана, инициаторы, как-то совсем спустя рукава подобрали исполнителя главного этапа. Личность этого Румкина, просто не выдерживает никакой критики. Можно даже подумать, что его специально послали, чтобы я точно не сел в самолет. Он вел себя, как полный дилетант. Словно первый день на военной службе.

— Он и был дилетантом, — согласился Артузов. — Но к нему мы вернемся позже. Естественно, у нас возникли вопросы к непосредственному начальнику Румкина, товарищу Кучаеву. Однако опросить его не представилось возможным, так как… — чекист сделал паузу. — Не предупредив никого, он позавчера отбыл в Рязань, а в поезде его зарезали и выбросили из вагона. Совершенно ясно, что Кучаев, в свою очередь, исполнял тоже чей-то приказ, но выяснить первоисточник теперь не представляется возможным. Вернее, пока не представляется.

У Лексы по спине пробежал холодок. Даже с учетом того, что Румкин показал себя полным идиотом, совпадения казались очень серьезными.

— Теперь о Румкине, — казенным голосом продолжил Артузов. — Этот человек оказался в структуре Коминтерна случайно, по протекции. И вы правы, он не обладал хоть какими-то пригодными качествами. Почему использовали его, пока можно только гадать. Возможно, у Кучаева просто не оказалось никого другого под рукой. А возможно — он догадался о сути приказа и сознательно саботировал операцию по вашей ликвидации. Такое стечение обстоятельств тоже вполне вероятно. А что до самого Румкина — он ночью повесился в камере. Не досмотрели…

Алексею показалось, что чекист что-то сильно не договаривает. Каким-то загадочным образом все, кто был причастным — уже успели умереть. Начальник контрразведки ОГПУ, определенно, знал больше, чем озвучивал.

Но свои подозрения Лешка не выдал.

Артузов достал из портфеля еще лист бумаги и ручку с чернильницей.

— Алексей Алексеевич, сами понимаете, мне необходимо задать вам несколько вопросов под запись. Что вы сами думаете, по поводу произошедших событий?

Лекса машинально пожал плечами.

— Все известные мне факты, я уже изложил в рапортах. Домыслами заниматься не собираюсь.

— Понимаю, — Артузов кивнул. — И все же. Смотрите, я вижу несколько версий. Первая — покушение вследствие ваших неприязненных отношений с определенными лицами из структуры Коминтерна. Скажу сразу, эта версия представляется мне маловероятной, по многим причинам, но откидывать в сторону мы ее не будем. Вторая версия — прямое вмешательство иностранных разведок. Вы легенда Красной Армии, Алексей Алексеевич. Пускай вы не столь часто мелькаете в газетных заголовках, но ваши фотографии висят в каждой ленинской комнате в военных частях, в каждой пионерской и комсомольской организации по всей стране. К тому же вы признанный новатор и рационализатор в военном деле. В настоящий момент в Красной армии внедряются десятки ваших методик. Словосочетание «метода Турчина» уже стало устойчивым термином. Вполне естественно, что ваша персона успела привлечь враждебные иностранные разведки. В любом случае, уже ясно, что в определенных советских организациях сложилось вредительское сообщество и с этим мириться нельзя…

Алексей согласился и больше часа общался с Артузовым. Язык так и чесался, вломить с потрохами Баронова, но Лекса этого так и не сделал.

Уже в конце разговора, Артузов сообщил:

— Мы взяли под охрану вашу квартиру и ваш дом, но я все-таки рекомендую вам вернуться в Москву. Там вашу безопасность и безопасность детей обеспечивать проще.

Алексей помедлил и кивнул.

— Мы вернемся.

Артузов обрадовался:

— Отлично! Мы довезем вас. И да, мне еще поручили передать, что вас приглашает к себе домой сегодня вечером товарищ Сталин.

— Будем, — спокойно ответил Лекса, хотя ему больше хотелось помянуть свою любимую кобылу.

Артузов замялся или сделал вид, что замялся:

— Алексей Алексеевич, еще я хотел поговорить о вашей дочери, Брониславе.

— Слушаю…

— Бронислава чрезвычайно талантливая девочка, — чекист уважительно склонил голову. — Повторюсь, чрезвычайно. При правильном развитии талантов, ее ждет блестящее будущее. Вы не будете возражать, если она пройдет короткое обучение в одном из учебных заведений моей службы? Уверяю, без ущерба для основного образования в школе.

— И чему вы ее там собираетесь обучать? — резко бросил Лешка. — Людей убивать? Или диверсии устраивать? Вы на метрику ее смотрели? Ей всего тринадцать лет!

— Алексей Алексеевич, ну, в самом деле… — Артузов огорченно развел руками. — Какие диверсии? В нашем ведомстве не занимаются диверсиями. К слову, по ним вы гораздо больший специалист. Ни в коем случае!

— Хорошо, — отрезал Алексей. — Но сначала я с ней сам поговорю.

— Уверяю…

— Я все сказал.

На этом разговор закончился.

Глава 17

Глава 17

Приглашение домой к товарищу Сталину сильно раздражало Алексея. Даже больше — буквально бесило. С какой такой стати? Для чего, зачем? Кто он, а кто мы? В самом деле, не к закадычному дружку позвали. Как вести себя? Как проинструктировать детей? Оболтусы же, могут ляпнуть что-нибудь эдакое, потом, так аукнется, что мало не покажется.

— А если это просто смотрины? — Гуля поправила воротник шинели на Алексее. — Просто на Машку хотят посмотреть. Надежда мне говорила, что ей наша Машка нравится.

— Где это она ее успела рассмотреть? — буркнул Алексей. — Почему до меня все в последнюю очередь доходит?

— Меньше надо по Китаям всяким разъезжать, — с улыбкой парировала Гуля. — Она с ней виделась после соревнований. Мы все вместе на трибунах болели за Машу. Все-все, ну, мои знакомые и подружки, не нервничай.

— Угу… — Лекса глянул в зеркало на свою угрюмую физиономию и ругнулся. — Чтоб меня кобыла копытом поцеловала. Два раза. Ладно, прорвемся. Готовы? Где там наша невеста на выданье?

Из комнаты девочек немедленно раздался сварливый голос Машки.

— А я вот вообще никуда не поеду!

Из комнаты мальчиков заполошно выскочил Яшка и сунулся к Машке, но сразу же вылетел назад, а вслед ему вылетела туфля.

— А