Драконья кровь и клятва врача - Татьяна Кравченко

и древним. Его очертания терялись в дымке, а высокие, покрытые изумрудной растительностью горы упирались в низкое, бледно-голубое небо. Но первое, что бросилось в глаза — это вода. Повсюду. Остров был испещрён бесчисленными реками, ручьями, водопадами, которые низвергались с утёсов, и сияющими, кристально-чистыми озёрами, лежавшими в чашах долин, словно рассыпанные осколки зеркала. Воздух звенел от их журчания и гудел от мощного рёва падающей воды. Всё вокруг искрилось и переливалось в свете пронзившего туман солнца.

— Земли твоего клана, — тихо сказал Каэлен, стоя рядом с ней на палубе. Его голос был полон почтения. — Клан Переливчатого Прилива. Они всегда предпочитали воду. Их сила — в отражении, в течении, в иллюзиях, рождённых влагой.

Капитан, грубый исландец, смотрел на открывшееся чудо с открытым ртом, забыв про штурвал. Его лицо выражало священный ужас и невероятное изумление.

Каэлен обернулся к нему. Его взгляд стал тяжёлым, пронизывающим.

— Ты должен забыть, — произнёс он, и его слова прозвучали не как просьба, а как приговор. — Забыть путь. Забыть остров. Забыть нас.

Он медленно поднял руку, но не дотронулся до капитана. Он просто провёл ладонью по воздуху перед его лицом, и пространство между ними задрожало, зарядилось озоном. Глаза капитана остекленели, его сознание на мгновение утонуло в бездонной глубине драконьего взгляда. Каэлен прошептал несколько слов на том же древнем языке, на котором говорила Вайрис, исцеляя его. Звуки были плавными, гипнотическими, как течение воды.

— Ты вёз пустой катер, — голос Каэлена был тихим, но неоспоримым. — Ты заблудился в тумане и вернулся назад. Ты ничего не видел.

Капитан медленно кивнул, его лицо стало пустым и безразличным.

— Ничего не видел, — глухо повторил он.

Каэлен взял Вайрис под руку и помог ей сойти на древние, отполированные водой камни небольшой пристани. Катер тут же развернулся и начал уходить обратно в туман, его капитан стоял у штурвала, глядя в пустоту.

И тут Вайрис увидела Их.

В небе. Высоко над водопадами, разрезая воздух с грацией, которой позавидовала бы любая птица, парили драконы. Они были непохожи на чудовищ из легенд. Это были воплощения мощи и красоты. Одни — с чешуей цвета морской волны и серебристыми перепонками на крыльях, сливались с водной гладью озёр. Другие — золотисто-бронзовые, словно отлитые из самого солнца, — кружили выше у вершин. Третьи, цвета тёмного обсидиана с алыми проблесками, — грелись на скалах. Их переливчатые тела искрились в лучах света, а их полёт был сложным, завораживающим танцем.

Но не все были в своей истинной форме. На земле, на тропинках, ведущих от пристани вглубь острова, шли люди. Вернее, существа, принявшие человеческий облик. Высокие, статные, с невероятно гордой осанкой и глазами, в которых плясали отсветы их драконьей сущности. Они были одеты в простые, но элегантные одежды из струящихся тканей, напоминающих их же чешую.

И все они оборачивались на Вайрис и Каэлена.

Шёпот пронёсся по тропе, подобно лёгкому ветерку. Взгляды — любопытные, настороженные, оценивающие — скользили по ним. Узнавали Каэлена — кланялись ему, прикладывая руку к сердцу, их лица выражали глубокое почтение и… жалость? А потом их взгляды переходили на Вайрис, и в них читался немой вопрос.

Каэлен не опускал головы. Он вёл её вверх по извилистой тропе, и его присутствие было словно щитом. Он ни с кем не заговаривал, лишь кивал в ответ на приветствия.

Чем выше они поднимались, тем величественнее становились виды. И вот, на самом краю высокого утёса, с которого низвергался в океан самый большой водопад, показался особняк.

Он был высечен не из камня, а из целой скалы, но это было не грубое строение. Это было произведение искусства. Стены, отполированные до зеркального блеска, отражали небо, воду и пролетающих драконов, сливаясь с пейзажем. Башни взмывали ввысь, изящные и острые, как копья. Огромные арки вместо окон и дверей предполагали, что сюда можно было войти и в самом большом обличье. Всё вокруг него цвело невиданными хрустальными цветами, которые звенели на ветру, как стеклянные колокольчики.

Каэлен подвёл её к главному входу — арке, достаточно высокой, чтобы под ней пролетел дракон. Тяжёлые дверии из тёмного дерева, украшенные резьбой в виде волн и переплетающихся течений, сами собой бесшумно распахнулись перед ними.

Внутри их встретили двое.

Пожилой мужчина с лицом аристократа и спокойными, мудрыми глазами, одетый в безупречно скроенные одежды из ткани, меняющей цвет в зависимости от падения света. И женщина — высокая, строгая, с седыми волосами, убранными в сложную причёску, и пронзительным, изучающим взглядом. Оба излучали такую силу и достоинство, что Вайрис инстинктивно выпрямилась.

Каэлен сделал шаг вперёд.

— Это Элвин, хранитель этого дома, — он кивнул мужчине, — и леди Иридель, старшая из слуг вашего рода. Они оберегали это место в ожидании возвращения наследницы, тебя Вайрис.

Они склонились в низком, почтительном поклоне — не Каэлену, а ей.

— Госпожа Вайрис, — их голоса слились воедино, мелодичное и торжественное. — Добро пожаловать домой.

Вайрис потеряла дар речи. Она смогла лишь кивнуть. Она вошла внутрь, и у неё снова перехватило дыхание.

Вайрис стояла в центральном холле. Это было не помещение. Это был… собор. Потолки уходили ввысь на сотни футов, теряясь в полумраке, где поблёскивали подвешенные хрустальные сферы, имитирующие звёзды. Стены были отполированы и инкрустированы перламутром и самоцветами, которые переливались, отражая свет, льюшийся с потолка. Всё здесь было создано для существования в обеих формах. Массивные каменные скамьи могли служить лежанкой для дракона, а изящные кресла из гнутого дерева и шелка — для человека. Воздух пах стариной, воском, водой и едва уловимым, знакомым ароматом магии её отца.

Её взгляд упал на стену, где висел огромный, в резной раме, портрет.

На нём была изображена пара. Мужчина — с гордым, властным лицом и пронзительными синими глазами, в которых светилась мудрость и сила. Его тёмные волосы были убраны в хвост. Женщина рядом с ним была удивительной красоты — с длинными серебристо-белыми волосами и добрыми, но печальными глазами цвета весеннего неба. Она держала на руках маленького ребёнка — мальчика с тёмными кудрями и большими, серьёзными глазами.

— Твои дед и бабка, — тихо сказал Каэлен, подойдя к ней. — Великий дракон Ксилос, глава Клана Переливчатого Прилива, и его супруга, леди Лиранель. — Он сделал паузу, и его голос стал ещё тише. — И твой отец. Аррион...

Вайрис смотрела на картину, и ком подкатил к горлу. Она видела в этих чертах —