Я и Карась. Миссия «плен» - Елена Ха

– Не боюсь. Ему один раз повезло наткнуться на глупцов, которых он кинул. Сейчас он опухший, обрюзгший… Кто на него поведется?

– Раз с местью мы разобрались, полетели на свадьбу! Нас ждут на Земле, – улыбнулся Пульс.

– Да, я хочу лично увидеть, как Куст становится подкаблу… – начал Ксар.

– На путь истинный! – перебила я ная.

Вероника поддержала меня улыбкой. Все-таки она была неплохой девчонкой, просто говорила все, что думала, не привыкла сдерживаться, да и вежливости ее никто не обучил, вся надежда теперь на Пульса.

Мы с Ксаром поначалу не верили, что умысу удастся ее приручить, вернее, что он захочет ее приручать. Сразу после Зарбита мы отправились на У один и узнали удивительную историю любви, частично из местных сводок блюстителей правопорядка, частично от Пульса и Вероники. Мне оставалось только радоваться, что у меня с Ксаром все гладко. Меня мой най на руках носил, любой мой полунамек спешил исполнить, но и я его любила горячо, с полной самоотдачей. Однако наша с ним история казалась скучной на фоне бушующих страстей умыса и землянки…

***

Вероника и Пульс

Когда Вероника осталась один на один с пониманием, что не нужна отцу, а жених продал ее пиратам, она не побежала к Пульсу, хотя видела, с каким уважением к нему относятся служащие космопорта, как ньюсмейкеры рвутся к нему с вопросами. Он действительно был национальным героем. Но она не стала к нему обращаться. Гордая!

– Я все это видела, не слепая, но он меня тогда бесил своей пошлостью и самомнением… – призналась как-то в приватной беседе Вероника мне, – А еще он меня немного пугал. Смотрел так, будто я из золота…

Вероника пошла в распределительный центр для беженцев. Там у нее спросили, в какой области она может быть полезна обществу. А она на Земле училась в театральном. Поэтому, не раздумывая, девушка выдала, что хочет работать актрисой. А умысы театром, музыкой не интересовались. Они даже кино только документальное смотрели.

– Это вам на Зарбит нужно, но с вашей внешностью, боюсь, у вас в этой профессии нет шансов, – любезно сообщил ей диспетчер. Он хотел как лучше, дал бесплатный совет, чтобы девушка зря не тратила свое время. Ведь в рамках одной гуманоидной жизни это невосполняемый ресурс.

Умыс не учел, что перед ним землянка, темпераментная землянка. Вероника устроила такой разнос в центре, что им пришлось вызывать сотрудников правопорядка и скорую помощь для диспетчера. Такого скандала давно на У один не было. Веронику под треск вспышек сопроводили в участок, где поставили на учет, как неблагонадежную.

Оставлять такие кадры на своей планете умысы не собирались. Веронику готовили к депортации. В Федерации с нарушителями общественного порядка обращались строго: если ты дебоширишь на своей планете, тебя еще могу потерпеть, отдать на поруки родственникам, но для беженцев-хулиганов прямая дорога на ресурсные планеты со сложными климатическими условиями, где все пашут на добыче этих самых ресурсов, так что времени на нарушения просто не остается.

– А что значит ресурсная планета? – поинтересовалась я у Ксара.

– Ну, в Федерации есть классификация планет, в которой выделяют планеты обитаемые и ресурсные. Обитаемые – это те, что стали родиной одной из рас Федерации, а ресурсные – необитаемые, – любезно пояснил мне най.

Когда Веронике все это объяснили, она пришла в отчаяние и написала-таки Пульсу. Хорошо, что он настоял, чтобы она записала его идентификатор.

«Пульс, помоги мне, пожалуйста, меня хотят депортировать на какую-то ледяную планету. Я там не выживу», – честно и без экивоков попросила она.

Пульс ей не ответил. Как выяснилось позже, он в это время был занят налаживанием линии по производству своих кристаллов. Он прочитал сообщение Вероники только на следующий день к обеду.

Девушку к тому времени уже привезли в космопорт, выдали комплект теплой одежды: ватник, чуни, шапку и варежки. Еще ей полагалась карта с минимальной суммой, чтобы хватило на еду в первые полмесяца до аванса. Таким древним средством оплаты уже давно не пользовались в Федерации, исключениями были ресурсные планеты.

– Я к тому времени отчаялась. Поняла, что в этой бесконечной Вселенной совершенно одна… Было больно. Уверена, если бы я все-таки оказалась на этой ледяной планете, долго бы не протянула. Во мне не осталось ни грамма желания жить, – признавалась мне Вероника, смахивая вредную слезинку.

К счастью, Пульс успел. Прибежал в космопорт, нашел девушку в толпе таких же неблагонадежных и затащил в комнату для персонала.

– Я тебе помогу, но только если ты согласишься с двумя условиями, – вполне в духе умысов заявил он. Здравый расчет превыше всего – девиз этих гуманоидов.

Вероника залепила ему пощечину со словами:

– Да пошел ты, рыцарь недоделанный!

– Я тогда, признаться, растерялся. Пришел спасать, а получил по морде… – жаловался нам с Ксаром умыс.

К счастью, после выплеска отрицательных эмоций Вероника впала в истерику, но не гневную. Она рыдала, свернувшись калачиком на полу, и жаловалась, что никому не нужна. Сердце Пульса, оказалось оно у него есть, не выдержало. Он сгреб свою ненаглядную истеричку в охапку и унес к себе домой.

Вероника успокоилась почти сразу, потому что осмотрелась. Дома умысов были большими, светлыми, функциональными, но про уют эти ребята слыхом не слыхивали. Голые стены, полы, потолок – все было выкрашено в единый серо-зеленый цвет. Коробка, а не квартира! Гостиная отсутствовала как класс. Была столовая с большим круглым столом и эргономичными стульями. Была кухня со всей необходимой бытовой техникой. Была ванная комната с душевой кабиной. Была спальня с большой кроватью и небольшим шкафом. Надо ли говорить, что умысы одевались в удобные и практичные комбинезоны?

– Увидев эту тоску, я уже хотела сбежать на ледяную планету, но тут Пульс меня поцеловал, – мечтательно улыбаясь признавалась мне Вероника все в той же приватной беседе.

Такая наглость умыса ошеломила девушку, поэтому она не дала должный отпор. А губы Пульса оказались сладкими, мягкими, нежными. Он целовал ее так, будто она была его дыханием. Он обнимал ее так, словно она та самая спасительная соломинка, за которую он будет держаться, чтобы не утонуть в пучине жизни.

Тело Вероники неожиданным для нее образом отреагировало на наглые ласки мужчины. Оно прижалось в ответ, руки оплели широкую спину умыса, приласкали шею, погладили лысую голову.

– Признаться, я давно хотела это сделать, – делилась своими