Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

Причём теперь его лицо всё лоснилось от обильного пота. Кажется, нервное потрясение ему гарантировалось. — Всем остальным под стену! Пригнуться, провести полную герметизацию скафандров!

В бою, как в бою, приказы старшего командира должны выполняться беспрекословно. Пока все группировались под стеной, прячась от возможного разброса осколков, Танти бегом метнулся к завалу из туш монстров, заложил в него дистанционную гранату и вернулся к товарищам. Капрал и дальше не давал ни секунды на размышления:

— Взрывай! — когда мощный взрыв вынес из прохода тонны плоти, он первым вскочил на ноги и бросился вперёд: — За мной! Не отставать! Парадорский — прикрываешь тылы вместе с Ланьо и Бровером!

Скорей всего именно этот приказ стал самым фатальным в последние минуты жизни капрала. В самом проходе никаких препятствий отряд не встретил, но вот в «кругляшке» людям предстала шокирующая картина. Когда они совсем недавно прорывались на встречном курсе, то положили огромную массу агрессивных хищников. Практически несколько горок навалили. Но теперь стало понятно, от кого и почему пытались сбежать обезумевшие представители животного мира: в данный момент в пещере полностью властвовали шуршоны. Гигантские муравьи с деловитой последовательностью хватали своими лапками туши монстров и, неся перед собой словно картонные муляжи, спешили к проходам, ведущим в недра. А навстречу им сплошной цепочкой поднимались их работящие собратья.

По всей логике самые сильные обитатели подземелий после подвижки каких-то пластов занервничали, устремились вверх, но найдя огромные и неподвижные запасы белков и клетчатки сразу решили всё оттащить в свой муравейник. Или что там у них в глубинах имелось. По некоторому совпадению, под самой стеной «кругляшки» оставалась довольно широкая часть склона, на которую плохо соображающий Птица обратил внимания в первую очередь. Поверхность там находилась под углом градусов в тридцать, но многочисленные каменные выступы давали неплохую возможность быстро движущемуся человеку проскочить к нужному проходу. А там уже и до поверхности недалеко по знакомому маршруту. Наверное, именно эти мысли и превалировали в голове у капрала, когда он дал резкую команду:

— За мной! Не отставать!

Кажется, он мечтал первым пересечь опасный участок, хотя по отработкам на учебных симуляторах обязан был знать, насколько проворно и быстро бегают шуршоны в случае необходимости. Да вот только остановить его остающийся в тылах Тантоитан не мог. Только он мог приостановить действия плохо соображающего командира отряда. Правда беда пришла не от занятых сбором пищевых запасов муравьёв, она свалилась сверху. Пока идущий вторым Пабло в недоумении замер в створе прохода, глядя в спину скачущему с камня на камень капралу, на того с потолка рухнула масса невидимого до сих пор из-за мимикрии, падуна. Тяжеленный блин всё-таки был замечен несколько раньше падения на жертву и Пабло мастерским выстрелом разворотил в хищнике огромную дырищу. Скорей всего падун и погиб при этом. Но траектория падения и сила инерции осталась прежними. По вине первой — сто пятьдесят килограммов плоти сразу впечатали Птицу в грунт, а по вине второй, этот участок грунта не выдержал такой тяжести, оторвался от выступающего основания и покатился вниз вместе с человеком. Несколько снующих внизу шуршонов вначале даже отпрянули в стороны от неожиданности, но уже в следующий момент деловито подхватили очередные куски пищи и бросились с ними к выходу из пещеры. Но если падуна подхватил только один муравей, то человека в скафандре не смогли поделить два других. И на глазах всего отряда они легко, словно мягкую игрушку разорвали безвольное тело капрала на две половинки. В следующий момент оба шуршона пали под объединённым огнём почти всех воинов, но подобная месть человеческую жизнь вернуть никак не могла. Мало того, при собственной гибели самые сильные страшилища подземного мира, выделяли фермионы паники и злобы, которые приводили в неистовое бешенство их собратьев.

Именно это и заметил в первую очередь Тантоитан, когда протолкался сквозь строй замерших товарищей: шевеление на всём видимом пространстве сразу ускорилось. Десяток шуршонов бросилось к месту трагедии, а все остальные забегали в остальных, совсем непредсказуемых направлениях. Парочка из них заметалась в опасной близости к людям.

— Всем назад! — закричал Танти, подавая личному составу пример собственными действиями. Хотя в середине прохода он остановился, пропуская остальных, и быстро прикрепил на стенах два взрывных устройства кумулятивного действия. Выбегая на всей скорости к разлому, он с содроганием понял, что товарищи со всех стволов палят ему прямо за спину. — К стене!

И когда отряд опять вжался в уже знакомое место, нажал пульт дистанционного взрывателя. На этот раз из прохода никого не вымело, но зато основательно завалило. После чего ещё один шуршон выскочил в клубах пыли, переметнулся через обугленное тело своего собрата и бросился на людей. Опять-таки и его довольно просто остановили совместными выстрелами. Но уже в следующую секунду Танти не сдержался от досадного кряхтения. Пабло его понял по-своему:

— Вашего капрала никто бы не смог спасти.

— Да это и так понятно, — сам удивляясь своему равнодушию и цинизму, ответил командир отделения. — Меня печалит другое… Бровер, Гарольд, обыщите то место, куда упал Влад! Вдруг его крабер отлетел в сторону и отыщется. Лидия, Клеопатра — прикройте их!

Теперь уже и Пабло ясно понял причину досады:

— Чёрную дыру ему в…! У него ведь и краберный маяк остался!

Действительно, и крабер, положенный офицеру при боевом выходе, и универсальный маяк теперь валялись в «кругляшке», а второй крабер с обрывками комбинезона скорей всего сгорел в луже напалма, когда Влад получил ранения и остался без своего пояса. То есть связи с поверхностью отряд теперь не имел. Что вскоре и подтвердил разочарованный голос Гарольда:

— Пусто!

А чуть позже поставил окончательную точку доклад Романа:

— Нашел прогоревшие остатки крабера. Восстановлению не подлежит даже на заводах Доставки!

Хоть Танти и знал, что Клеопатра не берёт свой крабер на боевое дежурство, но всё-таки бросил на неё взгляд полный надежды. Девушка в ответ только скорбно качнула головой. Мол, вот и служи по уставу.

Глава тринадцатая

3588 год, 28-ое декабря, Оилтон, дворец императора

Принц Януш ворвался в кабинет