Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  Прошел час, другой, но от отправившихся на переговоры не было никаких известий. Наблюдатели докладывали о сильном шуме доносившегося из-за стен храма, грохота барабанов и монотонных людских криков, произносивших одно непонятное слово – Баст! Баст! Баст! Будучи сам восточным человеком, стратег расценил как ритуал торжественного приема и поэтому не проявлял признаков особого беспокойства.

  Солнце миновало свой зенит и стало смешаться к горизонту, но ничего нового на острове не происходило. Так же гремели неослабевающие барабаны, и глотки множества людей выкрикивали таинственное слово – Баст!

  Когда дневное светило сменил огромный желтый диск Луны, Гупта уже начал беспокоиться, не слишком ли затянулся торжественный прием его посла. Он только собирался сказать об этом таксиарху Ликаону, как грохотавшие на острове барабаны разом замолчали, и над водами озера повисла тишина. Стояла тихая погода, и все кто находился на берегу озера, прекрасно слышали многоголосное пение явно религиозного гимна со стороны острова.

  В его словах было столь хорошо слышна враждебность, что руки многих воинов невольно потянулись к рукояткам мечей. Они с опаской вглядывались в залитые желтым светом Луны стены храма, ожидая в душе какого-то скрытого подвоха. И словно подтверждая их опасения и тревоги, башни храмового комплекса и массивная пирамида, возвышающаяся над ними темной громадой, в один момент озарились множеством огней. Вместе с ними ожили многочисленные барабаны, которые с удвоенной силой застучали свой монотонный ритм.

  Подобно злобному темному демону он взмыл над стенами острова, прославляя в своем звучании торжество мрачных сил над жизнью. В сочетании с темным мраком ночи, эти трели неудержимо давили, на разум людей, порождая различные страхи их души.

  Взбудораженные воины испуганно засновали по прибрежному песку, с плохо скрываемым беспокойством поглядывая на охватившие остров огни. Стук дьявольских барабанов тем временем достиг своего пика, а затем резко оборвался. Македонцы испуганно замерли, и в этот момент со стороны воды раздался душераздирающий крик человека принимающего мученическую смерть. Многие из воинов непроизвольно бросились к воде, и только глубина озера остановила их в желании спасти несчастного. Крик прекратился, но теперь уже никто из войск Гупты не сомневался, что с их товарищами случилась беда.

  Полные жажды мщения солдаты хотели немедленно плыть на остров, но твердая воля и трезвый расчет их командира не позволил им совершить этой опрометчивой ошибки. Попытаться взять храмовую крепость в этот момент штурмом, было откровенным самоубийством. Громким и уверенным голосом Гупта, быстро смог навести порядок среди взбудораженных воинов, приказав им дождаться рассвета.

  Как не хотелось солдатам отомстить за своих погибших товарищей, они были вынуждены подчиниться приказу полководца, и глухо ворча, разошлись по своим палаткам в ожидании наступления утра.

  Едва солнце озарило небосклон своим сиянием, как македонцы приступили к созданию плотов для штурма острова. Работа спорилась и вскоре, все уже было готово, но тут Гупта вновь остудил порыв мстителей. Полководец объявил, что на штурм острова отправятся только нубийские лучники и щитоносцы. Гупта не хотел напрасно рисковать жизнями своих солдат за много сотен стадиев от своей столицы.

  Когда македонская флотилия отчалила от берега и двинулась к острову, в одной из башен ударил тревожный гонг. Тотчас его призыв подхватили многочисленные барабаны, и вскоре весь причал наполнился многочисленными чернокожими воинами. Выставив перед собой копья, дубины и мечи они ждали македонцев, чтобы не позволить им высадиться на остров.

  Видя сколь многочисленные ряды защитников храма и большое количество лучников стоящих на его стенах, Гупта решил воздержаться от лобовой атаки. По его знаку, на самый большой плот стали грузить баллисту, которую с таким трудом пронесли его воины от стен Напаты до озера Баст. А пока механики проводили эту сложную процедуру, стратег двинул вперед лодки и плоты с нубийскими лучниками.

  Их луки по дальности стрельбы превосходили луки местных жителей и когда нубийцы стали обстреливать столпившихся на причале воинов, стрелки храма не смогли ответить им. Все выпущенные ими стрелы падали в воду, не долетая до лодок и плотов македонцев, тогда как почти каждый выстрел нубийцев находил свою цель. При этом сила стрел была такова, что они насквозь пробивали деревянные щиты защитников храма.

  Каждый новый залп лучников поднимал настроение гоплитам, которые принялись стучать мечами по щитам. Воины рвались в бой, но Гупта решил разыграть ситуацию, что называется «до верного». Он сильно рисковал, решив ввести в бой баллисту. Никто и никогда не производил стрельбу с плотов, тем более огненными снарядами. Главный механик попытался начать обстрел острова камнями, но Гупта заупрямился, считая, что только огонь поможет ему одержать быструю и решительную победу.

  С замиранием сердца, смотрел смуглолицый полководец, как осторожно и бережно, гребцы подвели плот на нужную дистанцию, а механики положили в ковш баллисты глиняный сосуд. Главный механик проверил точность наводки и на секунду замерев, дернул спусковой рычаг. От сильно толчка плот завибрировал, накренился, но так и не перевернулся к радости стратега и механиков.

  Выпущенный снаряд, описав красивую дугу, перелетел над головами защитников храма и врезался в деревянную крышу башни оказавшейся на его пути. По началу, стрелки, сидевшие в этой башни, не придали большого значения слабому удару по крыше. Мало ли что может упасть на крышу башни, но очень быстро раздуваемые свежим ветром дым и огонь заставил их испугаться, а затем в страхе покинуть свое место обороны. Неизвестно откуда появившийся огонь, что буквально пожирал башню, вызвал в душах негров суеверный ужас.

  Вскоре паника перекинулась и на стоявших, на причале воинов. Крики людей, треск дерева и запах дыма, полностью отвлекли их внимание от противника и совершенно зря. Второй снаряд, выпущенный баллистой, неотвратимо летел именно на них. Преодолев разделяющее плот и толпу расстояние, огненосный горшок упал прямо посреди людской толпы. Миг, и жидкий огонь окатил своими страшными брызгами множество воинов, превращая их в горящие факелы. Их вид лучше всяких копий и стрел нанес смятение в ряды защитников храма, что истошно вереща, бросились прочь от ужасного огня.

  Издав торжествующий рев, македонцы налегли на весла и вскоре они уже были на пристани, не обращая внимания на стрелы со стен храма. Не встречая серьезного сопротивления, щитоносцы выстроили свой боевой порядок и обрушились всей своей мощью на мечущихся перед ними врагов. Надежно защищенные броней, воины Гупты своими мечами быстро очистили весь причал, а затем подступили к дверям