Шанс для Фьюри том 1 - Архивариус Эха

— Штаб! Доложить обстановку! — закричал я в радиопереговорное устройство.

В ответ — лишь треск, крики и… пение. Хор мужских голосов выводил «Erika».

Я быстро включил экраны, показывающие ситуацию в коридорах. По всей базе шёл бой. Бойцы ГИДРЫ отстреливались от шагающих живых мертвецов, одетых в немецкую форму и поливающих моих солдат дождём из пуль. Это были не люди — их движения были слишком механическими, а пули, казалось, не наносили им существенного вреда. За анимированными трупами шли живые бойцы — дисциплинированные, безмолвные, с каменными лицами. И над всем этим хаосом, как рефрен, звучала та самая песня.

Auf der Heide blüht ein kleines Blümelein,

На лугу цветет маленький цветочек

На экране: солдат ГИДРЫ пытается прицелиться, но его голова резко откидывается назад, прошитая пулей, которая резко изменила своё движение и продолжила взрывать головы моим людям.

Und das heißt Erika.

Он называется Эрика.

Двое наших бойцов укрываются за ящиками, которые моментально превращаются в щепки под огнём противника.

Heiß von hunderttausend kleinen Bienelein

Сотни тысяч маленьких пчелок

Камера в коридоре: фигура сером костюме и шляпе метает карты, которые разрезают и прошивают солдат на сквозь, игнорирую любые препятствия и броню.

Wird umschwärmt Erika.

Роятся вокруг Эрики,

Общий план ангара: наши силы отчаянно пытаются построить оборону, но их ряды тают под напором безмолвного натиска живых мертвецов.

Denn ihr Herz ist voller Süßigkeit,

Потому что ее сердце наполнено сладостью.

Крупный план: молодой солдат ГИДРЫ с ужасом смотрит, как тот гигант (Капитан) поднимает его товарища и швыряет того в стену с хрустом ломающихся костей.

Zarter Duft entströmt dem Blütenkleid.

Нежный запах исходит от цветочного платья.

Камера зафиксировала доктора, который, хихикая, что-то вводит в лежащее тело учёного, игнорируя свист пуль вокруг.

Auf der Heide blüht ein kleines Blümelein,

На лугу цветет маленький цветочек,

Камера наблюдает за тем, как женщина с косой, ухмыляясь, проходит сквозь строй солдат, которые вдруг начинают стрелять друг в друга, охваченные галлюцинациями.

Und das heißt Erika.

Он называется Эрика.

Последняя камера, которую я видел, показала невысокого пухлого человека, стоящего посреди бойни с невозмутимой улыбкой, прежде чем экран погас.

Внезапно главный экран погас и снова включился.

— Оберштурмфюрер Шмидт, — произнёс он, и его голос, скрипучий и механический, заполнил кабинет. — Какое убогое зрелище. Вы копошитесь в генах и пробирках, играя в учёных, и называете это службой Рейху? Вы прячетесь ото всех, боясь собственной тени.

— Кто вы? — проревел я, хватая свой «Вальтер». — Как вы посмели?!

— Мы — напоминание, — ответил голос. — Напоминание о том, чем должна быть ГИДРА. Не тайным обществом трусов, а стальным кулаком, молотом, который разобьёт этот мир! Вы стали слабы. Мы вернулись, чтобы вернуть вам силу… или стереть с лица земли.

В этот момент дверь моего кабинета с грохотом вырвало с петель. На пороге стоял гигант в форме СС. Его униформа была забрызгана кровью, а в руках он сжимал тело одного из моих лучших офицеров.

— Капитан, — раздался голос из динамика. — Покажи нашему гостеприимному хозяину, что мы думаем о его… игрушках.

Гигант швырнул тело в сторону и направился ко мне. Я выстрелил. Все семь раз. Пули оставили на его мундире лишь дымящиеся вмятины.

Он дошёл до стола и одним ударом расколол его пополам.

— Hail Hydra? — прошипел я, отступая.

Гигант схватил меня за горло и поднял в воздух. Его глаза горели холодным огнём.

— Нет, — прорычал он. — Hail Fury.

Стало трудно дышать. Последнее, что я услышал, прежде чем потерять сознание, — это скрипучий голос из динамиков:

— Начинайте зачистку. И… найдите мне их главного учёного. У меня к нему есть несколько вопросов о его исследованиях. Похоже, нам потребуются новые рекруты.

От лица доктора Фридриха Кауфмана, главного научного руководителя базы «Коготь»:

Они громили мою лабораторию! Эти… эти вандалы в военной форме! Я наблюдал за этим кошмаром через мониторы системы безопасности. Они ломали оборудование, выбрасывали образцы, топтали годы исследований! Мой проект «Химера»… мой шедевр…

Гнев, холодный и острый, как скальпель, вытеснил страх. Они думали, что могут просто прийти и всё уничтожить? Нет. Я покажу им силу науки.

Я пробрался в главный контрольный зал биологической безопасности. Система «Горгона» всё ещё была онлайн. Они отключили основное энергоснабжение, но не учли резервные аккумуляторы.

Мои пальцы затряслись от ярости, когда я вводил коды доступа. Они выпустили на волю некоторых подопытных… почему бы не выпустить всех?

— Вы хотите войны? — прошептал я, глядя на экраны, где солдаты в немецкой форме методично расстреливали моих охранников. — Получите её.

Я активировал протокол «Рагнарёк».

С шипением открылись герметичные двери всех камер содержания. Из них хлынуло… это.

Гибриды человека и медведя с когтями из закалённой стали. Мутанты с кожей, отражающей пули. Существа, способные выделять нервно-паралитический токсин. Всё, над чем я годами работал втайне от Штрукера. Мои личные детища.

Хаос в коридорах достиг апогея. Теперь песня «Erika» тонула в рёве монстров, взрывах гранат. Но даже не смотря на это они продолжали петь, с улыбками идя на созданных мной химер.

Один из экранов показал ту самую огромную фигуру в форме СС. Мой гигантский мутант-горилла, спроектированный для крушения танков, схватился с ним врукопашную. Удар гиганта отбросил гориллу на несколько метров, но та поднялась с оглушительным рёвом.

Улыбка торжества исказила моё лицо.

— Видите? — крикнул я в пустой зал, словно обращаясь к невидимому противнику. — Это сила, которую вы разбудили! Науку нельзя остановить пулями!

Но моя радость была недолгой. На другом экране я увидел, как тот самый тщедушный тип в окровавленном халате — тот, кто шёл позади гиганта — с восторженным видом наблюдал за схваткой, что-то быстро записывая в блокнот.

— Wunderbar! — донёсся его голос через микрофон камеры. — Ausgezeichnet! Какая сила! Какая ярость! Коллега, — он вдруг посмотрел прямо в камеру, словно видя меня, — вы гений! Такие образцы… мы должны обсудить ваши методики!

В этот же момент гигант в форме преобразился. Его лицо удлинилось, став волчьим, тело раздулось от еле сдерживаемых мышц, разрывая ткань мундира. Когти, длиной с тесак, блеснули в аварийном освещении. Пара ударов — и от моего гибрида гориллы, способного останавливать танки, остались лишь кровавые куски