Пекло. Льды Арктики - Сергей Анатольевич Панченко

— М-да, на первый раз сойдет. — Игорь критически оценил свои умения.

— Дай бог, это последний. Вообще не кстати этот перелом. — Михалыч поводил забинтованной рукой. — С меня магарыч.

— Обойдусь. — Отказался Игорь. — Я вообще редко пью алкоголь. Мне вот только боцман насильно залил и то, чтобы разморозить.

— Хворый, або подлюка? — Шутливо поинтересовался Михалыч и сам рассмеялся. — Прости, это фольклор.

— Да я в курсе. Народ с подозрением относится, когда я говорю, что не употребляю. Организм не принимает, кишки болят и вообще, состояние не нравится. Я всем говорю, что у меня аллергия.

— Значит, хворый. Да-а, беда.

— На самом деле, нет, я даже рад, что у меня есть почти честная отмазка. Никогда не испытывал потребности быть пьяным. — Признался Игорь.

— Оно и понятно, если удовольствия никакого. Я вот раньше рыбу не любил, а теперь ем с удовольствием. Среда, так сказать, научила любить. Но у меня никакой аллергии на рыбу нет, поэтому, не призываю тебя что-то менять. Вот, кашей расплачусь. Проголодался, капитан? — Михалыч вынул железную миску с надписью «Печора».

— Да, есть маленько. Калории истратились на согревание.

— О, у меня тут полно калорий. Кашу, как говорится, маслом не испортишь, а так же жиром. — Он наложил полную миску масляно блестевшей рисовой каши. — Приятного.

В корпусе корабля снова что-то лопнуло. По судну разошлась ощутимая вибрация. «Печора» «клюнула» носом. От толчка запрыгала посуда и кастрюля чуть не свалилась с плиты. Игорь успел ухватить ее за горячую ручку.

— Черт. — Он ожег ладонь и приложил ее к металлической боковине плиты. — Сегодня не мой день.

— И не мой, и вообще ничей. Если только у тронутого умом дурака. Есть же такие персонажи, которые к концу света готовились. Вот им сегодня подфартило. Теперь можно смело спускаться в погреб, рубать тушенку и заряжать рубленными гвоздями поджиг.

— При условии, что на суше случилось то же самое. — Заметил капитан.

— Тут же недалеко. Наверняка и там тряхнуло как следует. Хотя, я бы хотел, чтобы там ничего не произошло. Мои далеко от моря живут, но сердце все равно томиться от страха. А твои где?

— У меня только жена. Она живет в пригороде Архангельска. Дом частный, надеюсь, что он не развалился, как могла бы многоэтажка. — У Игоря затомилось на душе от мыслей о жене.

Из-за того, что у них не было детей, супруга иногда сама вела себя как ребенок и очень нуждалась в заботе. Любила внимание к себе и никогда не тяготилась им. Игорь непроизвольно вздохнул, представив, как тяжело Жене из-за неопределенности с ним.

— Как каша-то? — Поинтересовался Михалыч, заметив, что аппетит капитана угас.

— А? Вкусная, очень. У тебе гастрономический талант. — Игорь вспомнил про еду и начал есть.

— Это не талант, а опыт. Как поешь, зови команду. — Попросил повар. — Температура падает на камбузе, несмотря ни на что. — Он указал на угол, где пол сходился со стенами.

Там белел пушок свежего инея.

— Пожалуй, потом доем. — Игорь поднялся и стал собираться. — Честно говоря, аппетита пропал. На стрессе что ли еще. — Он раскатал воротник до глаз.

— Ну, хорошо, потом, так потом. — Согласился повар.

Игорь выбил дверь и вышел в коридор. Он так разомлел в теплом камбузе, что забыл, как надо дышать га сильном морозе. Плотный ледяной воздух расцарапал глотку и без того уже раздраженную. Невольный спазм привел к тому, что капитан никак не мог остановиться и начал задыхаться. Михалыч услышал его, выбил дверь и затащил на камбуз за воротник. При этом он и сам от усилий начал кашлять и чуть не потерял сознание, от того, что не получалось нормально вдохнуть.

— Вот жопа. — Михалыч кое-как закрыл дверь и упал рядом с капитаном на пол. — А я понять не мог, чего ты кашляешь.

Игорь с огромным трудом успокоился и сплюнул на пол кровавую слюну. В горле невыносимо першило.

— Нельзя резко вдыхать. — Сипло произнес он.

— Капец там мороз. — Повар показал покрасневшие ладони. — Ожег холодом. Схватился за ручку.

— Прости, что пришлось. — Игорь сел. — Михалыч, я, наверное, уже не смогу позвать команду. Дышать больно.

— Ладно, я схожу, но только у меня такого свитера нет, чтобы лицо закрывал.

— Забирай мой. — Игорь начал раздеваться. — И всех предупреди, чтобы прикрывали лица, иначе свалитесь в коридоре от кашля.

— Конечно, капитан. Оказывается, какая страшная вещь мороз. Один раз кашлянул и остановиться невозможно, пока не помрешь.

Михалыч натянул свитер, закрыл им лицо, надел комбинезон, вязанную шапку, перчатки и подошел к двери.

— Если не вернусь, мой посуду сам. — Пошутил он.

— Вернись, кухня это не моё. — Игорь попытался рассмеяться, но закашлялся.

Михалыч дождался, когда он успокоится, а потом ударил в дверь плечом. Он немного перестарался. Промерзшие петли не выдержали нагрузки и лопнули. Дверь вылетела и громко ударилась о противоположную стену. Камбуз мгновенно наполнился холодным паром. Игорь не был одет как следует и не решился выскакивать в коридор, чтобы помочь. Повар шумел в непроглядном тумане, видимо пытался поставить дверь на место. Капитан подошел к проему, чувствуя, как ледяной воздух обжигает ноги.

Михалыч прислонил дверь и толкнул ее снаружи, чтобы она плотнее встала на свое место. Игорь облегченно выдохнул, подошел к плите и навис над ней, чтобы скорее согреться. Раздался стук в дверь. Игорь решил, что Михалыч что-то забыл и стучится назад, чтобы ему открыли. Подошел, но понял, что стук идет немного дальше, просто из-за мороза уплотнившийся воздух и промерзшее железо передавали его почти без потерь. Открылась дверь в машинное отделение и раздались голоса.

— Михалыч, ты?

— Я. Собирайтесь обедать. — Дверь закрылась и голоса пропали.

Холодный туман растворился в теплом воздухе камбуза, но не бесследно. Промерзшие углы очертило белыми окантовками инея. Игорь согрел руки и осмотрел их. Кожа на тыльной стороне ладони высохла, побелела и начала отслаиваться. По ощущениям точно такой же процесс происходил и на лице.

В коридоре раздался шум открывающейся двери, мужские голоса и непременный кашель от того, что слишком глубоко вдохнули ледяной воздух.

— Ноги приклеились. — Раздался вопль боцмана и следом кашель.

Не стоило напрягать дыхание в такой холодной атмосфере.

Игорь подошел к двери и дождался стука.

— Ловите ее. — Предупредил он и толкнул корпусом.

Дверь легко выскочила. Команда успела поймать её, несмотря на то, что все они были слегка не в себе от погодных условий. Мужики шумно ввалились на камбуз, напустив в него холода. Дверь снаружи придавить было некому и потому пришлось повозиться с ней, выпуская драгоценное тепло в атмосферу. Оборудование и мебель начали подозрительно щелкать от резкого