Лекарь Фамильяров. Том 10 - Александр Лиманский

В новом корпусе работала, теперь уже по-настоящему, приточка, воздух шёл чистый, с лёгким холодком. Бригада Алишера доводила последнее, двое рабочих сдирали со стеклопакетов защитный скотч, ещё один выносил к отдельному входу последние мешки мусора.

Мы шли по корпусу медленно, как ходят по музею. В операционной Денисов задержался, обошёл стол по кругу, поднял глаза на бестеневую лампу и выдохнул с чувством человека, отработавшего полжизни под мигающими светильниками.

— Вот теперь, Михаил Алексеевич, нам сюда можно звать кого угодно. Хоть Дронова, — сказал он.

Дальше коридор вёл мимо второго светлого смотрового кабинета, окнами во двор, и в конце обнаружилась комната, на двери которой Алишер уже привинтил пока пустую табличку.

Саня открыл дверь и залип.

— Ординаторская, — произнёс он с той интонацией, с какой другие люди говорят «море». — Тут будет диван. Вот тут, у стены. А тут холодильник, и в нём никакой вакцины, только человеческая еда. И чайник. Миха, у нас будет ординаторская, ты понимаешь, что это значит? Это значит, мы настоящая клиника!

— И график дежурств на дверь, — Саня вошёл внутрь и развёл руками, расставляя невидимую мебель. — Настоящий, с фамилиями. Дежуришь, значит, твой диван, твой чайник, твои тапки. И печенье в жестяной банке, как в приличных местах. Я в мажорской конторе такую видел, у них там даже кофемашина была, но кофемашина это уже следующий уровень, до кофемашины дорасти надо…

Стоял он в пустой комнате, а видел, судя по глазам, уже обжитую, с диваном, с кружками на полке, с той самой жестяной банкой.

— Соберись, — я хлопнул его по плечу. — Диван ещё заслужить надо.

— Я его уже присмотрел, — сознался Саня без тени раскаяния.

Ксюша тем временем развернула планшет с первым из своих списков и перешла к делу:

— Нам нужно грандиозное открытие! Такое, чтобы весь город узнал, что мы расширились и стали Клиникой!

— До клиники еще нужно документы собрать, — отрезал я. — А пока мы разросшийся в размерах пет-пункт.

— Ага, как же. Грандиозное, — Денисов поправил очки, и в голосе заскрипел его прошлый административный опыт. — С Флаберсами-то под боком! Они нам весь праздник испортят.

— С мажорами мы справимся. А вот громкая реклама нам сейчас точно лишней не будет, — сказал я и задумался.

Реклама нам была нужна позарез, и не ради красивого жеста. Каждый клиент, пришедший к нам до их отъезда, уносил свои деньги мимо кассы «Эволюционариума», и каждая громкая новость о нас сдвигала внимание квартала с их витрины на нашу. Праздник открытия в этой арифметике становился ходом, о котором я вчера говорил себе на набережной.

— По форматам у меня три варианта, — Ксюша листнула список. — Классика, шарики и скидка на первый приём. Средний, день открытых дверей с экскурсией по новому корпусу. И максимум, праздник двора, с угощением, ветеринарным ликбезом для детей и бесплатным экспресс-осмотром.

— Шарики трогательно, но мимо, — Денисов загибал пальцы. — Экскурсия хороша для взрослых владельцев. А вот экспресс-осмотры я бы считал крючком, человек, чей кот один раз побывал в наших руках бесплатно, во второй раз приходит платно. Проверено.

— Значит, максимум, — кивнул я. — Праздник двора. Осталось придумать, чем этот двор собрать. Афиша у подъезда людей уже давно не собирает.

— У меня есть идея! — Саня влетел в разговор с горящими глазами, оторвавшись от двери будущей ординаторской.

— Нет, — сказали мы хором с Ксюшей.

— Ну чё вы! Крутая же идея!

— Знаю я твои идеи. Опять вентиляция?

— Точно нет! — отрезала Ксюша.

— А я бы послушал, — сказал Денисов. — Чисто из научного интереса.

Саня выдержал паузу, оглядел аудиторию и торжественно воздел палец.

— Мы подожжём район! — заявил он.

— Я же говорила — фигня и уголовщина, — Ксюша закатила глаза.

— Да уж, лучше бы я не спрашивал, — вздохнул Денисов.

Повисла пауза.

Я стоял у окна нового корпуса и смотрел на улицу. Квартал просыпался, дворник у соседнего подъезда разматывал шланг, а напротив, через дорогу, наливалась утренним золотом чужая вывеска, за которой сидели люди, оплатившие кражу моего зверя. Идея Сани, вопреки всем законам здравого смысла, поворачивалась в голове и укладывалась.

— А знаете… в этом что-то есть.

Глава 13

Тишина в новом корпусе стояла такая, что было слышно, как в приточке идёт воздух.

Ксюша схватилась за голову обеими руками, смяв причёску, и из-под ладоней у неё доносилось сдавленное «уголовщина, я же говорила, уголовщина». Денисов застыл с очками в руке, протирать их он начал ещё на слове «подожжём» и теперь тёр так, будто надеялся протереть заодно и услышанное. Саня стоял насупившись, втянув голову в плечи, по всей его позе читалась давняя, годами отработанная готовность к подзатыльнику.

А я смотрел в окно, на чужую золотую вывеску через дорогу, и договаривал свою мысль до конца.

— Жечь будем. Но не огнём, а светом.

Три пары глаз уставились на меня с одинаковым выражением. Пришлось читать лекцию.

— Есть такая птица — искрица. Эфирная линия, редкая, у частников её единицы. Сама по себе птичка скромная, размером с крупного скворца, но у неё одна особенность, ради которой её и держат. Помёт.

— Помёт, — повторил Денисов с расстановкой, будто проверял слух.

— Помёт. Он копит светящуюся эфирную взвесь. В хозяйстве вещь бесполезная, на удобрение не годится, на растопку тем более. Зато если его правильно активировать, он горит. Медленными цветными всполохами, без звука, жара и дыма. Холодный салют, который можно запускать посреди жилого двора, хоть с руки. Ни одна пожарная инспекция не подкопается, потому что гореть там нечему.

Пауза сменила температуру. Ксюша убрала руки от головы, и под «уголовщиной» у неё в глазах уже щёлкали организационные счёты. Денисов надел очки и посмотрел на Саню.

— Я же говорил! — Саня просиял и на всякий случай вышел из зоны подзатыльника. — Я гений! И где нам взять это… светящееся добро?

— Есть милейшая семья, разводят искриц. Знаю их не понаслышке, — сказал я, а сам начал прикидывать где этот заводчик сейчас может быть.

— Уточняющий вопрос, — Денисов уже листал что-то в телефоне. — Правовой статус этого… заряда. Нам нужен сертификат?

— Продаётся как органическое удобрение с эфирной активностью, класс безопасности бытовой. Сертификат идёт