Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

— А давайте и вы с нами, Глафира Семеновна? — предлагает Виктор: — картошки у меня много, правда она мелкая, но ничего. Максим у нас сторонник постоянных тренировок, а чистка картофеля укрепляет связки кисти и пальцев, это так необходимо для ударов «рука-копье» и захватов «лапа тигра».

— Да? — Максим тут же отбрасывает дочищенную картошку и выбирает другую, помельче: — не знал! Так вот как ты тренировался! Постоянная тренировка! Иди сюда, картошка!

— Я уже поужинала с Катькой. — отвечает тетя Глаша: — да и стирка у меня. Давай в следующий раз. — она кладет свою крепкую руку ему на плечо: — не засиживайся, завтра работа с утра. Время позднее.

— И не говорите, Глафира Семеновна. — вздыхает Виктор. Тетя Глаша забирает неугомонную Катьку и уходит с кухни. Обычно вечером на коммунальной кухне не протолкнуться, но это длится недолго. Они с Максимом засиделись на улице, обсуждая единоборства и приемы, фильмы и Брюса Ли с Джеки Чаном, так что даже стемнело. И когда у Виктора заурчало в животе — было уже почти одиннадцать. Быстро приготовить картошку, попить чаю и лечь спать — вот и все планы на остаток вечера… или верней — остаток ночи. Виктор споро порезал сало на тонкие ломтики, включил газ и поставил тяжелую, чугунную сковороду на огонь, отрегулировал пламя и принялся нарезать очищенный лук полукольцами.

— Чтобы глаза не щипало — нужно нож в холодной воде намочить. — советует Светлана от дверей: — Витька, а ты чего к нам не заглянул? У нас на ужин плов был, такой вкусный-вкусный. Мы в своей столовой на объекте взяли, у нас повар из Ташкента. Я тете Глаше говорила.

— А у меня гость, вот и постеснялся в гости заходить. Света, познакомься — это Максим. Максим — это Света. Максим — старший брат одного из моих учеников. А Светлана — нимфа коммунального общежития номер десять.

— Надеюсь, что номер относился к общежитию. — прищуривается Светлана, присаживаясь к столу и глядя на то, как Максим чистит картошку: — и ты не имел в виду, что я — десятая по счету нимфа в твоем черном сердце, Полищук!

— Как можно… — обижается Виктор: — в моем сердце ты всегда номер один! Вернее — сперва мама, потом — коммунистическая партия Советского Союза, потом заветы двадцать седьмого съезда ЦК КПСС, потом пятилетка, а уже потом…

— Вот скотина. — беззлобно ударяет его в плечо Светлана: — а ведь я поверила что я у тебя в сердце номер один. Но куда мне с мамой конкурировать…

— Светка, ну где ты! — в кухню врывается Марина: — ой, Вить, привет! Светка, где у тебя кассеты с ЭйСи ДиСи? У меня Наташка на работе просила дать послушать…

— В шкафчике, том что синий. Сразу внизу, слева. — отвечает Светлана: — а к Витьке парень пришел. Максимом зовут. Смотри какой красавчик. Максим — это Марина, она не замужем и в активном поиске.

— Светка! Ты чего⁈ Дура! — машет на нее руками Марина и поворачивается к остолбеневшему Максиму: — меня Мариной зовут! Не обращай на нее внимания.

— А… ээ… у меня девушка есть. — невпопад отвечает Максим.

— Дура ты Светка! — говорит Марина и убегает, спрятав лицо в ладонях.

— Врешь же. — уверенно говорит Светлана, глядя на парня: — была бы у тебя девушка, ты бы на кухне с Витькой не сидел бы.

— Была. — тут же поправляется Максим: — но мне больше не нужно. Я посвятил себя спорту. А все эти ваши женские штучки мне без надобности, что я не знаю, что ли как все бывает?

— Ну-ка, ну-ка. Интересно, и как это все бывает? — Светлана подается вперед, и Виктор замечает, что тонкое ситцевое платье у нее на груди от этого движения натягивается, четко обозначая ее грудь. Сглатывает комок в горле и отворачивается. Нельзя, Виктор, думает он про себя, вот никак нельзя. Светлана девушка серьезная, туда только с серьезными намерениями… а так — только отношения испортишь.

— Су гайнышь керак! — на кухню вбегает Самира в своем вечном цветастом халатике: — Светочка! Алтынгуль юундым!

— Конечно поставлю. — кивает Светлана: — сейчас воду вскипячу, ты давай свою бутылочку сюда. — она забирает из рук у Самиры бутылочку и резиновые соски и тут же ставит на плиту небольшую кастрюльку.

— Спасибо, Светочка! — Самира тут же убегает, а откуда-то из коридора раздается крик младенца.

— Все-таки молочная кухня у нас из рук вон плохо работает. — ворчит Светлана, положив бутылочку и соски в кастрюлю с водой: — а вообще все эти вещи кипятят только с первым ребенком, а потом… здоровее будет если соску с пола подберет. Принцесса Алтынгуль первый ребенок, вот потому Самира так с ней носится. У меня вон, шестеро братьев и сестер, а я — старшая. И никто не болел… то есть болели конечно, но то если скажем там на санках катались и под машину попали или с гаража прыгали и ногу сломали…

— Серьезно? Под машину? Все в порядке с твоими братьями?

— Под машину сестра попала. При рождении нас было двенадцать, а потом осталось шесть. Остальных мы съели. Чистый дарвинизм, выживает сильнейший. — серьезно сказала Светлана, увеличивая огонь под кастрюлькой.

— Света, ты хотя бы предупреждай, когда шутишь. — говорит Виктор, прекратив нарезать лук. Поднимает доску и становится рядом с ней: — а то Максим возьмет и поверит, что такая красивая девушка — каннибал. — одним движением ножа он сбрасывает нарезанный лук в сковороду. Раздается громкое шипение, Светлана отпрыгивает с ойканьем и попадает прямо ему в руки, он едва нож успевает обратным хватом взять.

— Извини. — говорит он и накрывает сковороду крышкой: — нужно было сразу сказать, что сейчас шипеть будет.

— Отпусти меня, Полищук. — девушка убирает его руки, впрочем, делает это не грубо, а скорее мягко: — распустил свои… грабли. Привык там у себя в школе старшеклассниц мацать за всякие места…

— Витька не такой! — подает голос Максим: — он спортсмен!