Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Мне на этот откровенный подъеб ответить было нечем, Лика же посмотрела на меня взглядом победительницы и ушла обратно в коридор за стойкой. Я же плюнул и вышел наружу. Временами я очень сильно жалел, что в это ввязался, потому что лишние проблемы в группе мне определенно были не нужны. И если сперва я считал таковой Артура, то того, что Лика сама будет меня к кому-то ревновать, даже не предполагал.

Я вышел, махнул рукой, мол, пошли. Маша несмело двинулась за мной. Но, как мне показалось, боялась она не меня, ей именно что непривычно было находиться на открытом пространстве. Сколько же она в той машине просидела?

Мы двинулись через лес, в ту сторону, где видели пруд.

— Как ты попала-то в ту пробку? — спросил я.

— Я не хочу об этом говорить, — тут же ответила она.

Мне это не понравилось сразу. Если уж она едет с нами, то мы должны знать о ней все. И придется сказать прямо, потому что иначе…

— Неа, — я качнул головой. — Неправильный ответ. Ты уже поняла, что у нас за команда?

— Я поняла, что ты главный, — ответила она, чуть запнувшись.

— Ага, — подтвердил я. — Я — главный. А еще такая петрушка, как там, на дороге, сейчас везде. Городов больше нет, там балом правят зомби и красавцы типа того, которого мы с заправки вытащили. А темные лошадки мне в команде не нужны.

— Я не просила себя спасать.

— Ага, — кивнул я. — Очень удобная отмазка. И нам, естественно, надо было тебя бросить там. Оставить в машине. Или на обочине, на съедение зомби. Ты ведь взрослая баба уже, давай все эти детские ужимки оставим, и нормально поговорим.

— Ладно, если ты так хочешь, — ответила она. — Мы с мужем пытались уехать из Крыма, двигались в сторону моста, когда все началось. На заправке, километров за двадцать до этого, случилась авария. Он врач. Вышел помочь, его укусили. Я уехала дальше.

— А потом? — надавил я.

— А потом в меня въехали. Я тоже врезалась. Люди стали кричать, беситься, даже драка началась. Потом появились зомби. А в конечном итоге эта фура — пробила ограждение, перевернулась и загорелась.

— Так ты, получается, месяц в этой машине просидела? — спросил я.

— Не знаю, — она покачала головой. — Телефон разрядился уже на третий день. Автомобильной зарядки у меня не было. Выходить я боялась, потому что твари бродили снаружи. Просто сидела там.

— Охренеть, — пробормотал я.

Теперь-то понятно, почему она такая дерганная. Месяц просидеть взаперти, боясь даже чихнуть, чтобы не привлечь внимание тварей. Без возможности даже ноги вытянуть или чистого воздуха глотнуть. В машине…

— Нужду справляла в бутылку пятилитровую, — продолжила она, отвернувшись, но я успел увидеть в уголках ее глаз слезы. — Потом выливала через окна наружу. Сперва надеялась, что кто-то приедет, перебьет зомби или хотя бы отвлечет, но…

— Вообще никого не было? — спросил я.

— Четыре раза появлялись машины, последняя дней пять назад — военный внедорожник, модель не знаю. Они остановились, развернулись и уехали. Я думала крикнуть им, высунуться, но побоялась, что разорвут.

Пять дней назад, внедорожник. «Тигр» может быть? Уж не те ли это пятисотые, с которыми мы в Севастополе встретились? Значит, они далеко уехали.

— Давно не ела? — спросил я.

— Дня три, — ответила она. — У нас еда была с собой, закупились перед отъездом. На двоих же брали. Вот и хватило надолго. Алмаз… Он даже тут помочь умудрился.

Алмаз — это, наверное, имя. Не русское какое-то. Но ладно.

— Сейчас поешь, — сказал я. — Отмойся только.

— Да я понимаю, что в таком виде за стол нельзя, — ответила она.

Тем временем мы добрались до озерца. Я огляделся: ничего нового, зомби не появилось, да и следов никаких, кроме наших старых.

— Я буду по сторонам смотреть, чтобы никто не подошел, а ты мойся, — сказал я, взявшись за рукояти «укорота».

— Да я не из стеснительных, — спокойно ответила она. — Медсестрой работала на скорой, у нас там все переодевались друг при друге, нормально. Да и хуже чем сейчас я, наверное, выглядеть буду только мертвой.

— Да ладно, не надо так, — сказал я. Мне как-то даже неудобно стало.

Мария открыла пакет, который ей дала Яна, вытащила из него бутылку шампуня, после чего повесила на низкую ветку. Подошла к пруду, наклонилась, набрала немного воды в руки и побрызгала себе в лицо.

— Знаешь, до того, как вы меня подобрали, я и такой водой бы напилась, — сказала она. — После собственной мочи — это вообще блаженство.

— Быстро вода кончилась? — спросил я.

— Нет, мы много набрали, — ответила она. — Но последние двое суток…

Продолжал она не стала. Оглянулась на меня — молча, быстро — и начала раздеваться. Без жеманства, просто и по-деловому, как будто не было у нас между собой никаких различий. То ли привычка, то ли помыться ей настолько в радость, что все равно уже.

Я отвёл взгляд. Не потому что неудобно, просто нужно следить за окрестностями. Да и не на что там смотреть особо, зря Лика ревновала. С ее спортивным практически идеальным телом это не сравнится.

— Тряпки прибери, выбросим потом, — сказал я. — Не будем лишних следов оставлять. А одежды тебе еще достанем если надо будет.

Прозвучало, возможно, слишком цинично, но как есть.

Сзади послышался шлепок, и я снова обернулся. Увидел, что она заходит в воду, осторожно. Сделала несколько шагов, остановилась, когда погрузилась по пояс, провела рукой по лицу, по волосам. Потом нырнула.

Всплыла почти сразу, судорожно хватая ртом воздух. Холодная, наверное. Но судя по виду, взбодрилась. А ей это нужно. Очень нужно.

Черт, даже представлять не хочу, как я вел бы себя на ее месте. Хотя… Даже если бы я там оказался, то вряд ли стал бы сидеть в машине и ждать. Попытался бы прорваться, пока есть силы. Либо сожрут, либо выберусь. Пан или пропал, но уж точно не сидеть на жопе ровно и ждать смерти.

Но это она.

— Холодно? — спросил я.

— Немного, —