Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Ну… – служащий аттракциона то бледнел, то краснел. – В общем-то ничего страшного не произошло. Лошадь цела.

– Значит, вы не предъявляете принцу никаких претензий? – спросил капитан.

– Нет, но… Вообще-то лошадь не моя. Я же не хозяин, я только служащий. Господин Кроули в отъезде…

– Но если вы подтвердите, что принц вёл себя неподобающим образом, господин Кроули подаст на него жалобу…

– Ну вот ещё! – замахал руками распорядитель. – Будет он подавать жалобу из-за какой-то ерунды!

– Значит, к его высочеству у вас никаких претензий? – упорно допытывался капитан.

– Нет.

– Жополиз, – усмехнулась Илана.

– За оскорбление словом тоже привлекают к ответственности, юная леди, – грозно предупредил полицейский.

– Сперва докажите, что я кого-то оскорбила. Может, я просто воздух сотрясаю.

– Вы подтверждаете, что эта девочка напала на принца? – снова повернулся капитан к распорядителю, уже изрядно взмокшему и имеющему весьма несчастный вид.

Стыд боролся в нём со страхом потерять работу, и последний побеждал. Лучше подставить эту глупую задиристую девчонку, которая всё равно отделается небольшим штрафом, чем устраивать хозяину неприятности с королевским семейством.

– Да… – промямлил он. – Девочка была… несколько э-э-э… импульсивна.

– Вы подтверждаете, что она напала на него без каких-либо веских на то причин?

– Ну да…

– А я подтверждаю другое! – вмешалась Люси. – Я была тут с самого начала и видела, как…

– Ваши показания не в счёт, – перебил капитан. – Вы близкая подруга правонарушительницы, и ваши показания могут быть необъективными.

– Вот как! – вскинулась Люси. – А показания лакея, который заискивает перед принцем, значит, можно считать объективными?

– Не беспокойтесь, леди, – досадливо поморщился полицейский. – Мы допросим и других свидетелей. Народу вокруг достаточно.

Зевак действительно было достаточно, но едва дело дошло до дачи показаний, как собравшаяся у ограждения толпа быстро поредела. Игроки, которые наблюдали за происходящим с соседних турнирных площадок, пожимали плечами – дескать, видели не всё и ничего толком не поняли.

«Вот трусы! – злилась Илана. – Всё они видели и всё прекрасно поняли. Можно подумать, их повесят, если они правду скажут!»

Только один из игроков – в костюме фехтовальщика – явно не спешил убраться подальше. Он стоял, небрежно облокотившись на ограду между площадками и как будто дожидался, когда полицейские с ним заговорят. Илана узнала его, едва он снял чёрную полумаску. Это был Томас Гилленсхааль – тот самый молодой Рыцарь Круглого Стола, который подарил ей алмазный цветок.

– Конечно, я всё видел, офицер, – сказал он. – И с удовольствием дам показания.

Томас легко перемахнул через ограждение и подошёл к Илане.

– Я собирался вмешаться, когда эта горилла пыталась стащить вас с лошади, но тут появилась полиция. А до этого вы и сами прекрасно справлялись с ситуацией. Вы великолепны не только на сцене, но и на турнирной площадке. Моё искреннее восхищение, леди.

Склонившись в изящном поклоне, молодой рыцарь поцеловал смущённой Илане руку.

– Может, перейдём к делу, сэр? – нахмурился капитан.

– О, разумеется, – улыбнулся Томас. – Включайте свой логотон и задавайте вопросы… Кстати, мой противник тоже всё видел. Это сэр Джон Айвелло. Он ушёл переодеваться, но если вам нужны и его показания…

– Да в общем-то нет, сэр. Если вы даёте слово рыцаря, что ваши показания правдивы, второй свидетель не обязателен.

– Естественно, я даю слово рыцаря. И его высочество тоже должен поклясться, что говорит правду. Любой мужчина должен отвечать за свои слова и за свои поступки. Тем более рыцарь.

Красный от стыда и злости принц кивнул и насупился ещё больше.

– Не угодно ли офицеру и благородным господам пройти в помещение? – спросил распорядитель. – Вокруг слишком много любопытных. Думаю, в кабинете господина Кроули вам будет удобно. Ключ у меня есть, и я уверен, что хозяин не стал бы возражать.

Не успели все участники событий разместиться в кабинете господина Кроули, как прямо на турнирной площадке приземлился серебристый антиграв с королевским гербом на дверце. Илану поразила скорость, с какой последние новости долетают до дворца авалонского правителя.

Артур XXI явился вместе со своей супругой, тут же устремившей на Илану испепеляющий взор. Точно таким же взглядом она одарила и Томаса Гилленсхааля – после того, как тот дал показания.

– Твоя семья всегда служила королевскому двору верой и правдой!

– Она и сейчас это делает, ваше величество, – сказал Томас, почтительно склонившись перед королевой. – Настоящий рыцарь не имеет права давать ложные показания. Где нет правды, нет и веры. Принцу лучше понять это сейчас, чем тогда, когда подданные перестанут ему доверять, а это непременно случится, если он не сумеет совладать со своим нравом.

– Ваше высочество, – обратился он к принцу. – Я не знаю ни одного рыцаря, который бы всегда одерживал победы. Поражения неизбежны и многому нас учат. Проиграв бой, рыцарь не винит ни своего коня, ни своего соперника. И уж тем более не судится с ним. Он извлекает из поражения урок и продолжает совершенствоваться в боевых искусствах.

– Судебные разбирательства нам уж точно ни к чему, – кивнул король. – Лучше уладить всё это миром.

– Если юная леди согласится, – осторожно сказал капитан. – Она намерена подать на принца в суд за жестокое обращение с лошадью, а показания сэра Томаса подтверждают, что основания для этого есть…

– А кто ответит за тяжёлое увечье, которое получил из-за неё наш лучший телохранитель? – гневно вопросила королева. – Врачи не ручаются за его жизнь.

«Не хватало мне ещё одного трупа, – похолодела Илана. – «Где ты, там вечно что-нибудь случается…»

– Ваше величество, любой суд признает, что это была самозащита, – обратился к королеве Томас. – Особенно если учесть, что Линда Сноу и бедняга Джефф в совершенно разных весовых категориях. Присяжные и весь город будут потом веселиться над тем, что девчонка поколотила не только принца, но и его телохранителей.

– Да что уж говорить, – махнул рукой король. – Не нужны нам эти тяжбы и скандалы. Если ветеринар признает, что лошадь пострадала и нуждается в лечении, я это лечение оплачу, и дело с концом. Надеюсь, вы не возражаете, юная леди?

Илана не сразу сообразила, что