Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

— А чем он собственно занимается, этот барон?

— Спит до вечера! — хохотнула неугомонная Петти.

— Кхем! — старшая горничная повысила голос. — Хозяин живет как большинство аристократов. У них все балы да вечера. Вот и возвращается под утро.

— У него есть земли? Поместья? Он богатый? — продолжала допытываться Тесс, но горничные пожимали плечами. Конечно богатый, раз содержит дом, штат слуг, да три экипажа для официальных выездов и еще пять автомобилей. И есть еще какие-то имения и поместья, а еще очень важные родственники, что иногда захаживают все в бриллиантах и камнях. Хотя откуда деньги не ясно — семейство не могло похвастаться долгой родословной.

— Говорят его батенька, Матерь прими его душу, разбогател на кораблестроении.

— Да нет же! На перевозках, не строил он корабли.

— Ну словом стал он таким богатым, что получил титул барона. Вот и вся история. Да только титул-то маленький, вот и живет себе припеваючи, но в свет его не зовут. Нуворишей никто не любит, ясное дело. Старые семьи знаете какие надменные? Слуги Шефердов даже не здороваются, а мы с ними уж почитай три года в одну мясную лавку ходим!

— Шефердов?.. — У Тесс что-то екнуло к груди.

— Да, вот те уж настоящие дворяне. Родовое древо на воротах выковано. Страсть сколько там народу. А уж гонору-то, гонору!

— Петти! — уже всерьез заткнула болтушку женщина. Тесс отметила, что юная Петти не отличается ни умом ни умением придержать язык. Вот так поболтаешь с кем не надо, а потом окажется что новая гостья сама из Шефердов. Хотя предположить это было конечно сложновато. Тесс не была похожа на знаменитых темноволосых графов-оборотней.

Тесс слушала восторженную болтовню и все больше мрачнела. По всему выходило, что ее притащили не в дом какого-то старого дворянина, а разбогатевшего нувориша без роду племени. Соседство рядом усадьбы Шефердов тоже не прибавляло хороших новостей. Да и странные разночтения в имени хозяина… Не сулило это ничего хорошего для Терезы Доплер, приютской сиротки.

Ей высушили волосы с помощью еще одного алхимического приспособления на этот раз воды, которой ополоснули напоследок. Уложили в прическу. Платья, что принесли все были добротные, хоть и по меркам мисс Балера очень скромные. Тесс надела тонкое шелковое белье, ей зашнуровали корсаж на спине и она подумала, что к такому очень легко привыкнуть. Платье было темно-синее и ткань к рукам так и ластилась. Вырез вполне себе скромный, а из украшений ей не досталось ничего. Жаль, можно было бы припрятать, а потом продать при случае.

Служанки вышли, а Тесс стала рассматривать себя в зеркале. Эх, была бы она одета как эта пигалица Балера, глаз бы было не отвести, это точно, но и так ничего.

За последние годы Тесс не слишком выросла, зато округлилась в нужных местах, потому что они с Анри могли себе позволить чуть больше хорошей еды. Свежесть лица вернулась и Тесс улыбалась, кружась перед зеркалом. Сейчас ей казалось что перед ней бы не устоял ни один мужчина, и пожелай она — молодая, красивая, здоровая — она очаровала бы хоть графа хоть маркиза, хоть самого короля.

Дверь открылась и зашла мисс «пуп земли».

— Следуй за мной, магистр желает тебя видеть.

Тесс хмыкнула, но послушно пошла. Они спустились на этаж ниже, дом тут был действительно огромным, идя по коридору Тесс насчитала двенадцать дверей. Висели темные масляные портреты, в подсвечниках горели дорогие алхимические свечи без огня.

Балера открыла одну из тяжелых дверей и кивком велела ей войти. Тесс зашла, дверь за ней закрыли.

Это был кабинет. По стенам тянулись застекленные книжные шкафы, спиной к окну за тяжелым покрытым дорогим лаком столом с резными ножками сидел мужчина. У Тесс в памяти отчего-то закрутилась капельница и больничная палата. Он поднял голову от бумаг и посмотрел на нее.

Ах, да! Точно, он забирал ее из больницы. С каким-то здоровяком. И тот…передушил всех остальных женщин в палате. Тесс сглотнула.

— Добрый вечер. — она изобразила изящный книксен. Мужчина усмехнулся, дописал что-то на бумаге.

— Франциска говорит что ты неотесанная и неуправляемая дикарка. И мой испорченный камзол это подтверждает. Это так?

— Вам, неверное, виднее, сэр. — Тесс решила разыгрывать скромность.

— Я склонен согласиться, но может быть это как раз то, что нужно… — он задумчиво посмотрел на нее удивительно яркими темно-синими глазами, постукивая кончиком самопишущего пера по губам. — Скажи мне, ты стоишь того, чтобы тратить на тебя время, Тереза Доплер?

— Разумеется, сэр. Я крайне полезная и занимательная особа во всех смыслах, в которых вы захотите меня употребить.

Он поглядел на нее и медленно моргнул. Брови его поползли вверх.

— И как именно по-твоему я могу пожелать тебя употребить?

— Не смею даже предполагать, сэр.

По бледным губам мужчины поползла неприятная улыбка. Тесс поежилась. Он осматривал ее как куклу, которую хотел купить. Медленно, методично, скептически.

— Ну раз не смеешь… — он постучал кончиком пера по бумаге.

У Тесс побежали мурашки ужаса. Почему-то она знала, что если ее отсюда и выпустят как не подошедшую, то уж точно не с чемоданом тряпья и наилучшими пожеланиями. Скорее уж кинут труп в реку. Блондин никого не звал и не звонил в колокольчик, но дверь открылась. На пороге появилась не южанка, а темноволосый гигант.

Небрежным пасом руки, изящный блондин решил ее судьбу.

«В утиль».

— Вам нужны глаза у Шефердов! — выпалила Тесс. — Я все сделаю! — она попятилась от здоровяка. Сейчас она рассмотрела его лицо. Оно было грубо вылепленным, с тяжелым подбородком и кустистыми бровями.

— Ну надо же, маленькая дикарка не такая уж простушка. — улыбнулся блондин. Кивнул брюнету и тот вышел. — И как же ты сделала такие выводы?

— Служанки болтали, что их дом недалеко. Вы забрали из больницы именно меня, вы знали мое имя, а единственная причина вам его знать — я продавала Шеферду мое «право». Вы… наверное решили, что я могла бы заинтересовать его снова. Вам что-то нужно от них и… я должна буду это достать. Что уж тут неясного. Я все сделаю, не нужно… звать этого милого господина.

Он рассмеялся.

— А Франциска сказала, что ты тупа как пробка.

— Мы с ней… не поладили. Но поладим. Если это необходимо, я буду с леди крайне обходительна.

Тесс показалось что свет алхимический свечей мигнул на мгновение. Мужчина встал и обошел стол. Прислонился к нему, задумчиво скрестив руки на груди.

— Я слышу в тебе страх. Это хорошо. Он делает людей благоразумными и послушными. — покивал он своим мыслям. — Но