Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

рой насекомых, перелетев стену, опустился на все близь лежавшие дома и постройки, вызвав множество пожаров. Люди бросились смело тушить огонь, но стрелы продолжали быстро прибывать, сводя на нет все усилия защитников города.

Бо моментально понял всю опасность новой каверзы врага и отдал приказ о полном уничтожении надоедливого врага.

  В третий раз распахнулись медные ворота столицы Ван Мина, и лавина воинов устремилась на конных, стремясь, раз и навсегда покончить со степняками. Распаляя себя криками, солдаты, не доходя до врага, принялись метать в них стрелы и копья, от которых к их огромной радости было убито несколько скифов.

  Не ожидавшие столь решительных действий, кочевники вновь поддались паники и, испугавшись жаждущих мщения синов, бросились прочь. Увлеченные преследованием бегущих, пехотинцы быстро достигли гряды холмов, за которыми в прошлый раз успели скрыться беглецы. Миг и они пересекли их, полностью скрывшись из глаз воеводы.

  Вскоре  до слуха столпившихся на стенах людей стали долетать отрывки яростного сражения, что вызывало чувство радости на лицах воинов, которые расценили их как избиение ненавистных степняков. Все были просто уверенны, что возмездие наконец-то настигла наглых кочевников и храбрые воины бо Кан Сыма, воздают им по заслугам. Единственное, что раздражало смотрящих вдаль воинов, так то, что они не могли видеть это величественное зрелище своими глазами.

  Многие из них громко хвалили богов, но как оказалось, небожители почему-то отвернулись от царства Цинь. Это стало ясно, когда к огромному горю жителей столицы, из-за холмов вылетело множество вражеских кавалеристов, которые секли своими мечами и копьями спасающихся бегством циньских пехотинцев.

  То были совершено другие всадники, закованные в блестящие доспехи, на которых ярко играли солнечные блики. Устоять против такой силы воины Сыма неимели ни единого шанса. Мало кто из беглецов успел добежать до ворот, отчаянно колотя в их створки. Воевода не имел права ради спасения их жизней рисковать всем городом. Все они пали от стрел конных стрелков, хладнокровно перестрелявших солдат у всех на виду.

  Горестно застонал воевода, когда понял, как ловко обманули его кочевники, выманив из-за стен большую часть его сил. Теперь он в полной мере оценил хитрость и силу пришедшего к столице противника, и это открытие потрясло его. Несомненно, это были не просто кочевники, а какой-то ловкий и хитрый враг, умело скрывающий свою силу перед решающим боем. И в том, что это время уже настало, опытный Сыма ничуть не сомневался.

  Приблизившиеся к стенам города скифы и конные македонские лучники вновь обрушили на головы защитников новые тучи стрел, заставляя их прятаться и даже не помышлять об ответных действиях. У противника не было пехоты, но воевода чувствовал, что этот фактор не остановит врагов от штурма Чаньаня. Поэтому Сыма в спешном порядке подтянул к главным воротам все свои резервы для отражения возможного штурма кочевников.

  Но ожидания Сыма не сбылись. Продемонстрировав всю силу своей армии перед осажденными синам, македонцы неторопливо отступили к холмам, к великой радости воеводы. Со страхом следили караульные за действиями врагов, которые покинули своих скакунов и оживленно копошились в центре своего табора. Сердце воеводы тоскливо бухало в груди в ожидании очередной пакости от коварного неприятеля.

  Сыма немедленно попытался отправить тревожного гонца к Ван Мину с известием о появлении кочевников под стенами столицы, но едва он покинул Чаньань через противоположные ворота, как выяснилось, что кочевники плотно блокировали город подвижными конными заставами.

  Раздосадованный Сыма решил использовать для этой цели реку, но последующие события ночи полностью перечеркнули все планы командира гарнизона. Ближе к средине ночи, караульные подняли тревогу, объявив о приближении к городу огненного чудовища. Действительно с высоких стен города было отчетливо видно как огромная огненная лента, подобно змее или дракону, быстро извиваясь, приближалась к стенам столицы в полной тишине. Именно этот факт вогнал суеверных синов в глубокий шок, поскольку в своей религии они активно почитали этих обоих представителей мифического пантеона.

  Начнись в этот момент штурм, сины бы не смогли оказать какого-либо сопротивления, своим врагам. У солдат от страха тряслись руки, и только присутствие на стене самого бо, не позволяло им в панике бежать прочь от этого зрелища.

  Быстро преодолев расстояние от холмов до стен крепости, огненное чудовище вплотную приблизилось к Чаньаню, обернувшись в самый последний момент вереницей конных скифов, которые держали в руках огненные факелы. Беспрепятственно добравшись до ворот, они на скаку принялись забрасывать своей огненной ношей деревянные башенки и прочие надвратные пристройки.

  Освободившись от факелов, конники делали разворот и  тихо исчезали во мраке подобной крылатым демонам ночи. Потрясенные видением стражники  бросились со стен, совершенно не догадываясь, что хитрые македоняне обмотали копыта своих коней тряпьем, от чего привычный лошадиный стук не был ими услышан.

  Сыма с большим трудом остановил солдат и вновь погнал на стены для тушения пожара, разгоравшийся все больше и больше с каждой минутой. Но исполнить приказ воеводы оказалось очень непросто, поскольку враг никуда не исчез, а только отошел в сторону и  принялся методично осыпать стрелами воинов пытавшихся погасить огонь. При этом македонцы скрывала тьма, а снующие на стенах люди были прекрасно видны в пламени разгорающегося огня.

  Из-за этого, полностью выгорели все деревянные надвратные башни главных ворот, а так же пострадало множество пристроек и домов, примыкавших в этом месте к стенам. Сины провели весь остаток ночи без сна в страхе ожидания нового нападения, тогда как македонцы и скифы прекрасно выспались, надежно охраняемые конной стражей.

  Злой и уставший смотрел со стен крепости на своих врагов бо Сыма, которые после принятия пищи принялись выстраиваться, напортив главных городских ворот. Весь солдатский опыт Сыма подсказывал, что именно через них враг собирается проникнуть в Чаньань, одному только ему известным способом. Его взгляд лихорадочно искал штурмовые отряды вооруженные длинными лестницами. Однако, так их и, не увидев, после некоторого раздумья он решил, что враг просто пытается измотать им нервы, заставив ошибаться и путаться при отражении атаки. Он еще не знал, что его главный визави ничего не делает зря и понять это, Сыме предстояло в самое ближайшее время.

  Скифы вновь приблизились на пролет стрелы и принялись засыпать защитников ворот своими тяжелыми стрелами. Воевода примерно этого и ожидал, приказав очистить стены и подтянуть к воротам большие чаны с водой для возможного тушения новых пожаров. Бо, не ошибся в своих расчетах, что противник вновь применит огонь, но не смог предположить в какой форме