"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

егеря смешались с нашими, контролирующими действия Республики бойцами, когда Собачья свара также занята патрулем и защитой границ, настало время говорить с Алесей с позиции силы, или, может лучше начать с нежностей? Императрица Алесея заперта со мной на одном острове, её флот потерпел полное поражение, флот Глатческо теперь подвластен мне, стало быть, настало время волку скинуть овечью шкуру, обратить внимание на повернувшуюся к нему задом львицу. Позор, да… она его испытала, и это чувство внутри женщины нужно поддерживать. Я расскажу ей о том, как без боя взял город, как склонил его жителей на свою сторону, как почти без единого выстрела сделал то, чего десятилетиями не могла Империя. Я заинтересую её, приглашу выпить за победу, почтить имена погибших героев, чьи жизни, как жизнь капитана Стеллы или Добрыни, останутся в нашей памяти. Она не откажет мне, и, думаю, ночь Агохлу и Оноха, как неоднократно было ранее, поможет мне. Через постель, как продажная шлюха, видящая лишь один путь для себя в будущем, вырву из рук этой императрицы наше светлое будущее. Завоюю несколько пунктов, с которыми в дальнейшем добьюсь того, чего хотел с самого начала — спасения. С запада Империя, с востока Новая республика, ещё не имеющая своего названия. Скорлупой из чужих жизней, стали, пороха, героизма и жертв — мы окружим свои поселения, после чего для поддержания баланса начнём помогать каждой из нуждающихся или страдающих сторон. Хватит смертей, ненужных геройств, интриг, божественных игрищ, от которых одни лишь беды. Кто хочет проливать кровь — пусть льёт свою, а мы просто обратим свой взор внутрь нашей небольшой, но гордой Федерации, усиленно занявшись собственными проблемами!

Несколько дней спустя.

Возвращение в поселение Агтулх Кацепт Каутль сопровождалось победоносными криками, улюлюканьем, призывами к пьянству и восхвалению нового вождя как Бога, коим в местных кругах меня и считали. Для самой Алесей, императрицы, чья армия даже толком задержать врага не смогла, это оказалось позорной пощечиной. Сидя в таверне, не став настаивать на аудиенции самого Агтулха, она топила горе дешёвым, достойным её «подвигов» алкоголем. Даже вкусная еда легендарного повара тётушки Веры не лезла императрице в горло. Если бы не укрепления Федерации, не их же пушки, которые Федерация выкупила по баснословной цене, а после втайне от самой Империи разместила на скалах, весь флот мог затонуть, а поселение утонуть в крови и сгореть в огне! «Море не моя стихия… Стоит как можно скорее опустить и пропустить эту тему, переведя разговоры на победы мальчишки», — думала Алесея, заметив у входа в таверну Алексея.

— Какие герои предстали моему лику! Алексей Агтулх, позвольте поздравить вас с величайшим дипломатическим успехом! — поднялась со своего места поприветствовать меня Алесей. — Расскажете, каково это — без боя пленить целую армию⁈

Сняв с головы белую, промокшую от пота тряпку, смеюсь во всё горло. Возвращение выдалось тяжелым, на подступах к столице нас подловила изменчивая тропическая погода, обрушив на наши головы дождевые массы, от которых я прятался под пышными грудями Беа. Потом начало жестко парить! Опять натёр между ног и часть пути провел на плечах всё той же здоровячки Беа. Я едва держался на ногах. Дальний переход, плохие дороги, случившееся в Форте Республики — императрице оставалось только предполагать, какие приключения довелось пережить мне, брутальному мальчишке, чьё лицо со шрамами изо дня в день вызывало у местных всё больше и больше уважения.

— Пришёл, увидел, победил! — воскликнул я на весь заполненный сторонниками императрицы обеденный зал, а после задрал сжатый кулак к потолку. — Пьём за Империю, за Федерацию, за Новую Республику, нашего союзника! Пьём за мой счёт до утра!

— Э-гэй! — радостно воскликнула толпа её собственных стражниц, и радость их подхватили завалившиеся в таверну Гончьи, медоеды, панетры и даже тигрицы, которых ранее считали перебежчиками, недостойными равных по правам даже среди Рагозских солдат.

* * *

Трофейное вино рекой лилось по кружкам и стаканам. Агтулх, сидевший весь вечер напротив Алесей, ни разу не поднял тему её поражения, не упрекнул императрицу и не попытался приуменьшить её заслуг или заслуг её команды. Более того, он пил за их общую храбрость, за женственность(мужество), за смелость и общее будущее, которое видел светлым и безоблачным. С одной стороны, такой подход к ней как к императрице должен был полностью устраивать Алесей, с другой — она чувствовала вину, и когда Агтулх решил отлучиться в туалет, ушла вслед за ним, решила высказаться.

Куда бы ни шёл правитель, всегда с ним рядом были двое — Гончя и Рабнир. Туалетов в таверне имелось четыре, все разделены тонкими пальмовыми листьями, из-под которых занимающий место рядом мог видеть только ноги своего соседа. Застав Агтулха у одной из таких «кабинок», Алесей, косясь на Рабнир и Гончю, спросила:

— Почему за весь вечер ты ни разу не поднял тему моей битвы, нашего поражения, неравного вклада в победу над Республикой? На фоне этого ты вполне мог требовать от нас многого — монет, технологий, рабов…

Закончив справлять нужду, я, слегка стесняясь своего плана, из-за пальмовой ширмы, опираясь рукой о стену от того, что не в силах стоять ровно от алкоголя, сказал:

— Хотелось бы отложить этот разговор до завтра. Хотя, если хочешь, скажу сегодня. Я не говорил о твоём поражении, потому что знал: Императрица Алесея и так сделает всё, что в её силах, для победы. А если ей, моей союзнице, верному другу, не удалось победить, значит эту тему поднимать не стоит. Ты сделала всё, что могла, остальное доделал я. По итогу каждый получил то, что хотел.

Императрица тут же ревниво сказала:

— Поражение есть поражение. Я не стану мириться с позором!

— Хватит недосказанностей. Давай обставим это всё как твой хитрый замысел, твою личную победу? — предложил я.

— А?.. — По деревянному полу слышалось, как опешив от моего предложения, императрица растерянно сделала несколько шагов назад. — А тебя это устроит? Ведь тогда все лавры о победе над Республикой империя заберёт себе?

— Устроит. — Поправив спортивки, зная, какая на самом деле моя собеседница, всё так же стоя за ширмой, я ждал резонного вопроса.

— И что ты хочешь взамен?

Бинго!

— У меня всё есть, Императрица Алесея, и, наверное, нет того, что бы я мог просить у вас за сохранение чести как чего-то материального. Хотя… — Я запнулся, и показалось, что моя собеседница по ту сторону пальмового листа,