Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Нет, — строго отрезала она. — Я говорю про вчера, про нашу вылазку. Удовлетворение, полученное сегодня, собственно, и даёт мне право спрашивать о том удовлетворении которое я получила вчера, поскольку наши отношения перестали быть исключительно служебными.

— Иногда служебные отношения не помеха, — усмехнулся я.

— Нет, правда, не переводи разговор. Я действительно рада, что поучаствовала в уничтожении такого чудовищного места, где человека буквально превращали в животное, где одни наслаждались, а другие испытывали невероятные страдания. И я вообще не представляю как эти девушки смогут забыть всё, что с ними случилось. А те, кого подсадили на иглу… ты представляешь что будет с ними?

Я кивнул.

— Поэтому я, конечно, была довольна результатами ночного рейда. Но это было в высшей степени опрометчиво. Если бы я не вовлеклась эмоционально, услышав историю Багиры, никогда бы не согласилась участвовать. Но, в любом случае, наши действия совершенно нельзя назвать прагматичными. Они не отвечают логике. Мы должны были действовать совсем не так если хотели вернуть конверт с бумагами.

— Послушай, — ответил я, — Поскольку наши отношения очень быстро перешли из чисто служебных в более личные и получили яркую эмоциональную окраску, я тебе скажу что главный итог вчерашней вылазки, помимо освобождения бедных девушек — это то, что две этнические преступные группировки могут взаимно уничтожить друг друга. И в этом я не вижу ничего плохого. Нам всем станет гораздо легче дышать. Вот и всё.

На самом деле, я просто хотел, чтобы узбеки уничтожили всех этих Папакристи и лишили бы Ширяя возможности влиять на локальную ситуацию. Меня беспокоила безопасность Кати.

— И это всё? — спросила она, опешив, и всплеснула руками. — Надо же! Но это никак не приближает нас к похищенным документам.

— Ну, — пожал я плечами, — мне конечно жаль, что мои труды пошли коту под хвост… Но тут ничего не поделаешь, придётся снова распечатывать и заполнять все эти бесконечные формы. Но в компе у меня всё это сохранилось, так что большой трагедии в пропаже конверта нет.

— В смысле? — удивилась Яна. — И что там были за бумаги?

— Ну, бумаги и есть. Я хочу чтобы Евгения, которая как ты поняла является старинной подругой Кати, представляла мои интересы при поступлении в иностранный вуз.

— Чего⁈ Твои интересы при поступлении в вуз⁈ Она очень дорогой адвокат вообще-то. Для подобных задач есть инструменты попроще, вообще-то…

— Ну да, я знаю. Но за начальное действие обещала заплатить Катя, а Женя сделает ей отличную скидку по дружбе. Ну а дальнейшее будет оплачено с грантов которые сможет получить для меня мой адвокат. Там среди бумаг был огромный список фондов выступающих спонсорами для талантливых учеников.

— А ты типа талантливый? — удивилась Яна.

— А ты типа не оценила мои таланты? — развёл руками.

Она засмеялась. Я тоже.

— Если честно, — для твоих талантов ещё учебную программу не придумали.

— Ну, для начала тогда пойду в школу КГБ. Будем с тобой коллегами.

— Ну… почему бы и нет? — кивнула она. — То есть… погоди… в этих бумагах вообще ничего ценного не было? А я думала весь движ собственно из-за них и пошёл.

— Ну как же не было? Знаешь сколько я потратил трудов чтобы всё это найти распечатать и заполнить? И кстати, ты ожидала, что там что? Ну, в этих документах?

— Да кто его знает… Первый раз слышу, чтобы из-за списка престижных вузов устраивали перестрелки. Куда катится этот мир…

— Там, помимо списка вузов, справки об успеваемости, всевозможные выписки, помимо этого, ещё другие школьные справки, оценки за экзамены девятого класса, кое-какие наброски рекомендаций. Афидавит опять же… документы для Афидавита с отложенным вступлением в силу после восемнадцати лет. Черновики согласия родителей, вернее, только мамы, у меня отца нет. Короче, всякая бумажная канитель и бюрократия. Знаешь, чтобы получить грант на обучение в крутом вузе, нужно хренову тучу бумаг оформить. И без помощи это сделать весьма сложно.

— И на кого ты хочешь учиться?

— Я бы хотел в юридической сфере работать… Получу диплом и заключу с тобой долгосрочное партнёрство. Так что, никуда ты от меня не денешься. Такой у меня план.

Зазвонил мой телефон.

— О! — воскликнул я и подскочил к нему. — Ожил!

Это была Катя. Не отключаясь от зарядки, я подвинул зелёный кружок. Яна деликатно вышла из гостиной.

— Ну, ты где пропал, Сергей? — встревоженно воскликнула Катя. — Привет!

— Привет, Кать. Я тут развлекался вчера весь вечер.

— Я весь телефон уже оборвала. Ты что, позвонить не мог? Хуже Моти моего!

— Так он умер у меня. Телефон. Вот сейчас только ожил.

— Ожил! Ну, ты даёшь Серёга. Сам-то жив?

— Жив здоров Иван Петров.

— Молодец. Ладно, мне сейчас Женька звонила.

— Так…

— Она получила пачку документов от DHL.

— О, замечательно. Мне сказали что сегодня должны доставить, но я честно говоря беспокоился, что могут задержаться. Я их вчера из Стамбула отправил, там удобно, офис прямо в аэропорту находится.

— А… а почему с собой не привез?

— Кать, догадайся, — усмехнулся я.

— Ладно, короче, она глянула в эти документы и по телефону обсуждать ничего не стала. Сказала, что отменила несколько встреч сегодня и хочет как можно скорее встретиться с нами и хочет примерно через час принять нас в своём офисе. Только не в этом, а в другом, о котором, короче, никто не знает. Созвонись, пожалуйста, с Джейн, она знает где этот второй офис находится. Попроси, чтобы она тебя подвезла. Ей Женя позвонит, предупредит. А я с Женькой приеду. Она за мной заскочит.

— Договорились, Катя.

— Ну всё, ладно. Целую. До встречи, тогда. С тобой точно всё нормально?

— Всё прекрасно, лучше и быть не может.

Поговорив с ней, я набрал Чердынцева.

— Александр Николаевич доброе утро.

— Добрее некуда, — недовольно ответил он.

— Ну, не сердитесь, у меня телефон отрубился. Я его не зарядил с вечера.

— Насколько нужно быть бестолочью чтобы не зарядить телефон в подобной ситуации? И в гостинице тебя нету. Где ты сейчас находишься?

— Я завтракаю Александр Николаевич с Яной.

— Ах ты с Яной завтракаешь! Ну, ясно всё с тобой. Ужин, переходящий в