Да здравствует магия! 4 - Константин Зубов

Сияние становилось всё интенсивнее, а потом я увидел вертолёт. Медленно поднимающийся вертолёт!

Да что ж за день-то сегодня такой⁈

Я вдавил газ в пол и через несколько секунд влетел в подземный ангар. Его крыша была открыта, а вертолёт поднимался всё выше.

Визг тормозов, ощутимый удар руля в грудь, и вот я уже выскочил наружу и вскинул руку. Мощнейший огненный шар сорвался с моих пальцев и ударил в днище взлетающей машины.

Жар достал даже до меня, а вот вертолёту было хоть бы хны. Он резко взял вправо и скрылся из моего поля зрения. Я быстро огляделся и увидел в стороне платформу. В несколько прыжков достиг её и лупанул по единственной кнопке.

Платформа вздрогнула и двинулась вверх.

— Быстрее! — проскрежетал я зубами, в отчаянии наблюдая за медленно приближающимся кругом света.

Платформа меня не слушала, и я уже был готов раздолбать проклятую кнопку, когда в отдалении вдруг послышался грохот, будто упало и смялось что-то очень большое.

Время никогда не тянулось так медленно, но наконец земля оказалась на уровне моих глаз, и в ста метрах появился дымящийся вертолёт. А точнее, груда металла, что от него осталась.

Я выпрыгнул с платформы и огромными прыжками понёсся к нему.

— Не торопись! — вдруг пискнуло мне на самое ухо, и я ощутил тяжесть на плече. — Ему кранты!

— Ты уверена⁈

— Ну, они с пятидесяти метров упали, и я заглянула в салон. Голова, тем более от размолотого в кашу тела отдельно долго не живёт!

— Это ты сделала? — вдруг осенило меня.

— Ну не на твои же шарики полагаться. Пришлось кое-что подправить в работе винта.

— И как ты? — спросил я, вспомнив, как Пыш не любит убивать.

— А чего я? — тихо проговорила питомица. — Я его не трогала, он сам разбился. Да и вообще он был козлом.

— Всё верно! — Я погладил питомицу. — Спасибо!

Я добежал до вертолёта и убедился, что Пыш права: Никольский был мёртв. Правда, короткая вспышка радости тут же погасла — я находился на территории врага, и отсюда стоило ещё выбраться.

Таиться больше смысла не было, и я схватился за рацию.

— Огонь вызывает базу. Приём!

— База на связи, Огонь! Докладывайте!

— Миссия выполнена! Повторяю, миссия выполнена! Как поняли⁈

— Вас понял, Огонь! Где вы?

— Примерно в тридцати километрах на юго-запад от производства. Остальные остались там!

— Вас понял, Огонь! Сейчас мы передадим сигнал к эвакуации и сообщим координаты места встречи.

Ребята не подвели и действительно дали координаты, правда, добирался я до нужной точки лесами аж два часа. Наконец в одном и пролесков увидел группу из пятидесяти человек.

К моей великой радости, среди них были все мои, а также Василий.

— Рад, что ты живой! — сказал я, подбегая к гвардейцу.

— Просто парализующий газ, — поморщился он. — Никольский точно мёртв?

— Да.

Я открыл рюкзак и вытащил из него голову князя.

— Отличная работа, ваше сиятельство!

— Спасибо. — Я заметил странное и совсем не радостное лицо гвардейца. — От газа плохо?

— От жизни этой хреновой плохо, — выдохнул он. — Османы напали.

— Что? — не понял я. — Османская империя? На нас?

— Да… час назад. Перешли границу очень большим составом. Идут к Ростову.

— И каковы наши шансы?

— Честно? — Василий сплюнул. — Учитывая остальные факторы — нулевые!

Охренеть!

Я глубоко вздохнул и посмотрел на голубое небо. Литовцы и австрийцы с одной стороны, шведы с другой. И теперь османы, ещё вчера бывшие союзниками, с третьей. И это не считая того, что даже после смерти Никольского мятеж окончательно не подавлен.

Жопа.

Но Василий неправ, и шансы не нулевые. Гарантий, конечно, нет, но и вариантов тоже.

Пришла пора найти моих соотечественников!

Глава 18

— … Мне нужна срочная транспортировка двухсот моих людей в Петербург и достаточное количество БМП и автобусов, чтобы провезти их по четвёртому этажу на большое расстояние.

— Да это-то несложно. — Василий вздохнул и посмотрел на запрыгивающих в вертолёты бойцов. — Но императору будет мало слов про оружие, которое поможет остановить вторжение.

— Нет времени объяснять подробнее. — Я сделал шаг к гвардейцу и дождался, пока он снова переведёт взгляд на меня. — Если бы задумал что-то плохое, я бы сам съездил и не вводил никого в курс дела. Вася, счёт идёт реально на минуты. Пока мы рассуждаем, будут гибнуть жители империи. Просто доставь нас в Питер, и мы всех их спасём.

— Хорошо. — Гвардеец кивнул в сторону транспорта. — Ближайший мощный передатчик в Оренбурге.

Этот разговор состоялся десять часов назад, и сейчас мои бойцы были на пути в Петербург. А вот сам я подходил к дверям кабинета императора, который вопреки моим просьбам настоял на аудиенции. В целом это было ожидаемо, но разговор мне явно предстоял непростой.

— Михаил Ярославович Жаров! — объявил герольд, и, когда я вошёл в знакомый светлый кабинет, закрыл за мной двери.

Фёдор Алексеевич сидел за своим столом, внимательно смотрел на меня, и никакого расположения и радушия на его лице не было. Кроме этого, бросилось в глаза то, как одет монарх. Строгий чёрный костюм, а вокруг шеи повязан лёгкий белый шарф. Насколько я знал, подобного аксессуара, особенно в это время года, протокол не предусматривал.

Я сделал несколько шагов, встал перед ним и поклонился.

— Здравствуйте, ваше императорское величество. Граф Жаров явился по вашему распоряжению.

— Но не по своему желанию, да? — вместо приветствия спросил государь, и его тон тоже не сулил ничего хорошего.

— На счету каждая минута, Фёдор Алексеевич.

— Значит, не будем тянуть. Что за оружие вы хотите найти, и откуда вам о нём известно? — Император откинулся в кресле и продолжил буравить меня взглядом.

— Мне известно о нём из видения. И это в общем-то не оружие, но может использоваться в таком качестве. Большего я сказать не могу.

— Почему? — Брови императора поднялись. — Вы понимаете, как это звучит?

Разумеется, я отлично понимал и, когда решил ехать за своими соотечественниками, рассматривал три варианта.

Первый — вообще никому ничего не говорить. Но это выглядело бы гораздо хуже, так как сразу после того, как я узнал