Планета Хаоса - Константин Константинович Костин

— Отец Горган.

…Да что ж он так внезапно (а главное громко) отвечает… На этот раз я остался на месте, но вздрогнул как укушенный муравьями. Принцесса уже давно сидела, поджав под себя ноги и притихнув. Сенатор спал.

— Что же вас привело в эти места? — светски осведомился я, слегка придя в себя.

— Местные жители, — хмыкнул в ответ священник.

— А зачем они людей ловят? — вмешалась в разговор Ана. Что ж, животрепещущий вопрос…

— Зачем они схватили вас, я не знаю… — длинная интригующая пауза. Мы с Аной напряженно вытянулись вперед. Даже спящий Гратон как-то напрягся. Вообще, я уже давно подозреваю, что он в большинстве случаев только притворяется, что спит… Сенатор тут же захрапел, как бы опровергая мое мнение: мол, сплю я, сплю…

— А вас? — Ана не выдержала затянувшегося молчания. По-моему, священник решил, что уже ответил на вопрос…

— Меня? Меня они сожгут на рассвете, у болота, — хладнокровно ответил подлый поп. Только что не зевнул…

Гробовое молчание. Мы с принцессой одновременно сглотнули. Сенатор — чуть позже.

— Зачем⁇ — пропищала принцесса и закашлялась. Я молчал, чувствуя, что голос у меня сейчас ничуть не лучше.

— Они ненавидят официальную церковь, считая нас узурпаторами власти над душами людей…

— Да кто они такие⁇ — завопила принцесса.

…Внезапно до меня дошло. Пренебрежительное отношение к кресту, отсутствие икон, расправа над священниками…

— Сатанисты, — мрачно констатировал я.

— Да нет, — тут же поломал мои логические построения священник, — просто еретики.

— Кто такие еретики? — требовала информации Ана. У меня было подозрение, что, в подаче циника-батюшки, данное знание ее не успокоит…

— Толкуют по-своему писание, ненавидят церковь, считают правыми только себя, подавляют волю прихожан…

…Очень точное описание тоталитарной секты…

— А чем еретики отличаются от сектантов? — поинтересовался я, неизвестно зачем.

— Ничем, — отрезал батюшка, — Еретиков начинают называть сектантами, когда перестают сжигать на кострах.

Тон был вполне спокойный, однако сразу становилось ясно, что сам батюшка предпочел бы не называть их сектантами. Да, вот тут и начинаешь понимать отцов из святой инквизиции…

— Поэтому они и ловят священников и сжигают их. Мстят за прошлое…

— А с нами что будет? — приближающимся к истерике голосом выдавила Ана.

— Откуда я знаю? Я же не пророк, — все-таки зевнул батюшка, — Может, вы — священники?

— Нет!!! — дружно выкрикнули мы с принцессой. Сенатор спал.

— Тогда не знаю.

— Что же вы сидите? Вы ведь знаете, что вас ждет. Сопротивляйтесь! — возмутилась Ана.

— Кому? — преспокойно поинтересовался священник, обведя рукой стены и потолок. — Когда они придут за мной, тогда можно и… посопротивляться.

Батюшка как бы невзначай хрустнул пальцами, мозолистыми и даже на вид опасными как кастет.

Как-то сам собой увял разговор. Сенатор спал. Священник опять уронил голову на грудь и притих. Ана сжалась в комочек, мысленно пугая себя будущими, ожидающими нас пытками. Я старался не терять еще сохранившееся у меня присутствие духа.

Ждать до утра, чтобы узнать зачем нас схватили, не очень-то хотелось. Ломать голову над этой загадкой — тоже. Слишком много неизвестных. Например, кто такой Хозяин, приказавший встречать нас на поезде, и откуда он узнал, что мы отправимся именно по железной дороге. И зачем мы ему. Приемлемое направление мыслей было только одно — побег.

Стены… даже будь мы бобрами и прогрызи их, над нами толстый слой земли. Неделю копать будем, а недели у нас нет. То же — с потолком и полом. Выход только один: дверь. К несчастью не только я знаю об этом. Сектанты тоже про это догадываются. Наверняка выставили охрану… Дверь не выломать… А что если заманить стражу внутрь? О, а это идея! Только как?..

Позвать? Ага, так они и рванули внутрь, толкаясь и протискиваясь. Даже и не прислушаются. Попросить чего-нибудь? Чего? Вода есть, вон бутылка на полу стоит… Свеча! Поджечь… что-нибудь… и дружно орать: «Пожар!!! Горим!!!» Правда, есть определенный риск… Ане наскучило бояться и она подсела ко мне. Осторожно взяла меня за руку, я повернулся к ней, наши взгляды встретились…

— Интересно, — спросил я, — а стража у входа вообще выставлена?

Принцесса отбросила мою руку как слизкую жабу и, гордо выпрямившись, возвратилась на свое место…

— Пойди да посмотри! — и отвернулась.

…Действительно, с чего я взял, что за дверь — охрана? Замок лязгал, дверь толстенная, зачем нас стеречь? Правильно, нужно пойти и убедиться. А то сгорим к лешему, надрывая глотки и никто и не почешется…

Ступеньки скрипнули под моими ногами. В двери удачно светилась замочная скважина. Я выглянул.

Обзор был не очень хорошим: разглядеть удалось только залитую лунным светом часть площади, несколько домов напротив… А также то, что никакой охраной даже не пахнет. Я изогнулся, пытаясь разглядеть, что находится сбоку от входа. Дверь была слишком толстой, поэтому мой взгляд постоянно упирался во внутренности замка вместо наружности улицы. Подождите-ка. Разве это не тот самый замок, который можно открыть и изнутри, если у тебя есть ключ? Я подпрыгнул и отбил короткую чечетку. Лопухи-сектанты не догадались запереть на навесной замок. Наверное, погребок служил чем-то вреде гауптвахты для провинившихся, поэтому отсюда не сбегали. До сих пор. Ключа у меня, конечно же, нет, но я ведь умею отпирать замки и без него! Правда, плохо… Но лучше такой план спасения, чем вообще никакого.

Ссыпавшись по лестнице я бросился к котомке. Принцесса настороженно следила за моими действиями… Где он? Чтобы не рыться в складках я начал ожесточенно трясти несчастную котомку. Бутылка-детектор брякнулась об пол и откатилась к ногам священника. Ага!! Наконец лязгнул о доски забытый прежним владельцем крупный гвоздь, который немилосердно колол меня в спину во время наших странствий по болотам. Осталось только согнуть…

— Вы носите с собой джинксу? — поднял батюшка бутылку.

— Да, — пропыхтел я, борясь с упрямой железякой. Не знаю, может волосатую дрянь в бутылке и так зовут, нас не представляли… Есть!

— Вы смелый человек… — непонятно протянул странный священник.

— Да, конечно, — отмахнулся я, бросаясь к замку. Следом метнулась Ана, решившая, что я не сошел с ума, а имею какой-то конкретный план общего спасения.

Замок, замочек, отопрись, отворись… Ржавая зараза скрипела, но не поддавалась. В затылок дышала принцесса. Я тихонько (Ана-то рядом) прошептал самое страшное проклятье, какое только слышал в портовых кабаках, крутанул, замок звякнул и открылся. Тихо раскрыв дверь я протиснулся в узкую щель и, не вставая с четверенек огляделся. Тишина. Никого. Режим у них, что ли? Принцесса, ухватившись за мое плечо, дрожала как на морозе. С громким шорохом в распахнутую дверь выкарабкался Гратон, которой вроде бы спал и не слышал