Страх и голод 4 - Константин Федотов

совсем не продуманная, а как же семьи? Не все у нас холостые, что с ними делать? Бросить? Да и кто нас просто так отпустит? Так что бегство не выход, нужно переиграть всех, нужно действовать деликатно, они видят в нас тупых военных, что лбами ломают кирпичи, вот пусть так и думают, а мы хоть и позже, но сделаем свой ход. А теперь все по койкам, скоро вставать! – добавил он и отправился на выход.

– Ну что вы на меня смотрите? – пожав плечами, сказал Сапсан. – Старший сказал, младший сделал, так что все по койкам. Круг, в казарме свободных мест полно, пошли с нами. – добавил он, и мы, убрав за собой посуду и тару, отправились на отдых.

* * *

– Круг, как спина? – спросил у меня Сержант, видя, как я, морщась от боли, стою около Тигра.

– Нормально, вести смогу. – ответил я командиру, не делая резких движений.

– Ты смотри не геройствуй, я не о тебе беспокоюсь, мне нужно, чтобы ты в нужный момент был способен хорошо вести и вступить в бой. Так-то от тебя наши жизни зависят. – пояснил он мне.

– Все будет в порядке, как говорится: «Умру, но сделаю». – заверил я начальника, так как слышал о том, что он порывался оставить меня на базе, а мне этого совсем не хотелось.

– Ну-ну! – ухмыльнувшись, ответил он и кинул в меня пачку сигарет, которую я даже не попытался поймать, а только присел к ней, когда та упала мне под ноги.

Сейчас мы находились на поверхности, и взвод готовился к убытию. На часах было восемь утра, и солнце уже высоко парило в небе, только привычного летнего тепла от него не ощущалось. Редкие, не вытоптанные цветочки, что росли на клумбах, начали жухнуть, как и листья на кустарниках, как бы пытаясь сообщить нам о том, что осень совсем близко.

Со своего места мне открывался вид на парковку, где когда-то мы с Лизой останавливались на ночлег и провели вместе первую ночь как полноценная пара. Там сейчас, кстати, было весьма многолюдно, стояла целая колонна из разнообразных автомобилей, переделанных под стилистику «Безумного Макса». Вокруг в разные стороны сновали люди и занимались ремонтом машин, а молодые мамочки нянчились со своими детишками.

Наша колонна была почти готова к отправке, оставалось только разложить провиант, который равномерно распределяли между транспортом. Колонна у нас, кстати, получалась совсем не маленькой: пять Тигров, три БТР-80 и два КАМАЗа, груженых топливом. Каждая единица была оснащена пулеметом, а некоторые и не одним, это должно будет отрезвить лихих парней, которые орудуют на дорогах, и дать понять, что с нами лучше не связываться.

Утром на общем совещании Сержант поставил нам задачу и очень подробно все описал. Нам нужно проехать почти тысячу километров, что в целом не особо много, но последние двести мы будем пробираться через лес, а местность там весьма заболоченная, и если там будут лить дожди, то техника будет вязнуть. На финишной точке мы должны обнаружить секретный склад, вскрыть его и осмотреть все, что там находится. Далее все просто: если нас устраивает содержимое, мы по радио сообщаем на базу и будем ждать колонну, которая приедет на загрузку. В целом задача звучит не сложно, но есть два момента, а именно: территория впереди не разведанная, а еще мы будем проезжать в непосредственной близости к двум большим городам. Большой город говорит сам за себя: много людей равно много зомби, а много зомби – это много проблем, боеприпасов у нас с собой мало, так что, если придется прорываться, есть шанс не справиться. И это не принимая в расчет проблем с выжившими, которые от отчаяния могут пойти на крайние меры, в лучшем случае перекроют дорогу, в худшем предпримут попытку нападения на нас.

Лиза (Докторша)

Меня нарядили в защитный комбинезон, очень похожий на тот, в котором на наших операциях присутствовал наблюдатель, а после вывели из общего зала и по коридору подвели к двери, за которой находился Петя.

– Вы главное не бойтесь, объект номер один надежно связан и не сможет навредить вам. – нервным тоном произнес лаборант, вытирая испарину со лба белым платочком.

– А что вы так переживаете? – уточнила я у него. – Уже были прецеденты?

– Извините, я не могу это обсуждать. – добавил он и отворил передо мной гермодверь.

Я вошла в палату и осмотрелась по сторонам, все стены, потолок и пол были зашиты какими-то странными материалами, похожей на шумоизоляцию, которой оборудуют машины. Все это было выкрашено белой краской, но ей не пахло, в комнате почему-то отчетливо ощущался запах крови. И я заметила в углу комнаты небольшие кровавые разводы на стене и полу, которые, видимо, пытались отмыть, но получилось не до конца.

Сам же Петя неподвижно лежал на кровати, прикованный к ней широкими кожаными ремнями, а взгляд его здорового глаза был устремлен в потолок. Едва я сделала пару шагов вперед, как гермодвери за моей спиной закрылись, а посмотрев в сторону стекла, из-за которого за мной наблюдают, я увидела только большое зеркало. «Прямо как в кино». – мысленно ухмыльнулась я. Приблизившись к кровати, я внимательно осмотрела тело парня и, мягко говоря, была ошеломлена его состоянием. От огромных шрамов не осталось и следа, но это только верхушка айсберга. Парень очень сильно изменился, некогда хиленькое, тощее тельце набрало мышечную массу, он стал похож на героя боевика, мощный, широкоплечий, накаченный, словно его тут стероидами пичкают, хотя это не исключено. Но при этом его кожа сильно изменила цвет, все его тело стало темно-серого цвета, словно его Петра кто-то раскрасил простым карандашом, только его губы имели слегка розоватый оттенок.

– Ну, привет, Петя! – обратилась я к нему, и взгляд парня тут же переместился на меня.

Парень пристально пытался разглядеть меня, но мое лицо было скрыто защитной маской, тогда я расстегнула костюм и сняла ее. Петя несколько минут смотрел на меня, при этом даже не моргая, а после его руки напряглись, кулаки сжались, причем с такой силой, что связывающие ремни начали трещать от напряжения.

– Ты! – едва разборчиво и злобно прошипел он. – Э-т-о в-с-е из-за тебя! – добавил он, но говорил он очень медленно, словно вспоминая каждую букву.

– Нет, это все из-за твоих мерзких поступков, и ты должен был сдохнуть, как подопытная