Мастер Рун. Книга 12 - Артем Сластин

— А кто сказал, что мы будем отходить? — ответил я. — Отправь кого-нибудь к Гарде, пусть пришлют еще сюда бойцов. Они останутся у входа, а мы пойдем дальше. Пришла пора пощекотать брюшко нашему засранцу. Тем более он этого точно не ожидает.

Глава 14

Решение продолжать поход, а не возвращаться, далось мне даже, кажется, слишком легко, если думать об этом трезво. Тем более, когда твои люди буквально за пять минут уничтожили три десятка големов, и при этом получили всего пару царапин. Адреналин у бойцов бил в голову похлеще любого алкоголя, толкая на опрометчивые поступки.

Мы дождались подошедших двух десятков Глубинщиков, которые остались у входа на лестничную шахту с полным комплектом вооружения и теперь были готовы. Так что, если кто полезет, мы узнаем об этом раньше, чем он доберется до наших спин.

А вот Бабай от приключения всё же отказался. Ему и так не сильно нравилось кусать каменных големов, поэтому он старался подбодрить нас только своим присутствием, говоря мне о том, что драться он здесь не будет. Он остался здесь, в недрах шахты, ждать нас и готовясь помочь в случае каких-либо проблем.

На это я его уговорить смог, хотя ему хотелось, конечно, наверх, на свободу, бегать среди деревьев и ловить живую добычу. Больше я все-таки настаивать не стал. У байшоу были свои причины, и за те месяцы, что мы провели вместе, я научился доверять его чутью не меньше, чем собственному. Если он не видел там впереди для меня серьезной опасности, то логично было предположить, что ее там и не было. Во всяком случае, мы всегда отобьемся.

Второй ярус, начавшийся за длинным коридором, встретил нас совершенно по-другому, так, будто мы шагнули из одного мира в другой. Потолки здесь были, наверное, вдвое выше, да и коридоры настолько широкие, что можно было спокойно пройти в ряд двум десяткам людей, и еще место останется.

Даже стены были без трещин, на них не было видно ни следов обвалов и разрушений, какими были усыпаны стены первого яруса. И самое главное, что здесь работало рунное освещение. Светильники, вмурованные в стены через каждые десять шагов, горели тусклым белым светом, мерцая с ровным интервалом.

Я изучил ближайший светильник, оценивая рунные связки, из которых он состоял. В принципе, ничего сложного, и они не сильно отличались от того, что делал я. Разве, что были дополнительные связки, которые объединяли кучу светильников в единый массив. Все же есть вещи, которые невозможно улучшить, и будут они фактически стандартом для любого рунника, с такой небольшой пометкой, что мастер должен быть Помеченным Богами, так как все светильники местных рунмастеров, которые мне доводилось видеть, они отличались гораздо большей простотой и не такой надежностью, как делал я, или как были изготовлены здесь, или тем более на древних этажах.

Так что я совершенно нисколько не удивлюсь, если Этажи Шэньлуна тоже оказались сделаны моим собратом по попаданию в мир сферы. Сидел там когда-то тоже такой царек, подтверждая мои догадки о том, что эволюция любого попаданца практически не отличается от эволюции других. И досиделся до того, что что-то с ним что-то произошло, и через несколько тысяч лет о нем даже никто не вспомнил. Может, конечно и сам помер, хотя практику, особенно везучему, это сложнее сделать, чем обычному смертному. И только отряды вандалов и грабителей разбирают то, что когда-то ты делал тысячу лет назад для себя и для своих потомков. Обидно наверное.

Местные, что Глубинщики, что корневики, тоже оценили место, где они находятся. Светильники им также понравились, да и были они сильно непривычны, потому что большинство из присутствовавших в отряде людей привыкло ползать по узким полуразваленным туннелям, практически не выбираясь на сами ярусы, чтобы полноценно оценить их удобство и достоинства.

Идущие впереди двое местных разведчиков честно признались, что на втором ярусе люди были от силы раз пять за всю историю артелей, и при этом ни разу не проходили дальше этих перекрестков. Там начиналась территория Стража, и оттуда обычно не возвращались, так как это считалось, по сути, отправкой в одну сторону и актом самоубийства.

— Как будто если идти туда всей армией, это не самоубийство, — буркнул Тарн, идущий рядом со мной и Гардой, присоединившейся к нам. Бывший проводник тоже не смогла устоять перед возможностью заглянуть в места, в которых она никогда не бывала.

— Зато точно могу сказать, что с армией это организованное самоубийство, — ответил я, дурачась. — Совсем другое дело.

Тарн хмыкнул, а Гарда посмотрела на меня с таким выражением, как будто моя шутка ей совсем не понравилась. А может быть, это и не было шуткой, она, видимо, не поняла. Я, кстати, тоже решил не усугублять. Просто брякнул, что в голову пришло в ответ на то, что говорил идущий рядом практик. И что получилось, то получилось, пусть думают, как хотят.

Патрули врага во время нашего шествия по второму ярусу нам не попадались вообще. Ни одного голема, даже ни одного звука, кроме наших шагов и мерного тихого гудения светильников. Пустые коридоры уходили вперед и в стороны, и все они были такими же огромными, нисколько не уменьшаясь.

От этой пустоты и пространства становилось на самом деле немного не по себе, гораздо хуже, чем от любой засады. Все-таки засаду можно обнаружить, а потом там всех жестоко убить. А вот когда враг исчезает и молчит, это значит что-то нехорошее, и мне это нехорошее очень сильно не нравилось. Тут было о чем подумать.

Через клеймо я также чувствовал нарастающее напряжение бойцов. Семь десятков человек шли вместе со мной, готовясь сражаться, и при этом чувствовали то же, что и я. Чувствовали, что так нас заводят в ловушку.

— Замедляемся, — скомандовал я негромко, затем выпустил неожиданного помощника вперед. Каменный служка, весь бой, просидевший у меня на плече, тут же сорвался и побежал дальше, тихонько цокая по каменному ровному полу.

— Найди и покажи мне врага. — Такую команду я ему отдал, полностью останавливая отряд.

Карманный служка умел бегать не только по потолку, но и по стенам. Это было одновременно и забавно, и даже немного жутковато видеть, как он перебирает лапками по гладкому камню с такой скоростью, что кажется почти размазанным пятном. Он проверял каждый закуток впереди, и на втором перекрестке, буквально в полусотне метров от нас, кажется,