Мастер Рун. Книга 12 - Артем Сластин

так как опыт у меня имелся. Но провести эту же схему здесь в Яме было практически невозможно, если только я не создам площадь, на которой растение растет в совершенно других условиях. Хотя попробовать в любом случае стоило. Конечно, может, эти клубни вырастут размером с голову, или вообще мутируют во что-нибудь несъедобное или, тем более, ядовитое, а может и наоборот. Поэтому мне и нужна была Ветка, чтобы отличить нормальный клубень от ненормального с первого взгляда. Ну, после того, что она сама засадит поля и я уже буду с ними работать.

Я вернулся в мастерскую и сел за расчеты. Нужно было убрать лишний дикий этер на полях, структурировать его, упорядочить и создать возможность для растений расти и питаться энергией спокойно. Фактически я проектировал некую систему капельного полива, только вместо воды по трубкам шла энергия по рунным каналам.

Затем меня отвлекли один раз, потом второй, мне пришлось окончательно выйти из мастерской и подняться на поверхность снова, и там мне пришлось заниматься десятком мелких вопросов, которые накопились за время моего сидения внизу. Кто-то из прибывших поставил шалаш прямо на тропе, ведущей к руинам, и его нужно было переселить. Двое охотников подрались за добычу, и Гарда прислала их с просьбой рассудить. И куча подобной бытовой мелочевки. Все это были мелочи каждая по отдельности, но вместе они складывались в картину, которая говорила мне одну простую вещь.

Мне нужен срочно был Клык. Без него я просто утону в быте, который жрет время, как голодный рогач жрет те самые горькие корни. Гонец уже давно был отправлен к Клыку с приказом возвращаться. Рен справится там сам, у него достаточно опытных бойцов и проводников. А мне нужен был организатор, который возьмет на себя все, что не связано с рунами и войной. Я даже мысленно представил лицо Клыка, когда он вернется сюда и обнаружит здесь такую толпу неорганизованных людей. Вот он потешится в свое удовольствие.

И словно издеваясь над моим запыхавшимся видом, из леса появился довольный Бабай, который притащил и оставил в кухне лагеря очередную тушу добытого животного. Он буквально лучился счастьем и удовольствием от происходящего и того, что он может делать.

— Зараза ты лохматая, — сказал я, потрепав здоровенного зверя, который встал рядом со мной. — Мне кажется, тебе пора уже перестать расти. Ты уже не пролезешь в мои руины.

А в руины Бабай не хотел. После того раза, когда мы нашли пролом, он покинул их окончательно и не собирался больше возвращаться. На поверхности ему нравилось гораздо больше. Здесь было светло, вкусно и интересно, да ему даже на охоту можно было не ходить, так его все закармливали в округе.

Через метку я потянулся в сторону Рена, пытаясь понять, как далеко находится Клык от меня и вышел ли он в мою сторону. Обычно я чувствовал каждую метку как отдельную спокойную точку, а сейчас же в стороне второго сектора буквально все это выглядело как месиво. Точки метались, некоторые пульсировали так быстро, что сливались в сплошную линию, а несколько точек, при этом я пока не мог сосчитать точно, три или четыре, были совершенно неподвижны. Неподвижные метки могли означать только одно, либо человек без сознания, либо он мертв, в любом случае, ничего хорошего это не значило.

— Гарда! — громко крикнул я.

Главная среди Глубинщиков тут же появилась предо мной, как будто всё это время находилась рядом.

— Собери мне два десятка бойцов, срочно выдвигаемся на помощь Рену, кажется, у нас проблемы.

Я повернулся к Бабаю, который уже стоял рядом, прижав уши и глядя на восток. Через связь от него шло одно довольно простое определение.

Враг-Много-Не вкусно.

Глава 13

Два десятка бойцов, собранные Гардой за считанные минуты из дежурящих пятерок, практически сразу обросли еще как минимум несколькими десятками, которые находились либо наверху, тренируясь, либо вообще теми, кто клейма не имел, но хотел поучаствовать в драке.

Всё-таки я мог гордиться собой за то, как люди вокруг меня были замотивированы, несмотря на всё тот же самое клеймо, да оно особо и никому не мешало. Слухи о том, что я могу заставить всех подчиняться против их собственной воли так и оставались слухами, Рен был единственным, кто испытал на себе клеймо полноценно и знал правду, остальные особо не верили. Да я бы и сам не верил в то, что какими-то закорючками можно управлять человеком, если бы просто от кого-то слышал. Воспринял бы как сказки.

Меня вел Бабай. Я вцепился одной рукой ему в густую шерсть, буквально намотав ее на руку, и бежал рядом с ним, порой перепрыгивая по несколько метров, настолько быстро он мчался. Все остальные уже следовали за мной. При этом я наблюдал за тем, как метки продолжают метаться в моей голове.

Судя по всему, там происходил бой. Большинство меток двигались хаотично, то сбиваясь в кучу, то разлетаясь. И по характеру движения я видел, что часть отряда отступала, кого-то прикрывая, а кто-то стоял насмерть. Рен при этом горел ярче всех. Его метка пульсировала с такой бешеной частотой, что я знал, что парень жив и дерется. Клык тоже был жив, и почему-то он тоже участвовал в сражении, хотя вообще не должен был этим заниматься.

И с каждым метром я всё отчётливее чувствовал людей, которые сейчас дрались в полную силу. До границы соседнего сектора мы добрались за три часа. Обычно этот путь занимал пять, но никто не жаловался. На подходе метки наконец успокоились, движение замедлилось, и я понял, что бой кончился. Причём кончился, скорее всего, нашей победой. Видимо, драться уже оказалось больше не с кем.

Проход в руины я нашел только с помощью чуткого нюха Бабая, который определил, где находится наш лагерь и откуда спускаются в сторону руин. И уже там, в лагере, я нашел большую часть отряда. Пока мы шли на помощь, они успели вернуться и вынести всех с собой.

Рен сидел у стены, привалившись к мокрым камням. Левая рука у него висела на привязи, лицо всё было в ссадинах. Маска, которая должна была его защитить, треснула пополам и болталась на шее. Увидев меня, он попытался встать, но я тут же жестом осадил его обратно.

— Сиди давай. Сколько потерь?

— Четверо погибли, — сказал он, и у него дрогнул голос. — Восемь раненых, мастер, трое из них тяжело, им плохо.

— Где они? — спросил я, тут же доставая мешочек с ядрами.