Неженка для адмиралов Дракара - Ева Мир

Я взялась за ворот и стала медленно расстегивать молнию.

Он смотрел на меня, не моргая.

Мои пальцы дрожали, но не от страха — от того, сколько силы было в этом обнажении. Каждое движение — вызов и признание. Застёжка ехала вниз, ткань плавно разошлась. Я стянула рубашку с плеч, позволив ей упасть за спину.

Мой взгляд ни на миг не оторвался от него. Я видела, как напряглись его скулы.

Он не двигался.

Я медленно расстегнула застёжку топа, обнажая грудь

И дыхание Тора стало тяжелее. Его глаза зажглись ярче.

Затем медленно потянулась к поясу брюк. Сначала расстегнула замок. Потом — аккуратно, двигаясь плавно, словно танцуя для него, спустила ткань с бёдер.

— Всё, Майя, — только и сказал Тор, а после резко приблизился ко мне и содрал с меня брюки.

Теперь он был полностью одет, а я оставалась лишь в трусиках.

Его рука обхватила мою шею, не сильно, просто фиксируя. Его взгляд — поглотил меня.

— Ты даже не представляешь, сколько ночей я прокручивал это в голове.

Он уложил меня назад — аккуратно, но властно. Я оказалась на спине. Тор быстро избавился от своей рубашки, развёл мои ноги и подтянул меня к себе.

Он наклонился. Взгляд — пылающий, жадный. Он не просто смотрел — он пил меня глазами.

— Майя, — выдохнул он так, будто моё имя было ключом от всех замков.

А потом он накрыл мои губы своии. И этот поцелуй не был нежным. Он был голодным. Грубым. Полным отчаянной потребности, сдерживаемой слишком долго. Его губы сомкнулись на моих с жаром, властно, будто он хотел доказать, что я теперь его. Без остатка.

Он не дал мне отстраниться, не оставил шанса перевести дыхание — его язык проник внутрь, увлекая за собой, требуя ответного пламени.

Я застонала в губы Тора — и он зарычал. Это не был тихий звук. Это был глухой, дикий отклик мужчины, который больше не собирается себя сдерживать.

Его ладони крепко держали меня за талию, прижимая ближе, будто одной кожи уже недостаточно. Его тело было напряжённым, сильным — я чувствовала, как мышцы дрожат от внутреннего накала.

Он целовал меня так, будто хотел запомнить мой вкус навсегда. Как будто я — его последняя возможность. Упустишь — и всё рассыпется.

Он прервал поцелуй, только чтобы провести горячим дыханием вдоль моей щеки, скользнуть губами по линии подбородка, а затем — к шее. Его поцелуи стали медленнее, но от этого только яростнее. Тор целовал, покусывал, обжигал кожу дыханием, пока я не выгнулась, прижимаясь к нему ближе.

Я задыхалась. И хотела большего.

— Вот так, — прошептал он, и ладонь скользнула к моей груди.

Он обхватил её всей ладонью — властно, жадно, будто хотел запомнить её форму. Его большой палец обвёл сосок, и я застонала, когда он надавил чуть сильнее.

Он подался вперёд. Его грудь прижалась к моей. А пах — твёрдый, тяжёлый — упёрся между моих ног сквозь тонкую ткань трусиков. Мокрых трусиков.

— Чувствуешь? — прошептал он у самого уха.

Я выдохнула тихое и порочное «да», когда он снова сжал мою грудь — медленно и осторожно, но ощутимо, словно дразня меня. Его бёдра толкнулись вперёд, создавая сладкое, едва заметное трение.

— Я заставлю тебя кончить ещё до того, как войду, — прорычал он, прикусывая мочку моего уха.

А я уже была на грани. Просто от того, какая сила от него исходила. От его раздирающей энергии, которая сводила меня с ума.

Глава 52

Да…

Тор прижимался ко мне всем телом. Между его членом и моей нежной кожей были плотные штаны и тонкие трусики. Он потирался о меня, заставляя стонать от удовольствия, пока его губы и пальцы исследовали каждую клеточку моего тела. Но когда я застонала особенно громко, он вдруг замер — и его хвост скользнул по моей ноге.

— Тор… — произнесла я срывающимся голосом, изнывая от желания и выгибаясь ему навстречу.

Хвост тёплый, гладкий, уверенный. Он огладил мою лодыжку, поднялся по бедру, прошёл по внутренней стороне, до самого края трусиков. Я вскрикнула — и тут же прикусила губу.

— Не стесняйся, Илшари, — сказал Тор, голосом, будто бархатом, натянутым на сталь. — Мне нравится, как ты звучишь. Особенно когда мой хвост срывает с тебя остатки самоконтроля.

Он продолжил ласки — хвостом, не торопясь. Лаская мои бёдра, живот, пока пальцы сжимали грудь, а губы целовали шею. Это было… слишком хорошо. И я не хотела останавливаться, мне хотелось, чтобы между нами не осталось ничего!

Тор словно почувствовал это. Он вдруг обвил хвостом мои запястья — не сильно, просто фиксируя их над головой.

— Скажи, что ты моя, — потребовал он между поцелуями, хвостом забираясь под ткань моих трусиков.

— Я… — произнесла я, захлёбываясь от желания, — твоя!

Его язык вторгся в мой рот. Властный, без стеснения. А я ответила, цепляясь, вгрызаясь в его губы.

— Я не собираюсь быть мягким.

Он не оставил мне времени на ответ.

Губы Тора прижались к моей груди, он обхватил сосок губами, втянул его в рот и слегка прикусил, а кончик его хвоста тем временем толкнулся внутрь меня.

Я вскрикнула от болезненного удовольствия! Мир вокруг исчез. Я выгнулась, прижимаясь к нему, теряя контроль. Хотела опустить руки, но они были зафиксированы наверху, и от этого всё ощущалось ярче во сто крат!

Он посасывал мои соски с жадностью, со зверинной необузданностью, как будто именно этот вкус — то, чего он ждал всю свою жизнь. Я чувствовала его язык — тёплый, влажный, дразнящий. Вторую грудь он всё это время сжимал в ладони, сминая, дразня, вызывая во мне новое, дикое электричество.

А его хвост исследовал меня внутри…

— Гарр… Тор… — простонала я, не в силах удержаться. Он лишь усмехнулся, не отрываясь, и прикусил другой чувствительный сосок — совсем слегка. Но этого хватило, чтобы я задохнулась от ощущений.

— Ты слышишь себя? — прошептал он, поднимая голову. Его зрачки горели. — Я хочу, чтобы ты кричала снова и снова.

Его руки легли на мою талию. Схватили. Зафиксировали

Большие ладони Тора были грубее, чем у других, и это только усиливало ощущение, что я принадлежу ему без остатка. Он гладил меня, разминая, лаская и обжигая.

И он прижался пахом сильнее, двигаясь медленно, вдавливаясь между моих ног, сквозь оставшиеся на нём брюки. Я не могла дышать — от жара, от предвкушения, от звериной