По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Да как? Да как он смеет?! – вопила она, влетев в свою комнату.

Да, в мечтах всё это было как-то совсем иначе – она приказывает, а он покорно подчиняется. Это хорошо и правильно, а сейчас что? А сейчас выходило, что будь Герман её мужем, управляться с ним было бы не в пример проще – всегда можно было бы пригрозить неприятностями его роду, сказать, что она заберёт машину или ещё какие-то блага, а чем грозить тому, от кого отреклись? Да он, чего доброго, ещё и обрадуется, если его бывшая семейка пострадает! И как можно что-то отнять, если у него ничего и нет? Побить его? Так это, как выяснилось, ещё и утомительно, и самой ушибиться можно – вон он какой жёсткий да костистый!

– Хотя… можно не давать ему еду и воду! – сообразила Марианна. – Это выход! А ещё можно нанять того… как его там… а, Гюнтера! Он всё сделает за меня, я только приказывать ему буду!

Это Марианне подходило – она приказывает, а кто-то всё делает за неё!

– Небось он и кровь на анализ сможет взять! – обрадовалась она такому простому выходу из ситуации – всё-таки тип, выполняющий обязанности семейного палача, явно что-то в медицине да смыслит...

– Утром позвоню в их особняк и скажу, чтобы он приехал! – тут она снова призадумалась и в результате сообразила, что это будет неразумно – слишком много людей будут знать о её интересе к Гюнтеру, а значит, кто-то из них может и доложить её отцу. – Одно дело донести мне, когда приедет Фрид – я с его женой когда-то общалась, а вот моё общение с Гюнтером – это уже подозрительно. Придётся мне самой завтра за ним съездить! А пока пусть Герман поваляется в гардеробной – мне там всё равно пока ничего не надо!

Она не поленилась сходить к лежащему на полу пленнику и поведать ему о том, что его завтра ожидает, потом, заперев снаружи дверь гардеробной, собралась было отправляться ко сну, как вдруг услышала крик:

– Марианна! Марианна, немедленно открой двери! Что ещё за ерунду ты устроила?

– Папа? Он вернулся? – изумилась Марианна, торопясь к окну.

Да, так и есть, на дорожке перед домом, освещённой фонарями, стоял её отец, причём был он очень не в настроении.

– А где он машину оставил? – удивилась Марианна, отключая охранную систему. – И что его так разозлило?

Она заторопилась вниз, отперла замок, а потом, открыв входную дверь, засюсюкала:

– Папочка, на что ты так ругаешься? Я ничего такого не сделала… А ты так кричишь.

Отец шагнул вперёд, а с боков – справа и слева – вышли… ещё два отца! И все они в один голос заявили:

– А кто купил лягуха, а? Я же тебе запретил!

– Паааппп-ппппы-ыы! – Марианна замерла – она никогда в жизни не сталкивалась ни с чем более странным и непонятным. Как реагировать на это, она не знала, начала отступать от «пппааппов» назад, а они все втроём зашли в дом.

Когда из-за их спин появился ещё один Леопольд Брунович, уже четвёртый, Марианна не выдержала, взвизгнула, развернулась и с неожиданной скоростью рванула вверх, с топотом промчалась по второму этажу и громко захлопнула за собой дверь.

– Ты ж смотри, как она бегать умеет! Вот кто бы знал! – фыркнул Уртян, который, пока Итаффин вёл машину по направлению к дому Марианны, отсматривал видеоматериалы с отцом Марианны, сброшенные ему предусмотрительным Враном, поэтому и смог изобразить исключительно правдоподобную иллюзию Марианниного родителя.

– Не отвлекайся! Нам ещё нужно выяснить, куда она Генку дела! Я всё это врремя вокрруг летал, но ни его, ни её не видел – она была где-то в комнате без окон, – сообщил Крамеш.

– Подвал? – предположил Итаффин.

– Не знаю, но тут такие прросторы, что мы до утрра не осмотрим, а дом оборрудован сигнализацией. Так зачем нам надо, чтобы она кнопочку трревожную нажала? Кто её знает, сколько тут этих трревожных кнопок понатыкано? – пожал плечами Крамеш, и облик Леопольда Бруновича, наброшенный Уртяном, послушно повторил этот жест. – Если бы не сигнализация, я бы эту кррокодилицу прросто заморрочил и Гудини попросил привезти – он бы тут всё вскррыл! Но я могу не успеть перрехватить взгляд, и тогда тут будет куча охрраны.

– Да, так было гораздо разумнее, – согласился Уртян. – Ладно, мне роль папеньки даётся лучше всего – я же всю дорогу на него любовался! Голос, жесты и прочее вроде тоже получаются… Короче, я пошёл на добычу лягуха!

– Давай, а мы будем рядом! – поддержали его спутники.