Якудза из клана Кимура-кай. Том 2 - Геннадий Борчанинов

А ведь рядом с ним наверняка постоянно находится охрана. Или просто кто-нибудь из семьи, порученец, телохранитель или что-то вроде прислуги, или всё это сразу. Его тоже придётся валить, а дело осложняется ещё и тем, что Тачибана знает меня в лицо. Мы виделись на стрелке в порту.

Не факт, что он меня запомнил, но риск определённо был, всё-таки я маячил практически на переднем плане, рядом с Ода-саном.

Я прошёлся по коридору сорокового этажа, отыскал нужный офис, именно тот, о котором говорил Хонгиё-сан. Табличка около двери гласила, что за ней находится «Инвестиционная компания Тачибана», значит, этот ублюдок не соврал. И за дверью кто-то определённо был, я слышал голоса внутри. Конкретных слов было не разобрать, но кто-то совершенно точно находился там, разговаривая на слегка повышенных тонах. Похоже, что по телефону.

Собственно, если Тачибана здесь, то проще всего будет дождаться его в коридоре, может быть, в холле возле лифта. Камеры здесь были далеко не везде, да и то, я сильно сомневаюсь, что они пишут изображение в архив, а не просто выводят картинку на монитор скучающего секьюрити, который уже должен отреагировать на происходящее и вызвать полицию.

Одна из камер как раз таки смотрела на двери лифта. Я с самого начала старался не попадать в поле зрения камер и не оставлять следов. Кнопку в лифте нажимал через рукав, перил на лестнице не касался, короче говоря, соблюдал разумную предосторожность. Естественно, вообще всего предусмотреть не выйдет, но минимизировать шансы всё-таки можно. Копам придётся сильно попотеть, чтобы выйти на меня. Если только всё внезапно не пойдёт по одному месту.

Я притаился в коридоре около запасного выхода, прикинулся ветошью, подальше от поля зрения камер, но так, чтобы видеть дверь в офис Тачибаны. Началось томительное ожидание. Его даже и отдыхом-то не назвать, пусть я даже ничего не делал, но расслабиться не получалось, я постоянно находился в напряжении, дёргаясь на каждый шорох.

Ещё и круговорот неприятных мыслей преследовал меня, мне не удавалось ни на что отвлечься, я раз за разом возвращался к убийству Хонгиё Киёнобу и тому, что за ним последовало.

Совесть меня не мучила. Готов поспорить, у самого Хонгиё руки в крови по локоть, да и послужной список такой, что многие удавятся от зависти, я сделал мир только чище, избавив его от этого человека. А вот осознание собственной неудачи, провала, из-за которого чуть не погиб Хироми, довольно сильно било по мозгам. Будь я чуть внимательнее, и мы съездили бы вчетвером в этот офис, прикончили бы Тачибану и спокойно уехали, оставляя Хонгиё самому разбираться со всеми сопутствующими проблемами. А теперь этим придётся заниматься мне и в одиночку.

Дверь соседнего офиса открылась, оттуда вышел уставший саларимен в мешковатом шерстяном костюме, начал закрывать дверь на ключ. Как назло, почти в этот же момент из своего офиса вышел Тачибана Горо.

Я сразу его узнал. Седые виски, элегантный костюм с жилеткой, жёсткое выражение, словно застывшее на лице. Он тоже принялся закрывать свой офис.

— Доброго вечера, Ебине-сан, — поздоровался он с соседом.

Твою же мать.

— О, Тачибана-сан! Тоже задерживаетесь? — подобострастно улыбнулся сосед.

— Приходится, — процедил босс якудза. — Иногда всё приходится делать самому.

Особенно если твой заместитель удобряет собой землю где-то под мостом.

Меня они пока не заметили, беседуя друг с другом и не обращая внимания на происходящее вокруг. Как некстати появился этот Ебине, как же всё не вовремя. Хотя было бы гораздо хуже, появись он в момент выстрела или чуть позже.

Будь Тачибана здесь один, можно было бы сунуть ему ствол под нос, завести обратно в офис и спокойно инсценировать суицид. Но сейчас тут был свидетель, убирать которого будет совсем уж некрасиво.

— На лифте? — спросил Ебине-сан. — Как обычно, минус первый?

— Конечно, — сказал Тачибана.

— А мне, как обычно, на первый, — натянуто улыбнулся Ебине.

Оба неторопливым шагом отправились к лифтам. Я понял, что это единственный мой шанс застать Тачибану в одиночестве. Добраться до минус первого этажа раньше, чем туда приедет лифт.

И я рванул к лестнице.

Сорок этажей вниз. В девятиэтажке точно можно обогнать лифт пешком, это проверено на практике, причём его даже придётся немного подождать. А вот сорок этажей я ещё не бегал. Даже сорок один, мне ведь нужен минус первый этаж.

Мчался на всех парах, в одной руке сжимая пистолет, а другой рукой цепляясь за перила. Перепрыгивал сразу по несколько ступенек, лихо разворачивался в пролёте, скорость набрал такую, что рисковал вывихнуть плечевой сустав, когда хватался за перила для разворота. Со счёта сбился почти сразу же. Здесь этажи все были одинаковые, как близнецы. Серый бетон вокруг, белые диодные лампы.

На середине запыхался, но всё равно продолжал спуск, пусть даже чуть медленнее. Не хотелось упускать такой шанс избавиться от вражеского босса и покончить с этой глупой войнушкой. Другого такого шанса может и не быть.

Смешно, конечно. За Одзава-саном в салон маджонга отправляли целую засаду, покушение возле офиса исполняли тоже целой командой. А я бегаю тут савраской в гордом одиночестве.

Минус первый этаж я чуть не пропустил, выскочил на подземную парковку, тяжело дыша. В ушах гулко бахал мой собственный пульс, и я не сразу услышал шаги. Кто-то шёл через парковку, совсем рядом.

Я глубоко вдохнул, выдохнул, стараясь вновь сделать дыхание ровным, зашагал навстречу.

Тачибана Горо шёл к машине, никуда не спеша, с прямой спиной. Как хозяин жизни, с полным осознанием своего превосходства над простыми смертными. Тачибана не был самым крутым в Токио, но в пределах этого небоскрёба — точно не нашлось бы никого, кто попытался бы это оспорить.

Кроме меня.

Я оглянулся по сторонам — мы были на парковке одни, двинулся наперерез быстрым уверенным шагом, подошёл к нему сзади и чуть сбоку. Тачибана меня совершенно точно услышал, его походка чуть изменилась. Но как угрозу ещё не воспринимал.

— Тачибана Горо-сан? — окликнул я его.

Он остановился и развернулся вполоборота, глядя мне в лицо.

— Возможно, — сказал он.

— Одзава Такеши передаёт вам привет, — сказал я и дважды выстрелил.

Его брови взлетели вверх, на лице застыло удивлённое выражение, он схватился за грудь и начал медленно оседать на бетонный пол. По дорогой ткани его элегантного костюма расползалось тёмное кровавое пятно.

Он захрипел что-то, но я не стал слушать, сделал