Я великий друид которому 400 лет! Том 10 - Дмитрий Дорничев

Ладно. Выжили две колонии, но находились прям на грани. Так что я присел перед ними и, вытянув руки, начал воздействие. Да, прямо сходу. Но что я добавил? Усиление. Да, простое усиление, и этого хватит на месяц-другой. Усиление будет передаваться их потомству, пока не иссякнет запас маны.

Раз существа выжили, то, став сильнее, смогут не просто выживать, а жить. И сразу поясню: сделать сильнее не значит, что эти создания начнут охотиться на акул и кальмаров. Сильнее станут их организмы, что повысит их адаптивность к новым условиям жизни, в которых они, по идее, не должны выжить.

Сейчас все они усилены маной. Поэтому и выжили. А теперь они смогут, к примеру, есть то, что раньше для них было отравой. Ну, это как если бы человек вдруг начал питаться мухоморами, плесенью, крысами, целоваться с бомжихами, любить портовых «блудниц» и при этом оставался идеально здоровым. Магия, в общем.

Затем мы посмотрели на семейство крабов. Но там Мистер Крабс постарался. Питомец Аквы. Так что у него теперь есть целое крабовое семейство, которое Аква подкармливает рыбкой. Но и Мистер Крабс сам неплохо ловит рыбу. Достаточно выбраться из озера в пруд.

Помимо кальмаров, я также нашёл омаров, которым было очень плохо. Аква ранее на них наложила усиление, но этого оказалось недостаточно, и благо, семейство ещё было достаточно большим. Аква их тоже подкармливала.

Здесь мне пришлось повозиться и, помимо усиления, ускорить процесс эволюции омаров. Это крайне сложная магия! Одна из высших. Так что на этом силы покинули меня, и мы отправились домой. Думал я, но Аква привела меня к себе в пещерку.

Она приготовила мне уху, потёрла спинку в душе, сделала королевский горловой ми… Кхм. Хорошо сделала и уложила спать. Мы, оказывается, допоздна провозились!

* * *

Подмосковье.

Некоторое время спустя.

— Не знаю я ни о какой магии и богах, отстаньте уже! — выругался светловолосый парень и захлопнул дверь перед навязчивыми журналистами. — Достали…

— Вить… Сынок… — в коридоре показалась немолодая поседевшая женщина. Ещё недавно у неё были золотые волосы, но после того, как сын был жестоко избит за простое замечание «гостю столицы» и впал в кому, волосы женщины побелели, а здоровье резко ухудшилось.

— Всё в порядке, мам, — улыбнулся парень с перебинтованной головой.

Но на самом деле ранения уже излечены, а от гематом почти не осталось и следа. Всё же «второй шанс» не только вывел из комы, но и исцелил героев. Не сразу, но запустил процесс восстановления.

— Ты, главное, сама не проговорись. Хорошо?

— Да, сынок, — с трудом улыбнулась женщина и обняла сына.

Затем парень оказался в зале, где и жил. Мать — в спальне, где и проводила всё своё время, когда не работала. А работы сейчас нет, ведь ей пришлось уволиться, чтобы ухаживать за сыном в больнице. Точнее, она пыталась взять отпуск по уходу за больным сыном, но её заставили уволиться…

Оказавшись в своей комнате, парень сел за довольно старый компьютер и включил не менее старую, но ещё чудом живую ММОРПГ. Парень играл в неё пятнадцать с лишним лет, проведя онлайн лучшие годы своей жизни, но ни о чём не жалел.

Отринув ностальгию, он вошёл в игру, создал нового персонажа, тёмного эльфа и, покинув стартовый храм, сел на лужайке.

Рядом паслись лисы, летали демонические твари, чуть дальше блуждали гоблины и волки. Но они были неагрессивны, просто гуляли себе да ждали, когда кто-то придёт и убьёт их.

Уменьшив игровое окно, парень принялся искать информацию в интернете о «пробудившихся», и она быстро подтвердилась. Сотни человек в один день, час и минуту вышли из комы!

Парень так зачитался, что чуть не прозевал важный момент. К нему в игре подошла сексуальная тёмная эльфийка, одетая в какие-то ремешки.

— Hi! I am Falma! — написала она в чат, и парень облегчённо выдохнул. Ведь его план «работал»!

Давным-давно практически сразу после призыва герои собрались и обсудили, что им делать после возвращения домой.

Валенд на миг закрыл глаза, вспоминая тот день. Благо, у него была прекрасная память. Однако далось это, к удивлению парня, с трудом. Пришлось поднапрячься! Впрочем, это ведь было очень давно… Почти пять веков назад…

После приветственной речи чиновников Империи Застрад героев провели в нечто вроде военной школы, где их обучат владению оружием, магии, истории, законам империи и прочему.

И вот поздно вечером двести семьдесят три человека, все герои этой империи, собрались в большом зале. Выглядели они все по-разному, ибо их собирали со всего света. Но вот одежда у всех была одинаковая: серые штаны и серая рубаха.

— Сложно поверить в происходящее… — сказала одна из женщин, которая стояла у колонны. Впрочем, где люди только ни стояли. Всё же сидячих мест здесь не было.

— Но это факт, — ответил ей бородатый чернокожий парень.

— Я слышал… — заговорил неуверенный в себе блондин.

— Громче говори! — рыкнул на него один крупный парень, и блондин стал говорить громче:

— Про Джеймса слышали? Он говорил, что он — герой Великой Белой богини. Он тоже попал в кому, как и мы.

— С чего ты решил, что мы в коме? — хмыкнул кто-то.

— Я спросил, и Богиня мне ответила, — сказал в ответ светловолосый.

— Так что с этим клоуном? — раздался женский голос, и парень пересказал содержимое ролика и слова «Первого паладина». Ну и потом рассказал о видеороликах весьма известного «Фермера, исцелившего рак».

Один утверждал, что магия есть и их призвала богиня. Второй творил откровенные чудеса и говорил, что магии нет, а Джеймс — сумасшедший.

— Думаю, очевидно, что Фермер врёт. Но оба они собирали людей вокруг себя, — продолжил парень. — И думаю, нам тоже стоит заранее обговорить, как мы потом свяжемся друг с другом.

— Зачем? — спросил бородатый.

— А ты думаешь, к нам не будет внимания после нашего пробуждения?

— Это если мы выиграем в Игре, — сказала какая-то девушка.

— Если настраиваться на проигрыш, то и жить незачем, — возразил осмелевший блондин, и толпа поддержала его, после чего люди начали предлагать «варианты». Основные предложения звучали так: «Давайте вы запомните мой номер телефона/адрес/ФИО».

— Мы не знаем, сколько времени будет длиться игра. Вдруг год? А если десять или двадцать? Боюсь, мы не запомним такое.