Обманщик Империи 2 - Ник Фабер

Ещё пару раз надев и сняв маску, я окончательно убедился в своей гипотезе. Да, может быть, метод не совсем научный, но для того, чтобы сделать определённые выводы, этого достаточно.

Эта штука не просто подменяла твою внешность. Чёрт знает как, но она буквально давала тебе другое тело, сохраняя при этом сознание. И если эта теория верна, то становилось ясно, почему китайцы так гонялись за своими масками. По слухам, этому проклятому Тяньлуну, у которого мы их украли, было уже под девяносто лет. Правда, уже очень давно никто не видел его лица. Последние лет тридцать он скрывал себя за маской в виде драконьей морды. То есть вполне возможно, что он использовал артефакт совсем не для того, чтобы скрывать свою личность. Нет, вместо этого он использовал побочную способность и получал взамен более молодое тело.

Теория хорошая, только вот проверить я её не мог.

Мы с Измайловым были примерно одного возраста. Да и пользовался я этой штукой не так долго, чтобы быть уверенным в этом. И всё-таки мысль хорошая. Она же объясняла желание Джао заполучить артефакты — для них это прямой и абсолютно безопасный путь к тому, чтобы избавиться от назойливого «коллеги» по бизнесу. Вот почему он был так спокоен в разговоре. Не будет никакой гражданской войны. Им вообще воевать не придётся. Просто подождать, пока Тяньлун не сдохнет от старости, и…

Стоп. А почему именно две маски?

Эта мысль едва не заставила меня подпрыгнуть на месте. Две маски. Но ведь достаточно и одной, чтобы эффект действовал, разве нет? Я же хожу с одним артефактом, а не с двумя. Тогда почему они все так зациклились на двух артефактах? Мне тут же вспомнилось сообщение, которое Жанна вытащила из телефона китайцев, — приказ убить Измайлова и доставить его тело…

Так. Стоп. Опять не сходится. Я ведь украл этот телефон у того китайца, который в итоге оказался подчинённым Джао. Но он, наоборот, помог мне сбежать в тот день, застрелив одного из заветовцев. Тогда не сходится… или я что-то не понимаю.

Я честно пытался найти объяснение всему происходящему, но картина не хотела сходиться. Вот совсем не хотела.

От тяжких мыслей меня отвлёк звонок оставленного в спальне телефона. Вернувшись, я нашёл мобильник Измайлова и посмотрел на экран. И что ей понадобилось? Немного подумав, не лучше ли будет и вовсе не отвечать, пришёл к выводу, что так поступать не стоит, и приложил артефакт к лицу.

— Что тебе нужно? — спустя несколько секунд спросил я, ответив на звонок.

— Что мне нужно? — тут же воскликнул в динамике голос Романовой. — Измайлов, ты там ничего не путаешь? Мы с тобой во сколько договорились встретиться?

Признаюсь, это заявление на несколько секунд сбило меня с толку.

— Встретиться?

— Да!

Что она несёт, какая ещё встреча?

— Марико, я не совсем понимаю…

В динамике послышался раздражённый вздох.

— Ты сам сказал, что у тебя будет свободно воскресенье, — с укором проговорила она. — Я же к тебе в четверг подходила. Нам нужно купить подарок Платонову…

В этот момент мне захотелось ударить себя по лицу ладонью. Вот честно. На фоне всего произошедшего за последние дни эта маленькая подстава от Нечаева буквально вылетела у меня из головы по той простой причине… да потому, что мне было на это наплевать. Вот правда. Столько всего происходит, что голова кругом идёт, а тут Марико с покупкой подарка. Вот оно мне нужно?

— Слушай, Марико, давай ты сама что-нибудь купишь, хорошо? А деньги я тебе потом…

— Нет, не хорошо, — отрезала она. — Я не собираюсь одна отдуваться, как в прошлый раз! И вообще…

Она продолжала говорить… даже не столько говорить, сколько жаловаться. Мне. Ага, нашла жилетку. У меня своих проблем хватало. К чему заниматься ещё и разгребанием чужих? С другой стороны, а почему бы и согласиться? Нет, не из-за её жалоб, а просто для того, чтобы отдохнуть. Марико хотела поехать в какой-то торговый центр, чтобы выбрать подарок там. Вот и шанс провести день хоть в каком-то спокойствии. Почему бы и нет?

Глава 19

— Я бы ограничился бутылкой хорошего виски, — произнёс я. — Или коньяка…

— Говорила же, — тут же пожаловалась Марико. — Это не сработает. Дарили уже. Он его потом заму по административной работе со второго этажа отдал…

— Ну и нафига вообще тогда что-то дарить? — задал я резонный вопрос. — Если он так на ваши подарки реагирует, к чему весь этот цирк?

— К тому, что это традиция, — огрызнулась в ответ Марико.

Мы с ней шли по широкой аллее торгового центра. Встретились тут час назад. Честно говоря, я считал, что у неё есть какой-то план. Ну там список вариантов или ещё что. Как оказалось, нет. Потому что вопрос «ну, что будем дарить» я услышал сразу же, как встретился с ней у входа в торговый центр. Тем самым Романова решила дать мне понять, что никаких здравых идей у ней не было и в помине.

— Марико, традиция традиции рознь. Зачем дарить подарок, если он потом окажется в мусорке…

— Важно не то, что подарок в мусорке окажется, а то, кто будет заниматься архивной ревизией…

— Чем? — ляпнул я, и Романова тут же уставилась на меня с таким видом, будто я какую-то глупость сморозил.

— Старые дела перебирать, — добавила она. — Перебор всей документации Управления за двенадцать месяцев. Мы её каждый раз в конце года делаем, в ноябре.

Не, ну, допустим, логично. Учитывая, сколько бумаги через них проходит, могу представить себе объёмы.

— И кто этим обычно занимается?

— Одна из групп на выбор Платонова.

— Ясно. А подарок — это ваш способ жеребьёвки? Так если он всё выкидывает, может лучше и вовсе ничего не дарить?

— В прошлом году ребята из группы Валентина ничего дарить не стали. Так их туда и отправили…

— И теперь вы всё равно что-то дарите, лишь бы вас не назначили прокажёнными, — закончил я за неё. — Господи, какой идиотизм.

— Эй, везде свои нюансы. Разве у вас в столице ничего такого не было?

— Нет. Мы работали, как нормальные люди, — быстро соврал я. — Спокойно занимались своими делами и…

— Кстати об этом, — Марико пристально посмотрела на меня. — Я слышала, что ты отдал своё дело Черепанову.

Слышала? Интересно, где именно.

— Слышала?

— Да, — невозмутимо проговорила она, хотя по её лицу скользнул лёгкий намёк на неприязнь, когда она произнесла фамилию прокурора.

— Это где же?

— Да не важно…

— Нечаев сказал? — предположил я и, к собственному удивлению, оказался