Влад Талтош. Том 4. Дзур. Джагала. Иорич - Стивен Браст

бы имел склонность. Одно из искусств приготовления трапезы – и Валабар в нем мастер – это решить, что с чем правильно сочетается. Наверное, это как подобрать правильное оружие, чтобы прикончить кого-то; оно выбирается с учетом обстоятельств, как то: умения конкретного лица, правильное время и место.

Вот еще одна параллель между убийством и кулинарией, в качестве гарнира к терпению, необходимому, когда готовишь кому-то смерть или клецки. Но об этом я думаю уже сейчас, спустя немалое время после обеда и всего, что за ним последовало. А тогда я просто ел и даже не думал об убийствах, хотя, наверное, местами и вспоминал насчет клецок, которые я никогда не мог приготовить как следует, по мнению моего отца. Да и по моему собственному тоже.

Награда за правильно приготовленные клецки – идеальный гарнир для валабаровой говяжьей грудинки. Раскусишь одну, и она взрывается во рту вкусом впитанного ею чистого соуса. Великолепно.

Единственная загвоздка – к этому времени приходится притормозить. Слишком много уже съедено, и хорошо чувствуется, что предел вместимости совсем недалеко.

Кажется, Телнан в это время что-то говорил, но я не слышал, или слышал, но не запомнил. Наверное, он говорил о колбасках внутри кетны, однако я не уверен. Грудинка, соус и клецки – мне просто не хватало внимания на что-то еще.

Вот, если угодно, еще одна параллель насчет осуществления убийства и погружения в беспредельное удовольствие. И то и другое требует полной сосредоточенности.

* * *

«Босс!»

– Проклятье!

«В чем дело, босс?»

«Все в порядке, Лойош».

«Если ты еще хоть раз такое выкинешь, я тебя укушу. По-настоящему, крепко».

«Понял. Меня долго не было?»

«Целую вечность. С час».

Я связался с Державой. Отсутствовал я около двадцати минут.

«Ладно. Пошли домой».

Я вернулся в свою безопасную каморку и залег в ожидании. Ожидание продолжалось минуты три, а потом я понял, что вот так вот сидеть и ничего не делать раздражает меня до безумия.

«А ведь может пройти несколько дней, босс».

«Или несколько недель».

«Ну не можешь же ты просто шататься тут несколько недель».

«Я и не собираюсь просто шататься. У меня есть четкая цель».

«Тогда ладно. И куда идем?»

«Куда-нибудь».

И мы пошли куда-нибудь. Лойош и Ротса летели надо мной, но держались поближе. По-моему, Лойош нервничал.

В воспоминаниях об этом дне остались только лица, плывущие мимо меня по улицам. Лица выходцев с Востока, моего народа. Старые и молодые. Одно чем-то довольное, парочка горестных, несколько погруженных в раздумья, пара любопытствующих. Тип примерно моих лет взглянул мне прямо в глаза и кивнул. Не помню, где я их видел и что делал, – наверное, просто шагал. Однако лица – помню.

* * *

– Бывают мгновения, – сказал Телнан, – когда ты или бросаешься в атаку всеми силами, какие только есть, или делаешь что-то еще. В это самое мгновение, когда решение еще не принято, ты узнаешь, кто ты есть на самом деле.

– Ладно, – ответил я, – а что, если ты себе не нравишься?

Он рассмеялся, словно услышал забавную шутку.

Но что мне следовало спросить, это – как перетерпеть те неисчислимые секунды, или часы, или дни, за которыми следует искомое мгновение? Если снова его увижу, непременно спрошу, однако вряд ли ответ мне пригодится. Кем бы я ни был, я все же не дзур.

* * *

«Скажи, босс, твой план – просто шататься по Южной Адриланке, сколько бы там дней-недель все это ни заняло?»

«В общем, да».

«Весело».

Спустя несколько часов я прошел мимо Льняного рынка. Он был полон продавцов и покупателей. Ну хотя бы эта часть заработала. На рынке я купил пакет орехов пекан и грыз их на ходу. Пеканы не растут около Адриланки, их ввозят из… э… в общем, издалека, так что они довольно дорогие. Наверное, поэтому они мне и нравятся.

Наконец я вернулся в комнату и лег спать.

А потом я сжимал кинжал в руке, а потом Лойош сказал, что все в порядке, а потом Лойош поднял тревогу, а потом я проснулся. Снова я помню не совсем то, что случилось на самом деле, и раздражает это меня сильнее обычного. Это из-за Вирры, или так происходит со всяким, кого дружок разбудил посреди ночи воплем «тревога, убийцы!», а потом сказал: нет-нет, беспокоиться не о чем, это всего лишь твой друг-убийца.

Э… надо бы подобрать другие слова.

А впрочем, ну их.

«Это Марио, – передал Лойош. – Извини, что напугал».

«Альтернативный вариант был бы куда хуже».

А вслух я сказал:

– Входите, Марио.

Он отодвинул занавес и вошел. Я зажег лампу и указал на стул.

Он сел и проговорил:

– Простите, что разбудил.

– Я не спал. В чем дело?

– Сработано.

Я зевнул.

– Хмм?

– Сработано.

– Э… А, да. – Голова моя только приступила к делу. – И что случилось?

– Извините?

Я прочистил глотку.

– Что об этом говорят? Или, вернее, что будут говорить?

– А. – Он минутку поразмыслил. – Неизвестным лицом либо лицами умерщвлена волшебница, возникшая при телепортации в Круге Ди’бани у Императорского дворца. Причиной смерти стал один удар большого ножа в основание черепа, перебивший жертве позвоночный столб. Свидетелей не было. Несомненно, после длительного и тщательного расследования Гвардия Феникса пожмет плечами и заявит: «Это сделал Марио». – Произнося сию тираду, он не улыбнулся, что наверняка потребовало немалых усилий.

– Угу. Понимаю… – сказал я. – Нет, погодите. ВОЗНИКШАЯ при телепортации?!

– Конечно. Знаете, всегда есть мгновение потери ориентации, когда…

– Да, но как вы… нет, неважно.

Марио улыбнулся.

– Спасибо, – проговорил я.

– Это самое меньшее, что я мог для вас сделать при нынешних обстоятельствах. Вам нужно еще что-нибудь?

Хороший вопрос. Очень хороший.

– Чувствуете себя в состоянии прикончить весь Дом Джарега? И половину Левой Руки?

– Знаете, иногда так и бывает.

Я кивнул.

– Уважаю.

– Все, что вам нужно, в пределах разумного.

– Разве только массовая бойня среди джарегов. Не думаю, что в моем случае вопрос можно решить, устранив нескольких персон.

– Да, иногда случается и такое. Странно, правда?

– Сам порой удивляюсь.

Когда Марио ушел, я растянулся на кровати.

«Завтра, Лойош. Наш ход завтра».

«Знаю, босс».

Наутро я не тратил времени даром. В несколько минут собрался и вышел. Не то чтобы я так уж торопился, просто устал сомневаться и передумывать.

Я добрался до Шести Углов и постоял там, глядя по сторонам, словно мне больше нечем было заняться. Разглядывая округу, я набросал записку и сложил листок вдвое, а на чистой стороне вывел адрес конторы и указал, как туда добраться.

Минут через пять мне